Читать «Тарковские. Отец и сын в зеркале судьбы» онлайн

12 июня 1978 г.

А. А. прочитал мне поэму «Чудо со щеглом». Читал замечательно, получая от чтения огромное удовольствие. Рассказал, что каким-то чудом «Чудо со щеглом» удалось напечатать в «Крокодиле» – это была идея Алексея Пьянова, который, кажется, работал ответственным секретарем журнала.

25 июня 1978 г.

Тарковский очень любит этот день, день своего рождения. «Настал июнь, мой лучший месяц». Пробыл у него почти весь день – и весь день кто-то приезжал из Москвы, приходили другие обитатели Дома творчества и переделкинских дач. Кто-то подарил игрушечную обезьянку – Арсений очень их любит; у него в Москве целая «семейка» таких игрушек, и он заботливо, как в детстве, сажает их в изголовье своего дивана.

2 сентября 1978 г.

Возил Тарковских в Москву и обратно. К Арсению Александровичу приезжал юрист – Марк Келлерман (если не путаю фамилию). Он, как выражались в старину, ведет дела Тарковского, т. е. следит за тем, чтобы в издательствах вовремя и правильно выплачивали гонорары А. А. Это особенно касается публикаций переводов в республиканских издательствах. За это юрист берет 10 % от всех гонораров за книжные публикации Тарковского, включая даже собственные книги А. А. <.>

24 марта 1979 г.

– Пруст скучен, – сказал сегодня Тарковский. В четверг у него вечер в институте информатики.

За ужином Тарковский рассказывал:

– Чуковский (Корней Иванович) был большой штукарь. Встретились мы с ним один раз на Ново-Басманной около Гослитиздата. Он по одну сторону ворот, я – по другую. Я ему поклонился по-восточному, чуть не в пояс, он мне тоже – еще ниже, я – еще ниже, и он не отстает. В конце концов, мы стояли на коленях на асфальте и кланялись друг другу до земли.

1 июля 1979 г.

Вчера Тарковский дал мне письмо к директору издательства «Худ. литература» Вал. Осип. Осипову с просьбой о включении в план 2-томника его стихов, поэм и переводов. 3-го числа надо заехать к Т. А. Кудрявцевой, взять рукописи для Татьяны Алексеевны.

4 июля 1979 г.

<.> Арсений Александрович подарил мне трость с вырезанной змеей и инкрустированными чешуйками. Рассказывал, что когда-то тросточку своей матери подарил Анне Ахматовой. А та, будучи в Англии, передарила ее Саломее Николаевне Андрониковой (той самой, которой посвящено стихотворение Мандельштама «Когда, соломинка, не спишь в огромной спальне…»).

18 августа 1979 г.

В пятницу с Володей Волковым ездили на могилу Пастернака. Познакомился с удивительным человеком по имени Эммануил Ефимович, который уже 10 лет совершенно бескорыстно ухаживает за могилой. Ежедневно ездит из Москвы (а живет он рядом с «Войковской»), носит воду из ручья (это очень далеко.), чтобы поливать цветы на могиле. <.>

В субботу был у Тарковских. О Пастернаке Арсений Александрович рассказывает две примечательные истории.

Однажды Тарковский, Пастернак, Ираклий Абашидзе, Симон Чиковани и кто-то еще из грузинских поэтов, стихи которых они переводили, выступали от Бюро пропаганды советской литературы на каком-то химическом заводе в Грузии. Поэтам показали производство. Пастернак увидел, что рабочие трудятся в страшных, невероятно вредных условиях, и ужаснулся. Когда наконец все собрались в заводском Дворце культуры слушать поэтов, Пастернак вместо приветственной речи и стихов сказал:

– Дорогие мои, как же вы тут работаете? Бегите отсюда, скорее бегите!

Был скандал.

