Читать «Цена ненависти» онлайн

Следующим шагом при создании методики экспертной оценки ксенофобских материалов является разработка системы общих критериев оценки, позволяющих выявить смысловую направленность таких текстов, а также унифицировать результаты анализа, проведенного различными исследователями. В этой связи необходимо отметить, что еще десять лет назад А. Р. Ратиновым была предложена система признаков возбуждения национальной, расовой и религиозной вражды и нетерпимости[141]. В нынешнем виде эта классификация выглядит следующим образом.

1) Ложная идентификация — формирование и подкрепление негативного этнического стереотипа, отрицательного образа нации, расы, религии путем:

 переноса различного рода негативных характеристик и пороков отдельных представителей на всю этническую или религиозную группу;

 приписывания всем представителям этнической или религиозной группы стремления следовать древним обычаям, верованиям, традициям, негативно оцениваемым современной культурой;

 утверждения о врожденном или историческом превосходстве одной нации, расы, религии и неполноценности или порочности других.

2) Ложная атрибуция — приписывание враждебных действий и опасных намерений представителям какой–либо нации, расы, религии по отношению к другим путем:

 возложения вины и ответственности за деяния отдельных представителей на всю этническую, расовую или религиозную группу;

 утверждения об изначальной враждебности определенной нации, расы, религии по отношению к другим;

 утверждения о полярной противоположности и несовместимости интересов одной этнической или религиозной группы с интересами других;

 утверждения о наличии заговора, тайных планов одной национальной или религиозной группы против других;

 объяснения бедствий и неблагополучия в прошлом, настоящем, будущем существованием и целенаправленной деятельностью определенных этнических, расовых и религиозных групп.

3) Мнимая оборона — побуждение к действиям против какой–либо нации, расы, религии путем:

 поощрения, оправдания геноцида, депортаций, репрессий в отношении представителей какой–либо нации, расы, религии;

 требования вытеснить из различных сфер деятельности лиц определенной национальности, расы, конфессиональной принадлежности;

 требования ограничить права и свободы граждан или создать привилегии по национальному, расовому, религиозному признаку;

 высказывания угроз и подстрекательства к насильственным действиям в отношении лиц определенной национальности, расы или по признаку религиозной принадлежности.

При проведении исследования смысловой направленности конкретной публикации СМИ, материала публичного выступления данные признаки используются в качестве критериев оценки.

Эта классификация в последние годы все более активно применяется на практике как правоприменителями, так и экспертами при проведении исследований материалов СМИ, направленных на возбуждение национальной, расовой и религиозной вражды, она зарекомендовала себя как валидный и надежный инструмент для выявления смысловой направленности продукции масс–медиа подобного рода. Данные критерии могут быть использованы и для оценки смысловой направленности сообщения масс–медиа, публичного выступления на унижение национального, расового или религиозного достоинства человека. Кроме того, большая часть признаков применима и для определения смысловой направленности текстов, возбуждающих вражду к различным социальным группам[142].

Приведем краткие примеры интолерантных высказываний, встречающихся в сообщениях СМИ, и их соотношение с приведенными группами признаков. Так, к признакам первой группы («ложная идентификация») относятся такие утверждения, как: «нация воров и убийц», «еврейская (кавказская, азербайджанская, цыганская) мафия», «кровопийцы», «чурки», «хачики», «черные», «жиды» и т. д.

Признаки второй группы («ложная атрибуция») могут проявляться в таких суждениях, как: «азербайджанцы захватили рынки», «евреи захватили банки», «турки–месхетинцы (мигранты) захватили земли», «кавказцы насилуют русских женщин, занимаются работорговлей», «цыгане занимаются мошенничеством и наркоторговлей», «евреи спаивают и губят русский народ», «мировая закулиса», «сионо–масонский заговор», «тайные планы мусульман по захвату России» и т. д.

К признакам третьей группы («мнимая оборона») можно отнести такие призывы, как: «дадим отпор кавказским (еврейским и др.) оккупантам», «защитим Родину от скверны», «чемодан — вокзал — Баку», «запретить представителям некоренных народов управлять страной», «правильно их Сталин (Гитлер) прижимал к ногтю», «Россия для русских» и т. д.

Указанный выше предмет экспертного исследования определяет и профессиональную компетенцию специалистов, привлекаемых для ее производства. В целом можно выделить три подхода к анализу смысловой направленности материалов подобного рода, сложившиеся в рамках различных наук. Первый — лингвистический подход, объектом которого является язык сообщения, словесные средства, использованные автором для формирования определенной смысловой направленности сообщения. Второй — психолингвистический подход, анализирующий особенности речи автора. Наконец, третий — социально–психологический — направлен на изучение коммуникации между автором и аудиторией (посредством сообщения СМИ) как элемента человеческого общения в структуре массовых коммуникативных процессов. Отметим, что два последние подходы несколько шире первого, поскольку включают в орбиту анализа помимо вербальных, словесных, и различные невербальные компоненты речи и коммуникации. Их исследование часто бывает крайне значимо для определения смысловой направленности, например, видео- и аудиоматериалов.

Таким образом, подобные экспертизы должны проводиться специалистами–психолингвистами, филологами и социальными психологами, специализирующимися в области изучения средств массовой информации. Экспертизу может проводить как один специалист, профессионально владеющий знаниями и методами психолингвистики и социальной психологии, так и комиссия из специалистов в области социальной психологии и лингвистики. В этом случае назначается проведение комплексной экспертизы.

Учитывая малочисленность ученых, обладающих специальными познаниями одновременно и в социальной психологии, и в психолингвистике, а также отсутствие у многих из них опыта производства судебных экспертиз по делам указанной категории, более целесообразным представляется проводить именно комплексные психолингвистические экспертизы, привлекать для совместного исследования, с одной стороны, специалистов по социальной психологии, имеющих достаточную подготовку в области изучения массовых коммуникаций, психологии пропаганды, межгрупповых, в частности, межнациональных, отношений, а с другой — филологов, владеющих научным аппаратом лингвистики и семантики, специальными методами исследования продуктов речевой деятельности.

Специфика материала, предоставленного для исследования, может существенно влиять на состав специалистов, привлекаемых для производства экспертизы. Так, например, если сообщение СМИ не содержит вербальных компонентов, а представляет собой рисунок или карикатуру, то нецелесообразно привлекать для его изучения филологов: в данном случае наряду с социальными психологами необходимы специалисты в области живописи. Вместе с тем отметим, что на практике объектом экспертного исследования в подавляющем большинстве случаев выступает материал СМИ или публичного выступления, выраженный в вербальной форме (напечатанный текст, аудио- или видеозапись публичного выступления, радио- или телепередачи), иногда сопровождающийся невербальными компонентами (музыкальный и видеоряд телепередачи, рисунок, иллюстрирующий статью в газете, и т. д.)

Кроме того, следует учитывать, что ксенофобскую направленность может иметь не только сообщение СМИ или публичное выступление, но и произведение искусства (литературное произведение, художественный фильм, произведение изобразительного искусства и пр.) Его распространение или публичная демонстрация также является противоправным действием и влечет ответственность по ст. 282 УК РФ. Для определения смысловой направленности подобных произведений правоприменитель также нуждается в использовании специальных знаний. В этом случае экспертизу должны совместно проводить социальные психологи и искусствоведы соответствующего профиля (киноведы, литературоведы и др.) Соответственно, здесь должна назначаться комплексная психолого–искусствоведческая экспертиза.