Читать «Дежурный по ночи» онлайн

Борис Михин

Дежурный по ночи

Введение

Перекрёсток Вселенных

1. Рандеву

В день, по-апрельски молодой,шёл к горизонту пыльный путник,он, как банданну, как платок,использовал любви лоскутик.

Другой, сказав себе «пора»,поплыл, арендовав галерус рабами. Кожу им порвалударами кнута и веры.

Ещё один Икар-летунискал свой смысл за облаками.Философ – мыслил.И альтувверял себя скрипач, камлая….

И каждый: шёл,плыл,вверх,вбок,вниз…

Бог наблюдал,в очках тёр линзы…

Да только встретились онина перекрёстке смыслов жизни.

2. Мультиверс

Мне открыл чей-то богза углом перекрёсток миров:там поддатый Ли Боспорил до хрипоты с юным Кантом.Встретив собственный клон,я себя не узнал во Втором(так, наверно, нуклонне поймёт, что он тоже из квантов).

По теории струнперекрёсток – пути в Мультиверс.Божью высек искру,прикурив, не спешу врезать реверс.С двойником помолчувместе. Карликовый Люцифер,не допрыгнув к плечуза огнём, двинет пять своих версий

из различных эпох,даже больше – различных богов.Парень, видимо, плох,так как на перекрёстке Вселенныхвсе дороги равны,и не важно, что сложено в кофр,а чему мы верны —важно…Так ли, двойник, в параллельных?

Сухой герой

В войне за жизнь по плану нынче дождь;и небо струи, как штыки, примкнуло.Зонты на шпажках,звук капели,дрожь —коктейль по лужам разливают в закоулках.

В среде героев принято плестиськуда-то в дали при любой погоде…Увы и ах, но как себе ни льсти,в герои я, наверное, не годен.

В моей среде (за вторником) – смешно,но весь сдаюсь на милости комфортаи бесконечно пью на посошок,лукавлю, прикрывая дверь и форточку.

В стратегии дождя – идти везде,бои гремят тотально.Происходитлюбимый вид… в окне.Но надо здесьсказать: и в доме я «не годен», вроде.

Выкладываю белый свой билети заполняю тут же строчкой в столбик…Их тысячи уже.Сверх-юбилей.И все их прожил сам, как в клетке гоблин.

Надолго (уж не навсегда ли?!) хмарь —дремоты очевидная причина,стучится о стекло дурной комар,нелепый, словно ножик перочинный.

И каплями не шелестит,не льёт,а, некоторым образом настроивминор, поёт уныло о своём:

что мало на земле сухих героев,что нет альтернативы им, идутгерои в дождь, прикрыв не чуб, а ножны.

И я кажусь себе таким…Но тутбыть и казаться – не одно и то же.

Мандала

Ищем совершенство.Только где?Каждый кропотливо строит мандалуиз песка. Нелепый новоделпозже сдует время-лиходейили прочие сметут тарантулы,повода дождавшиеся, ведьу людей есть право на людей.

Созданное – точно истребят.Совершенна лишь… непредсказуемость(что не повод – на колени бряк,бесполезности хвалу трубя).Буду сыпать, сыпать струйкой узенькоймандалу.В конце добавлю вязь:«У людей нет права на себя».

Мне

Мне частенько хотелось побыть кем-то очень другим…там смеются вовсю под ногами дорожные камни,там и краски, как в калейдоскопе, чудесны – моргни,там всегда где-то с краю, но вовсе при этом не крайним.

Мне всегда не хотелось быть винтиком чьих-то машин,разве что, попадающим в них для серьёзной поломки.Удивительно, но быть свободным – возможно в глуши,а в толпе – нереально (как парочке после помолвки).

Мне досталось своё. По ошибкам, а не по труду.Кто считает иначе, наивен, ведь труд – просто способвыживать, убеждая себя «надо». Звук «Ту-ру-ду!»у трубы я бы сделал серебряным, спать будем после.

Мне не важно – когда. А зачем – это знает любой(ведь свобода – внутри, а снаружи – нелепая штукав виде необходимости, – жутко ничейная шутка…).Мне хотелось… но вскрыть двери с надписью «EXIT» слабо.

Перед иконой

Улыбка Бога навсегда кисла.И не завидуйте ему.Ещё бы!Каким бы ни был он могучим, добрым, —возможно ли создать добро без зла?

У палки два конца. Кому ни дай,одним копнув, другим убьёт, простите.Спасает только то, что есть Спаситель.Но кто спасёт Его?Мы?Никогда.

