Читать «Отмена 012, или Инструкция для Демиурга» онлайн

бы самонаведение всех нужных парциальных усилий для концентрированных воздействий на все нужные системы организма. Особенное внимание Константин уделял проработке зон вплетения сухожилий в мышцы и так называемого «мышечного брюшка», которые отвечают за мощность и частоту развиваемых усилий. Поэтому у животных, перемещающихся прыжками, мышцы все буквально перевиты сухожильными волокнами. И, кстати, такая трансформация была разрешённой – и поэтому вопрос был в том, как найти оптимальное сочетание растягиваемых мышечных и практически не растягиваемых сухожильных волокон и мест их креплений к костям. При этом при движении оптимально-идеальные пропорции могли быть различными для разных фаз движения. Как и оптимальные для осуществления этих усилий строения оболочек. А поскольку организмы всех населяющих его планету Осознающих Сущностей обладали высочайшей пластичностью (способностью к трансформациям и метаморфизму), то воспроизведение всех этих пропорций во время Со-Творчества требовало лишь двух вещей – запомнить возникающие во время тренировок идеальные пропорции и успевать воспроизводить их с нужной скоростью. Впрочем, скорость метаморфизма у всех существ планеты была одинаковой, а память абсолютной (что было естественным и неотъемлемым качеством полностью Осознающих все функции своего тела и сознания существ). И поэтому успешность реализации определялась нахождением самих оптимальных пропорций и последовательностей их смены при разных фазах реализации движений. Константин предполагал, что его методика позволит организму находить эти идеально-оптимальные пропорции тела и оболочек спонтанно-автоматически. И что он сможет их воспроизводить.

После того, как был достигнут нужный режим работы физического тела, настало время вывести на максимум психоэнергетику[124]. И Константин послал структуре эфебиона ментальный приказ вывести параметры тренажёра на уровень, когда для растягивания тяжей было необходимо усилие, запредельное даже для полностью синхронизированных и оптимально работающих мышечной, связочной, суставной и фасциальной систем тела.

Когда эфебион сигнализировал, что система настроена согласно заданному намерению, Константин «разлил» внимание по всему телу. Спустя пять ударов сердца он ощутил целостность и вошёл в состояние «на кости», при котором помимо мышц и связок в движения включались все сухожилия и фасции[125]. Усилив это состояние, Константин сформировал неукротимое намерение сдвинуть систему амортизаторов, рычагов и противовесов, настроенную так, что сдвинуть её даже самым оптимальным и мощным усилием одного только физического тела было невозможно[126].

После чего он «отпустил» тело, сохранив лишь тот минимум усилий, который необходим и достаточен для поддержания тела в стоячем положении. Как бы «повесив» мышцы на кости и зафиксировав суставы с помощью натяжки «мышечных спиралей». А поскольку Константин имел огромный опыт работы с образами и ощущениями во флотационной камере[127], во время отработки умения снижать вес при прыжках между «несущими ветвями» жилых деревьев и в зонах «гравитационных теней», то он мог и стоя на суше вызвать в мышечной и энергетической памяти ощущения невесомости, одновременно сформировав такую конфигурацию всех систем тела, которая возникала в невесомости. Именно такое состояние являлось максимально продуктивным для достижения пикового исполнения скоростных движений. Именно в нём проще всего смещать активность мозговых волн в желаемый диапазон частот и вызывать всеобщую интеграцию работы мозга. При этом важно было создать такие конфигурации в организме, не вызывав при этом реального снижения веса тела, т. е. не войдя ни в одну из форм левитации. Такая настройка организма была весьма тонкой и поэтому требовала хорошей концентрации. На достижение которой нужно было некоторое время.

Но это было необходимо, поскольку согласно условиям проведения сегодняшнего Со-Творчества нужно было именно бежать, не используя возможностей изменений тела сверх заданных диапазонов (чтобы исключить появления гигантов, превосходящих среднепланетарный стандарт роста более чем в полтора раза, или мега-прыгунов, способных покрыть расстояние испытания за два-три прыжка) и его трансформации в совершенно не антропоморфные формы (типа самых быстрых на планете не разумных живых существ – шестиногих гирисов, или аналогов блох, способных «выстрелить» собой на несколько десятков своих размеров за сотые доли секунды и т. п.), посторонних включений в организм (от симбионтов и до химических стимуляторов и имплантов), левитации, пространственной трансгрессии, создания локальных воздействий на условия окружающей среды (типа «коридора» разряженного воздуха перед собой или попутного ветра себе в спину) и повышения своего сродства-резонансности к оптимальным событийным и энергетическим потокам, что в древности называли «схватить Бога за бороду». Все участники должны были иметь одинаковые индексы удачливости, естественности (отсутствия имплантов и т. п.) и блокировки прямого волевого воздействия на материю и пространство. За чем будут следить арбитры, выбранные случайным образом всеми наблюдающими из числа лично присоединившихся по типу лотереи и конкурса одновременно – каждый наблюдающий за Со-Творчеством выбирал не более 12-ти понравившихся ему присоединившихся, которые присутствовали в месте проведения Со-Творчества, а потом все выбранные хотя бы одним наблюдающим «перемешивались» организующим и управляющим синтет-мозгом Со-Творчества. И из их числа случайным образом выбиралось число арбитров, требуемое для Со-Творчества того или иного уровня.

Наличие арбитров требовалось не потому, что кто-то из участников Со-делания мог попытаться словчить или обмануть, сознательно совершив запрещённые действия. Сам факт полного контроля каждым жителем планеты своего организма, мозга, внетелесных структур разума и постоянного осознанного контакта каждого жителя планеты с коллективным сознанием планеты исключал возможность сознательного обмана[128]. Однако поскольку действия, совершаемые во время Больших Со-Творчеств происходили на грани, а порой и за гранью текущих на момент организации таких Со-Творчеств возможностей организма и разума жителей планеты, то нарушения могли возникнуть в случае, если действия кого-то из участников выходили в режим, в котором организм и мозг действовали уже на т. н. стихиальном уровне. А поскольку внешне такое выпадение было практически не заметно и к тому же не запоминалось самим «вывалившимся» в такое состояние участником, то фиксация подобных эффектов и требовало наличия арбитров. Потому что «сваливание в стихиальность» давало преимущества, однако не позволяло самому «свалившемуся» отфиксировать достигнутые им состояния тела и разума и он не мог самостоятельно внести их в коллективное сознание. А ведь все Большие Со-Творчества проводились именно с целью расширения возможностей всех жителей планеты. И поэтому и выбирались арбитры в количестве, достаточном для того, чтобы они все вместе, распределив свои сознания для наблюдения за разными аспектами делания, успевали отфиксировать и всю совокупность характеристик состояний, которые возникали у «вывалившихся в стихиальность». И могли все вместе внести в коллективный разум планеты и их тоже. И тем самым ещё больше раздвигали возможности и умения всех живущих на планете осознающих.

Поэтому показывать наилучшие результаты нужно было в пределах правил. А значит, нужно было подойти вплотную к границам разрешённых метаморфоз и при этом не переступить за них. И Константин считал, что придумал идеальную для такого подхода