Читать «Черный кот на рояле, или В возбуждении уголовного дела отказать» онлайн

«Вот же сволочь. Надо было ему именно здесь нарисоваться». Бритвину до боли было жаль упущенного шанса заземлить эту тварь. «Ничего, – успокоил он себя, – в следующий раз ситуация другой будет. Не вывернется». Но главное сейчас было то, что с Ритой Демид наверняка не знаком. Бритвин посмотрел на часы – половина второго. Пора. Бросив окурок в металлическую урну у входа, он вернулся в ресторан.

Петруха объявился, наконец! Все путем. – Сообщил подбежавший к машине Брагин. – Покурить вышел. Никаких тревожных сигналов. Я тоже ничего подозрительного не заметил.

Открыв заднюю дверцу, он уселся рядом с Мухиным.

– Отлично. Молодец, Петро! – Дед довольно потер руки. – Значит, недолго ждать осталось. Толя, я думаю, надо сменить дислокацию. Отсюда ни черта не увидеть, а на пустой улице на морозе столбиком торчать – тоже не вариант.

– Где там спрячешься? Все от ресторана просматривается и, как назло, ни одной тачки, даже таксистов не видно. – Воробей зябко потер руки. – Как повымерли все. Не перед входом же стоять на самом деле?

– А ты напрягись и сориентируйся, – повысил голос дед. – Я что ли за рулем? Ты должен все шхеры в районе знать.

– Ничего я никому не должен, ни стране, ни тебе лично – последовал резкий ответ Воробья. – Повязать надо было сразу эту красавицу, как я предлагал, так нет – в стратегию ударились. И что? Сидим здесь, как… – Не желая проводить обидный аналог, Птицын отвернулся к окну.

– Ты что, «пернатый», расчирикался, – не на шутку завелся Ермолин. – Как я понимаю, решение вместе принимали. Так какого хрена ты крыльями машешь, смуту в народе сеешь?

– Да не лайтесь вы, – прервал начавшуюся было перепалку Брагин. – Я, пока у кабака терся, кое-что приметил. Встать недалеко и чтобы все видно было. очень просто. Метрах в шестидесяти от входа фонарь не работает. Если подъехать туда – как раз в тени будем. От ресторана ничего не просматривается. Отвечаю. Вот туда смотри. – И Брагин вытянул руку, показывая ориентир. – Видите?

Действительно, относительно яркое освещение улицы в одном месте прерывалось, образуя темный провал.

– Молодец, Андрюха! – воскликнул дед. – Толя, давай туда.

Воробей, продолжая невнятно ворчать, запустил двигатель и медленно вырулил на площадь. Обогнув памятник соратнику предводителя мирового революционного движения, монументально возвышавшийся среди аккуратно высаженных елочек, регулярно вырубаемых в канун Нового года несознательными гражданами, заехал в переулок и, развернувшись, остановился.

– Ну вот, теперь нормально, все как на ладони – удовлетворенно сказал дед и, в который раз закурив, обратился к Мухину, тихо наблюдавшему за тонкостями оперативной работы.

– Игорь, ты отсюда Риту узнаешь?

– Конечно.

– Так… – Ермолин задумчиво потер переносицу. – Скажи мне, Игорь, могу ли я быть уверен, что ты до конца искренен. Подожди, не перебивай!! Я хочу тебя сразу предупредить. Какое-то время, в период операции, ты будешь свободен. Так вот, если замыслил фортель какой выкинуть, то лучше сразу откажись. От меня все равно не скроешься. Под землей достану.

– Я знаю об этом, Владимир Александрович.

Дед удивленно вскинул брови. – Откуда знаешь? Кажется, я с тобой не знакомился.

– Мне Альберт Вениаминович про Вас рассказывал.

– Даже так… – дед негромко откашлялся. – Тем более. И еще хочу тебе сказать, что в данный момент твоя судьба находится в твоих руках. По уши в лихих делах ты еще не завяз и при благополучном раскладе касаемо тебя могут быть рассмотрены различные варианты. Сам понять должен! – Многозначительно закончив фразу, дед умолк.

– Не сомневайтесь, не подведу. И дело вовсе ни в каких-то вариантах – надоело все, сил больше нет! – даже в темноте салона было заметно, как загорелось лицо Мухина.

– Вот и отлично, – похвалил Ермолин, – оказывается ты идейный парень, приятно с такими работать. Честное слово. Ладно, хватит лирики – всем смотреть. Тебя это тоже касается! – довольно сильно пихнув в бок, взбодрил задремавшего под шумок Брагина. – Кстати, который час?

– Половина второго, – болезненно морщась, ответил Андрей.

