Читать «Автомобильная династия. История семьи, создавшей империю BMW» онлайн
Рюдигер Юнгблут
Страница 25 из 100
Несколько десятилетий спустя Герберт Квандт показал, что сумел тогда разгадать мотивы отца. На праздновании 60-летия Павеля в 1968 году промышленник сказал своему бывшему конкуренту: «У нас с самого начала завязались хорошие личные отношения, несмотря на некоторое изначальное противостояние между двумя людьми почти одного возраста, один из которых был способным юристом, а другой – сыном держателя наибольшего пакета акций». А после добавил: «Возможно, такое противостояние даже пошло нам на пользу».
О том, насколько сильным ощущал себя Павель в начале сороковых годов, говорят его жалобы Гюнтеру Квандту на то, что Герберт вошел в состав правления на год раньше него. Отец доверил сыну управление двумя подраздедениями AFA – рекламы и персонала. Амбициозный Павель делал все возможное, чтобы превзойти Герберта Квандта. Он не только с охотой брался за любую задачу, которую ставил перед ним Гюнтер Квандт, но и разрабатывал собственные программы по расширению империи Квандта. При этом Павель не церемонился: его попытки враждебных поглощений как внутри страны, так и за рубежом, не отличались осторожностью и дипломатичностью. Павель был коммерсантом, стремившимся использовать каждую возможность. Эти качества импонировали Квандту, ведь они характеризовали и его собственную натуру. Вскоре мы увидим, чего он смог добиться благодаря им за двенадцать лет Третьего рейха.
Глава 6
Лесть, борьба, выгода
Гюнтер Квандт и нацисты
Фильм выпустили без предупреждения. в телепрограмме стояла передача про Инге Майзель, однако вместо нее воскресным сентябрьским вечером 2007 года в 23:00 канал Das Erste показал документальный фильм о нацистском прошлом семьи Квандт. Почему ответственная телекомпания вывела фильм в эфир таким таинственным способом, осталось загадкой. В газетах писали о том, что, возможно, компания опасалась противодействия со стороны семьи, которая вполне могла обратиться в суд за запретом на показ. Это вполне похоже на правду, поскольку до выхода фильма Квандты никогда не высказывались относительно своего нацистского прошлого.
Компания Varta, преемница первого предприятия Квандтов AFA, еще в 1970-е годы продемонстрировала свою плохую память. Группа датчан, бывших заключенных концентрационного лагеря в Штёкене, Ганновер, сплотилась еще в концлагере, и в последующие десятилетия ее члены поддерживали связь друг с другом. В начале 1972 года представитель группы Арнольд Йенсен попросил компанию Varta оказать им помощь в покупке дома в Северном Шлезвиге, чтобы разместить базу отдыха для бывших заключенных. Отказ, пришедший из Ганновера, был холодным и категоричным: «Поскольку мы не признаем ни правовых, ни моральных обязательств, которые могли бы стать следствием преступных деяний нашего предприятия, мы просим вас отнестись к нашему решению не удовлетворять вашу заявку на оказание помощи с пониманием».
Судя по всему, сменив в 1962-м название, AFA предала забвению не только имя, но и свое прошлое. Соответствующим образом вело себя и руководство, и наследники Квандта. В 1980-х годах историки из Университета Ганновера исследовали, как компания относится к бывшим подневольным работникам спустя несколько десятилетий после войны. Результатом стал однозначначный позор предприятия: «Компания Varta грубо отвергает ответственность за то, что на ее территории был размещен концлагерь».
В 1988 году в дело вмешался Ян Филипп Реемстма, руководитель Гембургского фонда поддержки науки и культуры. Он предложил превратить концлагерь Нойенгамме в памятник истории. Наследник семейства Реемстма, которое во времена нацистов вело бизнес столь же успешно, как и Квандты, обратился с просьбой о финансовой поддержке к Varta, так как на участке, принадлежавшем компании, находился внешний лагерь концлагеря Нойенгамме. Сначала в Varta никак не отреагировали на просьбу, однако через некоторое время представитель компании сообщил, что первое письмо, очевидно, попало не в тот ящик, и выслал чек на 5000 марок. Реемстма предположил, что Varta игнорировала письмо до тех пор, пока ей не понадобилось сообщить налоговой службе о своей благотворительной деятельности.
До самого начала нового века семья Квандтов хранила упорное молчание относительно своего нацистского прошлого. В 2002 году, после выхода семейной биографии, а также статьи в журнале Stern о запутанных связях их предков с руководством Третьего рейха, никто из членов семьи не высказался по этому поводу. Все запросы на интервью по данной теме отклонялись и в последующие годы. Правда, Сюзанна Клаттен и Штефан Квандт вообще не давали интервью.
Документальный фильм, показанный в 2007 году миллионной аудитории, семейство Квандт тоже пропустило. Его посмотрела только Габриэле Квандт, и то по чистой случайности. И фильм ее очень задел.
Фильм NDR выглядит как настоящее – и очень эмоциональное – обвинение. Кадры быстро сменяют друг друга. Сначала на экране появляется Карл-Адольф Серенсен, в 1944 и 1945 годах заключенный в концентрационном лагере в Штёкене. Датчанин по происхождению, он был подневольным работником на аккумуляторной фабрике Квандта. «В каждом сне, который мне снится, я вновь оказываюсь в лагере, – говорит 82-летний мужчина. – И так будет, пока я не умру». Затем перед зрителями возникает Свен Квандт. Наследник Varta произносит: «Нам, наконец, нужно забыть об этом. В других странах тоже происходили подобные вещи. По всему миру. Об этом больше просто никто не говорит».
Фильм рассказывает о том, сколь разносторонне семья Квандтов была связана с национал-социалистическим беспределом: о подневольном труде, о производстве оружия. Несмотря на то что «он не раскрывает ничего принципиально нового», как выразился журнал Spiegel, фильм имел большой резонанс благодаря личным свидетельствам людей, которых запечатлели авторы – Эрик Фридлер и Барбара Зиберт. Среди них двое бывших заключенных концентрационного лагеря в Штёкене и один подневольный работник, вынужденный трудиться на оружейном заводе Deutsche Waffen– und Munitionsfabriken (DMW).
Впервые эти жертвы получили возможность рассказать о себе, и, услышав их, общественность ополчилась против Квандтов. Серенсен, который вместе с другими бывшими заключенными безрезультатно обратился в 1970-е годы в Varta за скромной финансовой поддержкой, с горечью вспоминал об отказе: «Они ответили жестко и высокомерно. Они нас унизили».
Документальный фильм вышел под названием «Молчание Квандтов». Но на самом деле оно не очень-то подходило, поскольку создателям удалось взять комментарий у двух членов семьи. Один из них, предприниматель и бывший гонщик Свен Квандт, отвечая на вопросы о прошлом своих предков, преуменьшил их участие в нацистском беспределе. Когда его спросили о его собственной ответственности, он прохладно заметил: «Как же я могу нести за это ответственность? Я что, жил в то время? Нет».
Слово в фильме также дали Сигрид Гролль, урожденной Пауль, племяннице Гюнтера Квандта. Она защищала дядю, которым восхищалась всю жизнь, и хвалила его заслуги. Фрау Гролль заявила, что Гюнтеру Квандту ничего не оставалось, кроме