Читать «Диалектика капитала. К марксовой критике политической экономии. Процесс производства капитала. Том 1. Книга 2» онлайн

был бы вернуть их ему, он дарит мне проценты или столько, сколько я могу выручить с их помощью за это время. А это может составить значительную сумму, если у человека хороший и обширный кредит и если он умело пользуется им.

Помни, что деньги по природе своей плодоносны и способны порождать новые деньги … Чем больше у тебя денег, тем больше порождают они в обороте, так что прибыль растет все быстрее и быстрее …

Помни пословицу: тому, кто точно платит, открыт кошелек других; рассчитывающийся точно к установленному сроку всегда может занять у своих друзей деньги, которые им в данный момент не нужны.

А это бывает очень выгодно. Наряду с прилежанием и умеренностью ничто так не помогает молодому человеку завоевать себе положение в обществе, как пунктуальность и справедливость во всех его делах. Поэтому никогда не задерживай взятых тобою взаймы денег ни на один час сверх установленного срока, чтобы гнев твоего друга не закрыл для тебя его кошелек …

Кроме того, аккуратность показывает, что ты помнишь о своих деньгах, то есть что ты не только пунктуальный, но и честный человек, а это увеличивает твой кредит.

Остерегайся считать своей собственностью все, что ты имеешь, и жить сообразно с этим. В этот самообман впадают многие люди, имеющие кредит. Чтобы избегнуть этого, веди точный счет своим расходам и доходам. Если ты дашь себе труд обращать внимание на все мелочи, то это будет иметь следующий хороший результат: ты установишь, сколь ничтожные издержки вырастают в огромные суммы, и обнаружишь, что можно было бы сберечь в прошлом и что можно будет сберечь в будущем»[1102].

Выражая свое отношение к этому высказыванию, М. Вебер писал: «Вряд ли кто-либо усомнится в том, что эти строки пропитаны именно «духом капитализма», его характерными чертами; однако это отнюдь не означает, что в них содержится все то, из чего складывается этот «дух». Если мы вдумаемся в смысл вышеприведенных строк, жизненную мудрость которых кюрнбергеровский «утомленный Америкой» герой резюмирует следующим образом: «Из скота добывают сало, из людей – деньги», то мы обнаружим своеобразных идеал этой «философии скупости». Идеал ее – кредитоспособный добропорядочный человек, долг которого рассматривать приумножение своего капитала как самоцель. Суть дела заключается в том, что здесь проповедуются не просто правила житейского поведения, а излагается своеобразная «этика», отступление от которой рассматривается не только как глупость, но и как своего рода нарушение долга. Речь идет не только о «практической мудрости» (это было бы не ново), но о выражении некоего «этоса», а именно в таком аспекте данная философия нас и интересует»[1103].

В этой связи М. Вебер подчеркивал, что здесь речь идет о «духе современного (западно-европейского и американского) капитализма», имманентного своеобразному этосу. По мнению автора, суть последнего характеризуют все нравственные правила, которые сформулировал Б. Франклин и которые имеют утилитарное обоснование. Так, «честность полезна, ибо она приносит кредит, так же обстоит дело с пунктуальностью, прилежанием, умеренностью – все эти качества именно поэтому и являются добродетелями. Из этого можно заключить, что там, где видимость честности достигает того же эффекта, она вполне может заменить подлинную честность – ведь легко можно предположить, что в глазах Франклина переизбыток добродетели – лишь ненужная расточительность и как таковая достойна осуждения»[1104].

Однако в реальной действительности дело обстоит отнюдь не так просто, как это кажется на первый взгляд. Ведь наряду с приукрашиванием чисто эгоистических мотивов Б. Франклин, будучи глубоко верующим человеком, оценивал «полезность» всякой добродетели с точки зрения божественного откровения, которое предназначало его к добродетельной жизни. Поэтому высшее благо подобной этики заключается «прежде всего в наживе, во все большей наживе при полном отказе от наслаждения, даруемого деньгами, от всех эвдемонистических или гедонистических моментов; эта нажива в такой же степени мыслится как самоцель, что становится чем-то трансцендентным и даже просто иррациональным по отношению к «счастью» или «пользе» отдельного человека. Теперь уже не приобретательство служит человеку средством удовлетворения его материальных потребностей, а все существование человека направлено на приобретательство, которое становится целью его жизни. Это с точки зрения непосредственного восприятия бессмысленный переворот в том, что мы назвали бы «естественным» порядком вещей, в такой же степени является необходимым лейтмотивом капитализма, в какой он чужд людям, не затронутым его влиянием. Вместе с тем во франклиновском подходе содержится гамма ощущений, которая тесно соприкасается с определенными религиозными представлениями. Ибо на вопрос, почему же «из людей» следует «делать деньги» Бенджамин Франклин – деист без какой-либо конфессационной направленности – в своей автобиографии отвечает библейским изречением, которое он в молодости постоянно слышал от своего отца – строгого кальвиниста: «Видел ли ты человека, проворного в своем деле? Он будет стоять перед царями.» Приобретение денег – при условии, что оно достигается законным путем, – является при современном хозяйственном строе результатом и выражением деловитости человека, следующего своему призванию, а эта деловитость, как легко заметить, составляет альфу и омегу морали Франклина. Так она выражена и в цитируемом выше отрывке и во всех его сочинениях без исключения»[1105].

Такова суть теории капиталистического духа М. Вебера. Нетрудно видеть, что ее исходным пунктом является тезис о предпринимательской деятельности, ориентированной на приумножение капитала, т. е. накопления денег посредством рационального использования времени, кредита, ведения дела и т. п. Будучи утилитарным по своей природе, это накопление осуществляется сообразно нравственным правилам или добродетелям, которые провозглашаются протестантской этикой. В соответствии с ней стремление к приобретению денег, а стало быть, к обогащению образует главный движущий мотив всякой деятельности человека, его деловитости в капиталистическом обществе. Более того, это профессиональный долг любого члена данного общества: как предпринимателя, так и рабочего.

Но стремясь к достижению своей цели, каждый из них должен учитывать специфику хозяйственного строя современного капитализма. Ибо, согласно М. Веберу, этот строй представляет собой довольно сложную систему (чудовищный космос, по терминологии автора), в которую включен отдельный человек с момента своего рождения, и в рамках которой он осуществляет свою хозяйственную деятельность. Последняя связана с тем, что этот «индивид в той мере, в какой он входит в сложное переплетение рыночных отношений, вынужден подчиняться нормам капиталистического хозяйственного поведения; фабрикант, в течение долгого времени нарушающий эти нормы, экономически устраняется столь же неизбежно, как и рабочий, которого просто выбрасывают на улицу, если он не сумел или не захотел приспособиться к ним.

Таким образом, капитализм, достигший господства в современной хозяйственной жизни, воспитывает и создает необходимых ему хозяйственных субъектов – предпринимателей и рабочих – посредством