Читать «Искушение. Мой непокорный пленник» онлайн
Виктория Виноградова
Страница 66 из 78
Гораздо сильнее всех всполошил вид Маркуса. Он до сих пор оставался без сознания. Рабы Ликеи помогли уложить его на кровать в моей спальне, после чего покинули нас. Или-Тау побежала за настоями и мазями, Вир принес тазик с теплой водой и тряпки, чтобы промыть раны. Дилизий молча подошел и обнял меня, выражая поддержку.
Меня пытались умыть и уложить спать. После лазания по коридору я выглядела не многим лучше, чем перепачканный Маркус. Согласилась смыть грязь, и то быстро, под душем, даже не дожидаясь, когда нагреется вода. Или-Тау осмотрела меня, смазала мазью ссадины. На этом от меня отстали и я смогла вернуться к постели Маркуса.
Бедный мой… Лежал неподвижно. Дыхание тихое-тихое, едва уловимое. Висок разбит, руки в ссадинах, костяшки пальцев сбиты в кровь. Левая нога сломана ниже колена. И это только при внешнем осмотре. Как оно там на самом деле — скажет только лекарь.
Глаза буквально закрывались от усталости, но я продолжала сидеть у постели Маркуса, в ожидании лекаря и в надежде, что мой хороший придет в себя.
Как же я испугалась, когда все гости выбежали из дома, а он остался там, под завалом. Я даже сама от себя не ожидала такой реакции. Мне-то все это время казалось, что я отношусь к Маркусу просто как к хорошему человеку. Симпатичный, душевный, но и только. А оно вон как вышло…
И ведь, что интересно, у меня не было явных признаков влюбленности, какие обычно присущи этому романтическому периоду. Никаких ранних пробуждений, когда встаешь ни свет ни заря, с мыслями о возлюбленном. Никакой эйфории и идеализирования объекта страсти. Наоборот, все очень буднично, размеренно. Мне просто нравилось проводить время с Маркусом. С ним всегда было так спокойно и уютно, как бывает с близкими по духу людьми.
Поэтому мне в голову не могло прийти, что я успела настолько к нему привязаться и даже полюбить.
Смотрела на его бледное лицо и слезы опять сами лились по щекам от осознания насколько я действительно его люблю. Господи, еще буквально вчера мне казалось, что я спокойно проживу без него. Погрущу, конечно, немного, как у меня это водится, когда я успевала привязаться к кому-то из воспитанников, но быстро забуду.
Какая же я наивная…
А еще я только сейчас поняла, что все последнее время ни разу всерьез не думала о том, что мне придется отдавать Маркуса Эйстерии. Возможно, кстати, я поэтому подсознательно избегала проводить с ним какие-то нормальные занятия, как это делала с предыдущими заказами. Все прошлые разы, как бы мне ни было неприятно, но я полностью отрабатывала гонорар, на практике оттачивая с рабами как именно им следует служить будущей госпоже. А здесь сама себя оправдала тем, что с Маркуса будет достаточно того, что мы пробежимся по теоретической части.
Как ловко наш мозг умеет обманывать, подкидывая нам оправдания, если мы не желаем видеть реальное положение дел.
Я смотрела на бледного спящего Маркуса и думала, как поступить. Если Эльриния не солгала, то завтра я получу за Дилизия шесть тысяч далариев. Даже если жена судьи откажется покупать Или-Тау, чтобы не ссориться с Ликеей, то можно продать вейтанку, например, за пять сотен той же Эльринии. Или даже уступить бесплатно, лишь бы девочка оказалась в хороших руках. В теории, даже шести тысяч должно хватить, чтобы выкупить Маркуса.
А если нет? Эйстерия — женщина упрямая. Может и отказаться. И что тогда? Сбежать? Быстро всех продать и пока до Эйстерии не дошли слухи, убраться подальше из города? Можно оставить ей деньги за Маркуса. Сколько она за него заплатила, и еще столько же сверху, и уйти. В этом случае остатка хватит на то, чтобы купить билеты для нас с Маркусом и Виром.
ГЛАВА 23
Десять дней до визита Эйстерии
Не помню, как заснула. Проснулась от того, что Дилизий сообщил мне о приходе лекаря. Маркус все еще был без сознания. Мужчина, которого прислала Миления, осмотрел моего брюнета, сообщил, что у него открытый перелом ноги и рассечен череп на затылке.
Я только сейчас, когда в комнате стало светлее, заметила, что вся подушка пропиталась кровью. По счастью, рана была не глубокая и лекарь обещал, что Маркус быстро поправится. А вот с ногой у него была серьезная проблема и на восстановление потребуются недели. Плохо. Очень плохо. Чем скорее мы сможем убраться из города, тем больше шансов, что не пересечемся с Эйстерией.
Меня врач тоже осмотрел. Я отметила слабость, тошноту и боль в груди. Лекарь велел как можно чаще находиться на свежем воздухе, желательно сидя или лежа, и обильно пить теплое разбавленное вино. Сказал, что я надышалась дымом, но ничего критического не произошло.
В отличие от Маркуса: ему требовалось прикладывать холодные компрессы на грудь, выводить на свежий воздух и поить микстурами. Еще на спине у моего арамерца обнаружились ожоги, которые требовалось смазывать заживляющей мазью.
Лекарь перевязал Маркусу грудь, голову и сломанную ногу, оставил лекарства и ушел. Он не взял денег, сказав, что госпожа Миления пожелала оплатить все расходы по лечению в знак благодарности за спасение.
После ухода лекаря я вновь уснула на кровати рядом с Маркусом. В доме была еще одна спальня, в которой раньше жила тетка, но я не хотела оставлять моего раненного бойца одного.
Сквозь сон слышала, как прислуга время от времени заходила в спальню и уходила, стараясь не будить меня.
Проснулась от того, что почувствовала, как Маркус пошевелился.
— Как ты? — я встревоженно поднялась, наблюдая как Маркус ворочается.
— Вроде жив, — голос его был слаб, но даже в этом состоянии он попытался выдавить из себя ободряющую улыбку.
Мол, не переживай, все хорошо.
— Лежи, лежи, не двигайся. Лекарь сказал, что тебе нужен покой. Где у тебя болит?
— Ты нашла повод затащить меня в свою постель?
Этот балбес еще и шутить пытался.
— Или-Тау приготовила для тебя настойку, которая помогает от боли. Давай я ее принесу? Ты есть хочешь?
— Только воды, если можно.
— Я сейчас, — вскочила, чудом не упав.
От резкого движения в глазах потемнело, но постаралась сдержаться. Не хватало еще, чтобы он за меня переживал. А то знаю я Маркуса.
Изобразив уверенную походку, дошла до двери и