То, что произошло минутами раньше, можно было с полной уверенностью охарактеризовать одним емким словом – провал. Провал всей, хоть и наспех спланированной, комбинации. Несмотря на слезные заверения держать язык за зубами (а что еще оставалось делать в той хреновейшей для него ситуации), Демидов почти наверняка все выложит своим дружкам. И тогда полный алес, цурюк, фикс (немецкое выражение, иногда употребляемое Петром) – Самое разумное в данный момент было поскорее закруглиться и быстрым шагом на выход, разумеется под ручку с Маргаритой. Та, конечно же, возражать не будет. Она, а в этом Петр нисколько не сомневался, ждет – не дождется момента вывести доверчивого влюбленного лоха на свежий воздух. И затем аккуратненько притащить в темный, мрачный парадняк над мебельным магазином в лапы суровых хлопцев.

– М-да, дела. – Вслух произнес Петр и на всякий случай оглянулся на дверь туалета, откуда вот– вот должен выплыть униженный и оскорбленный Демид. Совсем не желая повторного свидания с ним, Петя по привычке подтянул узел галстука и, придав лицу беззаботный вид, зашел в зал. Отстранился, пропуская двигавшихся встречным курсом «кацо» и словно приклеившуюся к нему девицу, но все-таки задел того плечом.

– Паслушай, дарагой, нельзя ли потище, – пьяно, больше для понта, возмутился кавказец, надменно развернув свой горбатый «клюв» в Петину сторону.

– Извини, дарагой, нэ нарочно я, проход узкый. – с ужасным акцентом произнес Бритвин, примирительно хлопая его по плечу. Что-то проворчав на своем родном гортанном наречии и переключив внимание на партнершу, «сын гор» вырулил в холл. Быть может, он обозвал Петю самыми последними кавказскими ругательствами, но Бритвин ни слова из «басурманского» языка не знал и поэтому нисколько не обиделся.

Подойдя к столику с ерзавшей в ожидании Ритой, Петя плюхнулся в кресло, молча налил и сразу же опрокинул в рот рюмку коньяку. Закурив, весело посмотрел на Риту.

– Ну что, Ольга, не успела соскучиться?

– Петя, у тебя все нормально? Кто это был?

– Да один… – Бритвин чуть было не добавил – «судимый», но во время замолчал. Прикрыв ладонью ее руку, нежно сжал ее.

– Не волнуйся. Перебрал мужик немного, потанцевать захотелось, что здесь такого. Когда узнал, что ты моя невеста, жутко стыдно ему стало, извинялся долго, еле отвязался. – Петя беспечно рассмеялся.

– Даже так. – Ритины глаза лукаво заблестели.

– Только так и не иначе, – бравурно произнес Петя, – а ты с чем-то не согласна?

Рита аккуратно вытащила из пачки длинную сигаретку, чиркнула колесиком зажигалки и выпустила тонкую струйку дыма. Внимательно, с явным интересом посмотрела на Бритвина. Некоторое время они молча курили, периодически встречаясь глазами и улыбаясь.

– Петя, посмотри, этот вернулся, – прервала паузу Рита. – Злобный какой-то, взъерошенный весь.

Бритвин повернул голову. Демид завалился на стул и тут же выпил заботливо протянутый фужер с водкой. Встретившись с Петром взглядом, недобро усмехнулся. «Вот же гнида, никак угомониться не может» – со злостью подумал Бритвин. «Жалко не вырубил его и башкой в унитаз не запихнул. Похоже, иначе этот козел не понимает».

– Ты заметил, как он посмотрел, – не успокаивалась Марго, – мне страшно.

«Ничего ты, радость моя, не боишься. Подвернулся, наконец, момент удобный. Сейчас попросишь проводить до дома».

– Да успокойся ты, ради бога. Все нормально.

– Все равно настроение испорчено, – она надула губки, отчего лицо приобрело по-детски обиженное выражение. – Такой хороший был вечер.

– Почему был? – изобразив крайнее недоумение, встрепенулся Бритвин. – Мы что расстаемся? Мне бы этого очень не хотелось.

Он накрыл своей ладонью ее руку. Рита отвела глаза. С минуту они молчали. Затем едва заметным легким движением высвободилась из Петиного захвата, смахнула со лба прядь светло-русых волос.

– И все же мне пора уходить, – грустно сказала она и, немного замявшись, пролепетала то, что Бритвин и ожидал услышать.

– Петя, я хотела тебя попросить: проводи меня. Я тут недалеко живу. Уже ночь, сам понимаешь…

Петр еле скрыл самодовольную усмешку.

– О чем ты говоришь? Неужели думаешь, что я тебя куда-то одну отпущу. Только, Оленька, чур, одно условие.

– Какое условие? – настороженно переспросила она.

– Чашка горячего кофе. Ведь ты угостишь меня кофе, не правда ли? Тем более любой труд должен быть оплачен. – Наигранно серьезно произнес Бритвин, сделав ударение на последнем слове.

– Ладно, – снисходительно улыбнулась Рита, – будет тебе кофе.

– Вот и отлично. Тогда по коням! Официант! – Петр манерно пощелкал пальцами. Рита от души рассмеялась.