Не потому ли с нами Он молчит,не применяя никогда ни слов, ни силу…и мучается от бессилия.СтерильноЕго могущество.Бог?Получи!..

Клочок

Сквозняк в приоткрытую дверьщекотит клочок на притворе,и он шелестит, как притвора,но сам рвётся вверх.

Подглядывать в яркую щельзабавно и капельку страшно(как в детстве, мечтая быть старше).Тропинка в плюще

там вьётся в загадочный мир,где тоже есть путь вверх, и тожеон кем-нибудь не подытожен…Но руку сними

с дверной ручки. Детство уже —не повод подсматривать. Значиту щели иная задача.

Клочок в виражевзлетел и куда-то исчез…

Хлопок сзади был очень громким,и мир впереди стал огромным…зачем?

Материальный идеализм

Когда есть шанс побыть лунатиком,устав от остальных проблем,рождаются на свет романтики,у тайны отбирая хлеб.

Они, как выстрел из травматики,опасны в уличном боюгорящим взглядом, симптоматикойпоходов к птице Гамаюн.

Возможность – вот и вся их тактика,а майский ливень – суть побед,их много даже в математикехотя не в ней тут дело, нет…

Но стоит бросить их, и нате-ка, —на что похож воздушный шарбез воздуха?Заплаток свастикав душе.И больше ни шиша.

Расплатой – будни.Серой мантиейторговка-жизнь пригнёт плечо.Куда деваются романтикикогда узнают, что почём?

Медведи и утка

Из меня хреновый проповедник,непонятный, сложный и туманный,так как не читал я Аюрведы,да и не торчу от Харе Рамы.

Что поделать: жизнь гораздо прощев смысле поиска обоснований.

Утка, на воде оставив росчерк,написала всё, что будет с нами:это – и движение, и точка,и бесследность вечного покоя….(Стоит покормить её за оченьточный стих про «жизнь, что ты такое»).

Набережная ещё пустынна,слушателей – каменных медведей,понимая, веселю, настырный,тихий неумеха-проповедник.

«Пацифист»

Я пацифист, но гуттаперчив,а прочие идут садами:кто не летит врагам навстречу,того они находят сами.

Кто, пусть сквозь страх, но наступает,и есть храбрец.Да. Трус умнее:жить – стайер,хата не пустая…Но может я так не сумею?

В камышах

Запахло вздохнувшей землёй,весной характерно запахло,и трактором в выхлопе пахот,вкус дней изумрудно зелён.

Вздохну позабыто по-майски —как душу в любви постирал!Приходит на ум Пастернак,Басё – всё для снятия маски.

На дне призадумался язь:пора ли всплывать, не пора ли…Возьмём по сто грамм пасторали —наладить с природами связь,и выпьем, рыбалочьи чинно.Вернёмся?Да Бог на то ить…Мужчины должны уходить,иначе они не мужчины.

Они же должны… просто так.Без смысла, без правды, без шансов.Положено им возвращаться.Всё сложно.Тик-так май, тик-так…

Собачья вахта

Все корабли, по сути, одинаковы,

как семена кленовые на лужицах

по осени, как профильные навыки.

Ночь.

В воздухе витает запах мужества.

Когда приклеены вверху созвездия

и чем-то там небесным сильно заняты,

«железо» в море выглядит естественно,

как грешник у креста орущий «сами-то!».

Но моряки – святые, а не грешники,

и так же в беспредельности подвешены

на коже волн, катящихся шеренгами,

да только вечной жизни не подвержены.

На что им вечность?

Были б между вахтами

чай, сладкий сон и посмеяться поводы,

на юте покурить под небом бархатным

да вспомнить, что под ним же ходят по воду…

Чего-чего, а здесь воды достаточно,

здесь ходят по воде и – до землицы бы.

Все корабли похожи и загадочны

когда над морем звёздная милиция.

Зависть к несчастным

Спрятались голуби где-то под крышей,громко курлыкают в воздуховоде,пафосно (как на войне князь Нарышкин),глупо (как часто у нищих выходит).

Серых летучих соседей немногожалко… за что-то.Да им невдомёк ведь,что есть на свете луна,книги,мокко,их сочетания.

Им бы всё мокнутьна сквозняке, слушать пьяные крики,в дым табака и еды погружаясь.Вы их считать за несчастных привыкли…

Гляньте – летят!Ну и где ваша жалость?

Формы одного и того же