Другой случай, связанный с Пастернаком, таков. Он всегда раздавал в гостиницах и ресторанах слишком большие чаевые. Однажды Тарковский и Пастернак оказались вместе в Тбилиси на каком-то поэтическом празднике, жили в одной гостинице. Арсений Александрович смущенно попросил Пастернака не давать такие большие деньги горничным и официантам, поскольку он, Тарковский, не может давать столько же и потому чувствует себя неловко.

– Милый! – удивленно вскинул брови Пастернак. – У вас нет денег? Возьмите у меня!

У Тарковского хорошее настроение. Читали Д. Хармса. Под вечер пришла Суламифь (?) и стала попрошайничать. Выпросила у Тарковского фотографию, потом стала просить «Вопли»[98] № 7 c интервью, но Ар. Ал. отшутился – у него было всего 2 экз.

8 сентября 1979 г.

Ночевал у Тарковских в Голицыне. Приехал поздно – значительно позже, чем обещал.

Арсений Александрович очень волновался. Сказал:

– Нельзя заводить кошек, собак и друзей – за них вечно переживаешь.

Записка А. А. Тарковского, адресованная составителю сборника «День поэзии» В. Д. Кострову

4 апреля 1980 г.

Вышла книга Тарковского «Зимний день» – в основном стихи последних лет плюс «Чудо со щеглом».

«Советский писатель» расщедрился на 25-тысячный тираж. Но книгу, разумеется, в магазинах не сыщешь. Самое потрясающее стихотворение —

Тот жил и умер, та жилаИ умерла, и эти жилиИ умерли. К одной могилеДругая рядом прилегла…

Кажется, что оно задало вообще тональность книги. И Арсений надписал мне книгу очень грустно: «Милому Алику на помин души автора этой книжки с сердечным приветом».

29 июня 1980 г.

Был в гостях у Тарковских (на «Маяковке») – познакомил их с актрисой из Минска Ниной Черкес и ее женихом, польским пианистом Яношем. У Арсения и Яноша есть две общие темы – музыка и Шопен. Нина с восторгом рассказывает о Вене Ерофееве, но А. А. равнодушен к его творчеству. Для него русская проза XX века – это Олеша, Платонов, из современников – Андрей Битов.

19 сентября 1980 г.

Вчера и позавчера был у Тарковских. <…> Говорили с Арсением Александровичем о разном, в т. ч. о похоронных обрядах. Играли в нарды. Слушали магнитофонную запись: Тарковский читает свои стихи.

Боже правый, неужели Вслед за ним пройду и я В жизнь из жизни, мимо цели, Мимо смысла бытия?

Я спросил, что это значит – мимо цели? Тарковский:

– Он же (Пушкин) был неверующим. А смысл бытия – это Бог. Жаловался, что никак не может расписаться.[99]

– Верно, надо писать белые стихи. Это очень хорошее средство, чтобы расписаться.

А. А. сказал, что несколько лет назад ему помогал «расписаться» хороший психоаналитик.

12 октября 1980 г.

Раздобыл вторую книгу Тарковского – «Земле земное», это 1966 год. Хорошее издание, симпатичное оформление, прекрасный шрифт. Таким образом, у меня теперь есть все стихотворные сборники А. А. По традиции попросил автограф, и Арсений торжественно сочинил: «Надписываю: дорогому Саше Лаврину с неизменным расположением и пожеланием добра. 12 октября 1980 г. А.Тарковский».

Почти всегда он надписывает автографы шариковой ручкой, хотя очень любит перьевые – у него их целая коллекция: старые китайские, еще 50-х годов, пара паркеровских, еще какие-то неизвестных мне фирм.

21 октября 1980 г.

Сегодня ездили с А. А. в Дом книги, чтобы заказать экземпляры его «Избранного». Здесь его очень любят. Зам. директора Алла Александровна растаяла, когда он со светской учтивостью поцеловал ей руку.

Днем Тарковскому звонили из ЦДРИ – предлагали участвовать в вечере, посвященном Александру Блоку. А. А. отказался:

– Я сейчас разлюбил Блока и боюсь, что наговорю про него одни гадости…