Читать «Архив сельца Прилепы. Описание рысистых заводов России. Том II» онлайн
Яков Иванович Бутович
Страница 74 из 118
Двенадцать кобыл были завода пензенского коннозаводчика С.С. де Бове. Лошади этого завода прославились не только в России, но и за границей. Перед тем как уехать во Францию, де Бове продал кобыл Сахновскому. Посмотрим теперь, что объединяло этих кобыл в смысле происхождения. Баловница – дочь Баловника, призового рысака М.И. Бутовича, и Смедвы. Баловник – линии Горюна, Смедва по отцу – линии Кролика, а по матери – того же Горюна. Задорная, Западня, Касатка, Ловушка, Чудачка и Птичка находились в родстве. Задорная – дочь Петушка, внука голохвастовского Петушка, а ее мать Заноза происходила из знаменитейшей семьи кобылы Светлой, дочери Горностая. Западня – дочь Занозы, Касатка – дочь Петушка. Ловушка – дочь Капризной, от которой Касатка, так что они полусестры со стороны матери. Чудачка – дочь Петушка, а Птичка – внучка старого Петушка. Таким образом, все пять кобыл генеалогически связаны. Сахновский, собирая такие группы кобыл, облегчал себе подбор и до известной степени гарантированно получал однообразие приплодов. Кобылы Ласточка и Лучина – дочери хреновского Летуна (из линии Людмилла) и Летучей князя Черкасского, так что они родные сестры. Летучая – дочь Догоняя 2-го, давшего превосходный призовой приплод в заводе Черкасского. Мать Летучей – знаменитая Орлиха, от которой Ворожей, дед Корешка. Лиса и Самка – дочери Кролика графа Соллогуба. Мать Лисы – кобыла Люба, дочь болдаревского Чародея, по женской линии происходившая от хреновской Любки, дочери Лебедя 4-го. Самка принадлежала к ценному женскому семейству кобылы Сестры.
Кобылы де Бове сыграли в шибаевском заводе большую роль, многие их дочери получили заводское назначение. Лучшими оказались Западня, мать Заряда, Зоркой, Зяблика и других выигравших лошадей, и Ласточка, мать призовых Ладной и Летучей. От небежавшей дочери Ласточки Лезгинки родился резвый Королёк. Самка дала Славу, о чьей замечательной заводской деятельности я уже сообщал. Чудачка дала Чародейку, дочь которой Чаровница была одной из лучших заводских маток у Шибаева, произвела высококлассную Чару и призовых Чудную, Чурилу и жеребца Не-Ровен-Час.
Пятнадцать маток происходили либо из старого шибаевского завода, либо из завода герцога Лейхтенбергского. Назову наиболее интересных. Три дочери Бархатного – Зарница, Приятная-Дашка и Разгара – особенно ценились Сахновским, так как он высоко ставил Бархатного. У двух или трех кобыл была кровь Красивого-Молодца, лучшей из них была Сильфида. Исключительный интерес представляла Зацепа, дочь Занозы, полусестра знаменитого Лихача. Заводское назначение получила ее дочь Зацепа 2-я. К этой же группе относилась и Быстрая, мать знаменитого Кряжа-Быстрого, происходившая по мужской линии от Табора, а по женской – от воейковской кобылы Самки. Дочь Самки Усадница дала зотовскую Самку, которая прославилась своей беговой карьерой и заводской деятельностью у Лихарева. Внучка зотовской Самки Беговая стала матерью Быстрой. Заводская карьера кобыл этой группы сложилась замечательно: Разгара дала классную Радость 2.27, Приятная-Дашка – Пороха 2.18,1, а Быстрая оказалась одной из лучших рысистых кобыл последнего времени, дав Кряжа-Быстрого, Красавца-Быстрого и Нежданно-Быстрого.
Кряж (Красивый-Молодец – Славная), р. 1876 г., зав. С.М. Шибаева[14]
Славная (Ратник, р. 1855 г. – Слава), р. 1866 г., зав. Н.А. Дивова, мать Кряжа
А.Д. Чиркин «Красивый-Молодец»
Непобедимый-Молодец (Молодецкий – Непобедимая)[15]
Кряж-Быстрый (Кряж – Быстрая), зав. Е.В. Шибаевой
Красавец-Быстрый (Красавец – Быстрая), р. 1891 г., зав. Е.В. Шибаевой[16]
Скажу несколько слов о коннозаводских взглядах Сахновского. Сахновский утверждал, что принадлежность заводской матки к той или иной знаменитой женской семье есть лучшая гарантия и такую кобылу можно смело брать в завод. Многие заводские матки шибаевского завода происходили именно из прославленных гнезд, и ни один рысистый завод того времени не мог конкурировать с заводом Шибаева в этом отношении. Приведу примеры. Из заводских маток шибаевского завода Быстрая и Соперница принадлежали к семейству воейковской Самки, Воля и Прикащица 2-я – к семейству хреновской Горностаихи, Задорная – к семейству Светлой (оно же семейство ее дочери Точёной), Казистая – к семейству голохвастовской Рынды, Летучая и Чудачка – к семейству Верной, Мечта – к семейству хреновской Чембарки, Приятная-Дашка – к семейству шишкинской Ясной, Птичка – к одному из лучших голохвастовских семейств кобылы Резвой и т. д. Нечего удивляться, что Сахновский создавал таких лошадей, как Кряж, Лихач, Красавица – мать чиркинского Машистого, Подарок и Кряж-Быстрый; таких производителей, как Быстрый – отец Наследника 2.19, Заговор – отец Заговорёнка 2.17, и таких кобыл, как Плутовка – мать Пальмиры 1.33 и бабка Пекина 4.39,5, Чара – мать Чайки 1.34,4, Славянка – мать Спора 1.28,4, Мысль – мать Марала 2.14,4 и т. д.
Сахновский придавал также величайшее значение формам лошади. «Козлов в завод не пускаю», – часто повторял он. Сахновский любил лошадь густую, массивную, даже несколько тяжелую. Склонен был простить сырость, но никогда не прощал отсутствия массы и кости. Вот почему лошади шибаевского завода имели в смысле форм такой однообразный и дельный вид и были хороши по себе.
Однажды при мне разыгрался весьма интересный эпизод. Это было в Москве. Мы сидели у Сахновского. Горничная Дуняша доложила, что приехал покупатель. Сахновский велел его просить. В то время ставочные лошади из Аргамакова приходили зимой в Москву, где стояли на даче Сахновского, который ведал их продажей. Вошел покупатель, и мы все вместе отправились на конюшню. Покупателю понравилась действительно превосходная кобыла Брошка, дочь Нежданного и Бэлы. Он охотно согласился уплатить за нее, и мы вернулись в дом. Здесь, прочитав аттестат Брошки, покупатель отказался от кобылы. Удивленный Сахновский спросил, в чем дело. «Я приехал купить шибаевскую лошадь, а эта четырехлетка от какой-то прокофьевской кобылы», – последовал ответ. Сахновский пояснил, что хотя завод Прокофьева никому не известен, но Бэла – мать Брошки, а ее мать Вьюга – дочь знаменитой кожинской Бедовой. «Я вам верю и не сомневаюсь в этом, – сказал покупатель. – Но когда придет время мне ее продать, у меня Брошку никто не купит, а если я начну толковать, что она замечательной породы, никто этому не поверит. Фирма – великое дело!» Так и уехал, не купив кобылы.
После этого мы с Сахновским поговорили о том, какое значение имеет в нашем деле «фирма». Многие коннозаводчики, подыскивая себе маток, не