Читать «Путь врат. Парень, который будет жить вечно» онлайн

получше кормить.

II

«Аист» оказался удивительной игрушкой. Как ни странно, он больше заинтересовал Стэна, чем Эстреллу; она смотрела на него четыре-пять раз в день, не больше, зато Стэн мог часами сидеть, разглядывая крошечную фигурку, пока Эстрелле не надоедало заниматься хозяйством без него и она не заявляла, что для здоровья ребенка полезно погулять. И они подолгу гуляли на природе, наслаждаясь ароматом растений, любуясь красотой высоких деревьев с пушистыми ветвистыми кронами. В этот день маленькие зверьки, притворяющиеся растениями, цвели желтым, красным и синим, и их приманка действовала: к ним слеталось множество крошечных крылатых существ, которых не отпугивало то, что многих из них съедали. В пруду жили рыбы – отвратительные, змееподобные, с блестящими оранжевыми глазами. Если у Эстреллы и была мысль искупаться, она тут же от нее отказалась, увидев извивающиеся под поверхностью тела.

Но этот день принес и приятный сюрприз. Вернувшись к себе, они обнаружили груду прямоугольных коробок и ящиков, больших и маленьких. В них оказались их личные вещи, которые они оставили в своем пятиместнике. Кто-то из внимательных хичи вспомнил и о них. В самой маленькой коробке оказались музыкальные записи Стэна, и нужно было только достать инструменты из шкафа и начать играть. Прекрасное завершение дня.

Следующий день тоже начался прекрасно. Стэна разбудили звуки флейты: это играла Эстрелла, сидя рядом с ним на кровати. Ему потребовалось всего несколько мгновений, чтобы избавиться от отходов организма, и он присоединился к ней. Они исполнили «Звездную пыль» и «Веселую тряпичную куклу». Потом Стэн вспомнил, что еще не принимал душ, и пригласил с собой Эстреллу, и одно повело к другому, и они снова оказались в постели. После этого Стэн не думал, что заснет, однако заснул и проснулся от басистого ворчания – сигнала, что в пищевом распределителе что-то появилось.

– Эстрелла? – окликнул он.

Через несколько мгновений она появилась с балкона, расчесывая волосы.

– Что? – спросила она.

– Ты заказывала завтрак?

Она нахмурилась.

– Ну, я вслух сказала, что хочу есть.

Это заставило Стэна осознать, что он тоже проголодался.

– Посмотрим, что тут у нас, – сказал он.

Но когда они распечатали герметичную упаковку, их ждал настоящий сюрприз. Запах блюда Эстреллы подсказал, что это такое, еще до того, как Стэн увидел: чили. В тарелке из хлеба, с гуакамоле и двумя сортами сальсы[18] по краям, с каплей сметаны поверх и с кукурузными чипсами со всех сторон.

– Настоящий техасский чили! – воскликнула Эстрелла, как только попробовала.

Стэн возразил:

– Но ты ведь не была в Техасе.

– Я сказала – техасский. Только такой и стоит есть. Мне кажется, я даже чувствую небольшую добавку мяса гремучей змеи. А что у тебя?

Стэн уже проглотил две из полудюжины скользких зеленых штук и жадно глядел на тарелку жареного мяса, окруженного овощами.

– Долма, – провозгласил он. – Не ел ее с последнего своего дня рождения, а мясо выглядит отлично. И посмотри, – он показал на пузатый кувшинчик и пару крошечных чашечек, – это настоящий турецкий кофе.

Эстрелла взяла немного превосходно приготовленного гуакамоле.

– Надо поблагодарить ее, – задумчиво сказала она.

Стэн уже перешел к следующему блюду.

– Думаю, это ягненок, – сказал он, пробуя. – Знаешь, я никогда не пробовал жареного ягненка. Не мог себе позволить.

Эстрелла не ответила. Немного посопротивлявшись своим представлениям о приемлемом поведении, она сдалась и облизала тарелку. Они восторженно смотрели друг на друга.

– Положение определенно улучшается, – сказал Стэн Эстрелле.

Она кивнула, но у нее возник вопрос:

– Ты представляешь себе, что происходит?

– Бог знает. Я – нет. Знаю только, что это лучшая моя еда с… с… – он нахмурился, вспоминая еду на пятиместнике, редкие загулы в Веретене Врат, блюда, приготовленные в Стамбуле миссис Кусмероглу, – с начала жизни, – закончил он. – А теперь не взглянуть ли на нашу дочь?

Дочери пришлось подождать, пока Эстрелла звонила Кларе, чтобы поблагодарить ее или, может, Гипатию – в общем, того, кто приготовил блюда. Как ни странно, ответа не было.

Когда «Аист» проделал свой фокус, Эстрелла долго разглядывала младенца и решила, что он не изменился. Стэн был меньше в этом уверен.

– Это глаз? – спросил он. – Что он делает на боку головы? А что это за штука сзади, как раз там, где голова соединяется с шеей? Бородавка?

– У младенцев в чреве не бывает бородавок. По-моему. – Она снова была у экрана.

Стэн отвлекся от не рожденного еще младенца, чтобы спросить, кого она ищет. Она слегка отодвинулась, чтобы он мог видеть экран.

– Наши новые соседи, – сказала она.

На экране видна была веранда, точно такая же, как у них. И выходила она на ту же долину, с теми же Слюдяными горами на горизонте. Восемь-десять человек ели, передавая друг другу странной формы керамические тарелки и маленькие плетеные корзины.

– Китайцы, что ли, – заметил Стэн. Эстрелла не стала спорить. – Может, стоит как-нибудь заглянуть к ним? А что в других местах?

Ответы были не очень разнообразны или, наоборот, слишком разнообразны, чтобы легко в них разобраться. Стэн наблюдал, как вереница необычно выглядевших людей занималась непонятными вещами в неведомых местах.

– К черту! – проворчал он наконец. – Ничего не понимаю.

Эстрелла посочувствовала:

– Я тоже.

На том и порешили. Оба знали, что виновата ужасающая разница в скорости прохождения времени: сорок тысяч к одному. Чтобы втиснуть сорок тысяч часов Извне в один час в Ядре, приходилось многое, точнее почти все, опускать.

– К черту! – мрачно повторил Стэн. – Думаю, это неважно. Нам больше никогда не бывать Снаружи.

Они опять поели, не хуже, чем в первый раз, и Стэн как раз собирал тарелки, чтобы сложить их в корзину для мусора у двери, когда дверь заворчала. За ней оказалась Соль; мышцы ее живота нервно дрожали под платьем.

– Не хотела прерывать вашу трапезу, – сказала она. – Могу я сейчас войти?

– Конечно, – ответил Стэн, думая, что Соль выглядит не лучшим образом. Цвет ее кожи казался… не совсем нормальным, но разве у хичи можно что-нибудь понять?

Войдя, она повеселела. Села на край настоящего стула (ее цилиндр неловко торчал в воздухе). Приняла чашку чая и даже принялась откусывать кусочки шоколадного печенья, доставленного распределителем, как будто это ей доставляло наслаждение. Потом слегка чихнула – у хичи это все равно что откашливание – и начала:

– У меня есть к вам просьба о просьбе. Но обычай людей требует, чтобы вначале я спросила, есть ли у вас просьбы ко мне.

– Что ж, – ответил Стэн, – если честно, мы пытаемся понять, дома ли Клара. Мы уже какое-то время не разговаривали с ней и…

– Не