Читать «Италия в Средние века и раннее Новое время: V–XVII вв.» онлайн

по его мнению, способна обеспечить мир и порядок, необходимые для всеобщего обновления. Данте ставит под сомнение теократические притязания папства, утверждая: «Власть империи вовсе не зависит от церкви»[21]. Основание для разграничения светской и духовной власти он находит в признании разных путей достижения земного и небесного блаженства. «Ибо до первого мы доходим путем философских наставлений, следуя им и действуя сообразно добродетелям моральным и интеллектуальным, до вторых же – путем наставлений духовных, превосходящих разум человеческий, следуя им и действуя сообразно добродетелям теологическим – вере, надежде, любви. …Вот почему нужно было для человека двоякое руководство в соответствии с двоякой целью, а именно, со стороны верховного первосвященника, который, в соответствии с откровением, вел бы род человеческий к жизни вечной, и со стороны императора, который, в соответствии с наставлениями философскими, направлял бы род человеческий к земному счастью»[22].

Последнее Данте не подчиняет блаженству небесному, более того, самую благодать божью исключает из земного бытия (ее спасительная сила сохраняет лишь трансцендентный характер), превращая его в арену собственных человеческих усилий, направляемых не теологией, а философией, и потому не папой, а монархом. С этим основополагающим тезисом его теории непосредственно связана идея всемирной монархии, призванной утвердить благо человечества, господство справедливости и свободы.

Этика как часть философии обретала в учении Данте права, сложившиеся в античности: вести человека к нравственному совершенству и земному благу, и потому выходила из подчинения теологии. Мысль Данте, разделяющая счастье земное и небесное, светскую и духовную власть, философию и теологию, окажется созвучной гуманистическим идеям следующего столетия. Сочинение Данте «Монархия», на философскую концепцию которого оказал влияние аверроизм с его стремлением разграничить «сферы» человеческого разума и божественного откровения, а соответственно властные функции императора и папы, вызвало враждебную реакцию католической церкви: в 1329 г. последовал приказ о сожжении трактата; в 1554 г. он был включен в «Индекс запрещенных книг».

Мысль о том, что знание и вера расторжимы, отчетливо читается и в сочинении Данте «Пир». Этот трактат в отличие от «Монархии» написан не на латыни, а на вольгаре – народном итальянском языке, все более решительно утверждавшемся в литературе. И это не случайно: Данте задумал «Пир» как изложение основ схоластической философии, которые были бы понятны более широкому кругу читателей – тем, кто в силу каких-либо обстоятельств не смог приобщиться к основам схоластики и извлечь из этого необходимую пользу. В этом трактате он пытается дать философское определение земного предназначения человека и особенностей его природы. Принимая тезис Аристотеля, что все люди от природы стремятся к знанию, Данте разъясняет его так: «Причина этому та, что каждое творенье, движимое предначертанием своей первоначальной природы, имеет склонность к собственному совершенству; и так как познание есть высшее совершенство нашей души, и в нем заключено наше блаженство, все мы от природы стремимся к нему»[23].

Склонность к познанию естественна, подчеркивает Данте, ее цель – Мудрость, источник совершенства и счастья человека. Эта идея Данте отличалась от положений схоластической концепции Фомы Аквинского и его последователей, в которой отрицалась возможность для человека удовлетворить в земном бытии жажду знания и достичь Истины, постигаемой лишь в Божественном откровении. Границы возможностей разума человека, утверждает Данте, установлены самой природой, которая предусмотрела, что «человеческие желания в этой жизни соразмерны пониманию того, что может быть здесь достигнуто… и так как познание сущности Бога, да и не только Бога, нашей природе недоступно, мы, естественно, и не стремимся ее познать». Мудрость земного бытия и мудрость высшая, в понимании Данте, разделимы. Первая не ставится в зависимость от второй – она доступна человеческому разуму без помощи откровения. Итогом его собственных усилий может быть достижение Мудрости (хотя и не полное обладание ею): в этом заключено естественное назначение смертной природы человека. Отступая от ортодоксальной церковной доктрины с ее аскетическим пренебрежением к плоти и разуму человека, Данте не усматривает противоречия между природным и божественным началом в его природе. Более того, смертная человеческая природа, полагает он, должна полностью раскрыться в земном существовании, а это высокое предназначение требует от людей активного стремления к естественному счастью. Отсюда новое понимание человеческого достоинства и благородства, высказанное в «Пире»: ошибаются те, кто связывает благородство со знатным происхождением – «не род делает благородными отдельные личности, а отдельные личности делают род благородным»[24].

Эта мысль Данте звучала резким диссонансом с официальной моралью феодального общества, соотносившей благородство и почести с местом человека в социальной иерархии. Проявление наиболее благородной стороны сущности человека он видел в разуме. Возвеличивая рациональное начало в человеке, Данте придавал особое значение его нравственному воспитанию и образованию, связывая с ними путь к естественному, земному счастью, достижимому собственными усилиями людей; роль философии, этики, подчеркивал он, принципиально важна для совершенствования человека и общества в целом.

Если в «Пире» и «Монархии» многие исследователи видят предвосхищение гуманистических идей, то «Божественную комедию» порой трактуют как отход от первоначальных философских позиций поэта. Впрочем, трудно отрицать, что Данте не отказывается в поэме от идеи всемирной монархии, призванной преобразовать мир на началах добра и справедливости. Он сохраняет и веру в достоинство человека, величие его разума, способного проникать в неведомое. Эта вера звучит в его страстном призыве к знанию:

Тот малый срок, пока еще не спят

Земные чувства, их остаток скудный

Отдайте постиженью новизны,

Чтоб, солнцу вслед, увидеть мир безлюдный!

Подумайте о том, чьи вы сыны;

Вы созданы не для животной доли,

Но к доблести и знанью рождены[25].

В «Божественной комедии» (впрочем, определение «божественная» появилось после его кончины) Данте подводил своеобразный итог всему комплексу средневекового мировоззрения и отразил свое понимание многих актуальных для его времени этико-философских и политических проблем. Оно выражается в наблюдениях и оценках Данте личностей и событий, о которых он повествует, описывая свое путешествие по загробному миру. Его позиция, имеющая глубокий философский подтекст, проступает и в месте, куда он помещает своих героев, – в Ад, Чистилище или Рай, и в том, каким мукам преданы его герои в разных кругах Ада и какие доблести открывают путь к райскому блаженству. Поэма Данте, заложившая основу литературного итальянского языка и мощная по силе художественной выразительности, обессмертила имя великого поэта и мыслителя. «Божественная комедия» отразила универсальность знания поэта, он выступает здесь как историк и философ, как правовед, теолог, мистик; его авторское «я» проступает очень четко как точка зрения личности, индивида. Знание обретает здесь форму поэтического ви́дения.

Данте, аккумулировавший в своем творчестве достижения средневековой мысли, близок