Читать «Избери жизнь» онлайн

я понимал: я вёл себя тогда не самым лучшим образом… Не знаю, следует ли говорить о таких вещах на исповеди, но мне было бы легче, если бы я понял, что могу стряхнуть с себя бремя вины и запоздалого раскаяния.

Наконец, началась служба. Как мне сказали, это была Литургия, главная служба Православной церкви. Она произвела на меня ещё большее впечатление, чем вчерашнее вечернее богослужение.

В середине Литургии отец Иона произнёс проповедь. Она была посвящена тому, как следует понимать те события, которые мы переживаем сейчас. Священник очень убедительно, с примерами, доказывал, что они были за несколько тысяч лет до нас предсказаны в Священном Писании.

Прихожане слушали внимательно и после Литургии разошлись в глубокой задумчивости.

Последующие дни (а отец Иона пробыл у нас десять дней) службы в храме проходили дважды в день – утром и вечером. Также священник крестил детей и взрослых, венчал супружеские пары, служил молебны и панихиды.

Когда же выпадала свободная минута, мы вели с ним долгие беседы, порой спорили, и я, хоть вначале и не соглашался с его доводами, постепенно стал понимать его правоту. Но до конца поверить в то, о чём говорил отец Иона, я как-то не мог. «Почему, – вопрошал я, – в наше время не случается никаких чудес, которые бы явно указали на существование Бога?» Священник отвечал, что вера должна прийти в сердце человека добровольно, а не под давлением доказательств. Отец Иона как-то обмолвился, что в Священном Писании сказано о том, что не следует ждать от Бога явных знамений, но сам он надеется, что в последние времена Господь всё же может посылать такие подтверждения Своего бытия, чтобы обратить к вере сомневающихся маловеров. А я был именно таким. Слова отца Ионы оказались пророческими. Но в этом я убедился немного позже.

Мы так привыкли за эти десять дней к отцу Ионе, что когда он объявил, что назавтра уходит, потому что должен посетить и другие поселения, мы всем миром стали уговаривать его остаться. Однако, он был твёрд в своем решении, и утром следующего дня простился с нами. Все просили его на обратном пути снова посетить нас, но он только сказал, что на всё воля Божия, и он верит, что когда-нибудь мы обязательно увидимся снова.

Удивительно. Мы раньше совершенно спокойно жили без отца Ионы и без церковных служб, а вот сейчас все почувствовали какую-то пустоту.

У Настасьи Сергеевны нашлась Библия. Я попросил одолжить её и засел за изучение Священного Писания. Многое, конечно, мне совершенно непонятно, но некоторые слова ложились на душу.

На следующий день, запирая храм, староста обнаружила в углу посох, который отец Иона оставил там, когда зашёл в первый раз в наш храм.

Это была простая палка – толстая ветка какого-то дерева со снятой корой, лишь слегка обработанная. В верхней части она имела подобие рукоятки, напоминающей клюв какой-то птицы. Рукоятка эта была отполирована постоянным к ней прикосновением. А нижняя часть посоха была расщеплена и истёрта от долгой ходьбы по дорогам. Одним словом, это был старый, повидавший виды посох.

– Как же он без него, Вениаминыч? – огорчилась Надежда Сергеевна. – Путь-то неблизкий предстоит.

Я её утешил:

– Не переживайте. В лесу палок много, сделает он себе новый посох. А этот, если хотите, сохраните. Вдруг он зайдёт к нам на обратном пути, тогда отдадите.

Но история с посохом имела неожиданное продолжение. Через неделю Надежда Сергеевна прибежала ко мне страшно взволнованная, с дрожащими губами. В руках у неё был посох.

– Вениаминыч, смотри! Вот чудо, так чудо нам явлено! Поистине, посох Аарона!

К этому времени я уже прочёл библейскую книгу «Числа», поэтому возглас Надежды Сергеевны был для меня отчасти понятен.. Я взял в руки посох и замер в изумлении. Из сухой древесины проклюнулся побег с тремя маленькими клейкими листочками. Я, каюсь, сначала маловерно предположил, что росток просто вставлен в дырочку на посохе, но, слегка подёргав, убедился, что он произрастает из самой палки.

Всё Звонково сбежалось подивиться случившемуся чуду. Посох решили занести в храм и сохранять в алтаре».

В этом месте записей Орлика имелась сноска. Вера прочитала:

– «Продолжение истории посоха на стр…»

Вере нетерпеливо нашла нужную страницу.

«Вот уже год прошёл с того времени, когда посетил нас отец Иона. В наше трудное время очень мало надежды, что он снова заглянет в Звонково.

Посох всё зеленеет, веточка, хоть и очень медленно, но растёт. Ни отсутствие влаги, ни зимние холода не повредили зелёным листочкам.

И вот, на сходе, мы приняли решение отправить в Н-ский монастырь трёх паломников. Поскольку им предстоит длительный пеший путь и, возможно, непредвиденные трудности, то решили, что отправятся в паломничество трое крепких молодых людей: Иван Дробышев, Семён Чайков и Денис Крапивников (последний – внук Настасьи Сергеевны). Все трое – люди верующие, насколько может быть верующим современный человек.

Снабдили их картой, провиантом (хотя, на всю дорогу его всё равно не хватит) и простились, ожидая их возвращения в лучшем случае месяца через два».

Тут снова была сноска, и Вера с нетерпением нашла нужную страницу.

«Наши паломники вернулись. Вернее, двое из них. Иван Дробышев остался на несколько месяцев в монастыре, чтобы усовершенствоваться в вопросах веры и, возможно, принять сан. Тогда он вернётся к нам священником, и снова возобновится богослужебная жизнь Успенского храма. В последнее время я всё больше и больше мечтаю об этом.

Вернувшиеся из паломничества привезли в Звонково удивительную весть. Отца Ионы в Н-ском монастыре нет. Не потому, что он не вернулся из своих странствий, а потому, что монах с таким именем погиб в день Катастрофы. Нашим паломникам показали, где он похоронен.

Когда появилась мысль, что нас в прошлом году посетил некий самозванец, отец настоятель принёс ещё докатастрофный альбом с фотографиями из жизни монастыря. И среди запечатлённых лиц нашёл изображение отца Ионы. Все трое наших паломников без труда узнали на фотографии инока, посетившего нас в прошлом году. Отец настоятель и другие монахи продолжали утверждать, что сами лично принимали участие в погребении иеромонаха Ионы, и он был, безусловно, мёртв.

Также выяснилось, что ни одного монаха из монастыря никуда не направляли, и все они не покидали обитель с самого дня Катастрофы.

Наши паломники рассказали и про посох отца Ионы, пустивший побег.

Отец настоятель погрузился в раздумье, а потом сказал:

– Пути Господни неисповедимы. Но можно предположить, что наши погибшие братья продолжают трудиться во славу Божию и привлекать сердца людей к Богу. Как это происходит, нам знать не дано. Но ваш посох – это явное подтверждение того, что посетивший вас монах был не простым человеком. Был ли это Ангел, принявший образ отца Ионы, или сам отец Иона за