Читать «Война на Востоке. Дневник командира моторизованной роты. 1941—1945» онлайн

базе старенького танка марки «Шкода» все равно постоянно ремонтировали.

После обеда обстановка оставалась очень напряженной, а южнее нас несколько раз становилась критической. После мощной артиллерийской подготовки по оборонительному рубежу «Пантера» русские большими силами пехоты бросились в атаку, переходя по льду через замерзшие речки. В нескольких местах оборонявшиеся немецкие солдаты дрогнули и обратились в бегство. Целью атаки Иванов, без сомнения, являлась высота 196 – ведь если русским удалось бы ее достичь, то, повернув к лощине, они могли окружить всю нашу группировку возле Боброво.

Понимание этого, надо прямо сказать, вызвало довольно неприятные чувства. Мы стреляли по атакующим волнам русских солдат со своей фланговой позиции осколочно-фугасными снарядами и даже из пулеметов, а предпринятая энергичная контратака нашей пехоты, казалось, отбросила неприятеля назад. Однако численный перевес русских в живой силе взял свое – им все же удалось захватить высоту 196.

В этот критический момент в тылу немецких позиций появились многочисленные огненные шлейфы, дугой взмывшие в небо, – это был залп полка реактивных минометов – и среди русских разверзся настоящий ад. Сначала до нас донесся шум, напоминавший многократно усиленный звук как при запуске замерзшего стартера, который через некоторое время перерос в жуткий визг, перешедший в необыкновенный вой и гул, а затем в боевых порядках Иванов, шедших в атаку волнами, с непередаваемым треском один возле другого стали возникать громадные черные грибы. В результате противник не только остановился, но и пустился в беспорядочное бегство, которое никак нельзя было назвать организованным отступлением.

Этим не замедлила воспользоваться наша пехота, бросившаяся вслед отступавшему неприятелю. В итоге одним броском старые позиции были восстановлены, а многие русские солдаты попали в плен.

– На этом день можно считать законченным, господа, – сказал командир роты, вышедший из своего блиндажа. – Вы достаточно намерзлись в своих самоходках! Приглашаю согреться глинтвейном!

Нам не надо было повторять дважды. Я зашел в блиндаж и вскоре в котелке принес своим людям пахучий обжигающий напиток.

– Парни! Это божественно! – причмокивая губами, воскликнул Ястребиный Глаз, проглотивший свою порцию за один присест. – Эти сибирские морозы действуют просто изнуряюще. Я дрожу всем телом, но никак не могу согреться!

– Несмотря на некоторую неудачу в самом начале, вы показали настоящий класс, – похвалил я экипаж второй самоходки. – Вы ловко расправились с танком на высоте, а потом добили другой! Мои поздравления!

– Бывалые солдаты знают, что для нас это пара пустяков. Однако иваны тоже себя неплохо показали, – ухмыльнулся Новак. – Требен наверняка чуть в штаны не наложил, когда два русских танка приковыляли на облюбованное им безопасное местечко.

– Мне белый свет стал не мил, когда русские пошли в атаку. Я даже подумал, что нам придется снять поясные ремни и пешком отправиться в Сибирь, – признался унтер-офицер Кюнцель.

– Не стоило так переживать, ведь я был с вами и хорошенько угостил противника осколочными снарядами, – откликнулся Ястребиный Глаз.

– Прекрати! Русских сломил огненный удар наших реактивных минометов, – решил я опустить на землю распетушившегося Новака.

– Да, они действительно были хороши. И все же лучше всех показали себя наши пушки, – горделиво бросил Ястребиный Глаз, как всегда оставив за собой последнее слово.

В вечерних сумерках мы возвращались назад и у развилки увидели тягач, прибывший, чтобы отбуксировать в ремонтную мастерскую нашу третью самоходку. При этом фельдфебель Боргман доложил, что принял командование ею на себя, поскольку Шлихтинг был ранен.

– Мы как раз стояли на развилке позади углового дома, когда появились два русских танка, – начал рассказывать заряжающий Квест. – Петер попал в головную машину с первого выстрела, но, чтобы добить, вынужден был выстрелить в нее во второй раз. Тут другой танк остановился и послал снаряд в дом, да так, что от разрыва в нашу самоходку полетело всяческое тряпье. Вторым выстрелом он попал нам в боковую зубчатую передачу, и мы пришли в полное замешательство. Самообладание сохранил только Петер. Он быстро прицелился и выстрелил русскому танку прямо в башню, заметно повредив ее. Русские испугались и стали удирать на всем газу. На ходу они выстрелили в нас, но промахнулись. Тогда Петер послал им вдогонку еще один снаряд. Однако русским удалось уйти. В общем, нам крупно повезло.

Квест нервно прикурил и продолжил:

– Уже после обеда мы стояли возле самоходки и старались определить степень ее повреждения. Но тут от противника прилетела пара приветов. Снаряды разорвались прямо на дороге, задев осколками Петера и Шлихтинга. Бемер сразу же отправил их в лощину, а теперь они уже на пути в тыл.

– Тогда командование самоходкой я взял на себя, – добавил Боргман. – Квест назначен наводчиком, а Карузо – заряжающим.

– Надо же, – начал подтрунивать над своим другом Ястребиный Глаз. – Русским несказанно повезло, что здесь не появились другие их танки, а то бы ты от них камня на камне не оставил!

Высота 196, 17 ноября 1943 года

Нас отвели в резерв в Загваздино, и мы надеялись хоть день провести спокойно. Однако не успел я сесть пообедать, как в землянку с шумом ворвался наш связной Требен.

– Русские атаковали высоту 196! – доложил он. – 230-й полк затребовал поддержку. Приказ командира роты – третьему взводу установить связь с пехотой на высоте и действовать по обстановке!

– Приготовиться! – скомандовал я. – Выступаем через пятнадцать минут! Мы с фельдфебелем Боргманом и Требеном следуем на вездеходе впереди! Ктонцель! Вы поведете самоходки к лощине, двигаясь за нами!

Когда мы сели в вездеход, стало теплее и начал опускаться туман.

– Погода нам явно благоприятствует! – порадовался я. – При таком тумане нас не заметят!

– Ну, не знаю, – озабоченно пробормотал Боргман. – Русские этим тоже наверняка воспользуются.

На шоссе, ведущем в Боброво, видимость не превышала двухсот метров, и мы благополучно прибыли в лощину. Остановившись возле САУ Нолта, я решил уточнить обстановку.

– Судя по всему, на высоте 196 опять идут тяжелые бои. Но как там обстоят дела – неизвестно.

Это было все, что удалось узнать у Нолта. На мой вопрос о том, где располагается командный пункт батальона пехоты, он неопределенно махнул рукой в юго-восточном направлении и пробормотал:

– По сведениям одного раненого, где-то там, перед высотой.

Возле перевязочного пункта нам повстречался пехотный фельдфебель, который снабдил нас более подробными сведениями:

– КП примерно в километре отсюда. Следуйте по проселочной дороге до избы, там сверните на юго-восток и двигайтесь вверх по склону. Вы выедете на относительно ровную поверхность. Русские обычно ее хорошо просматривают, но в таком тумане они вас не заметят. Дальше надо ехать до высоты, где справа от нее и находится командный пункт. Точнее, находился. Сейчас, возможно, там уже