Читать «Железный Феникс 2» онлайн
Виктор Котович
Страница 64 из 69
Красные глаза посла полыхают праведным гневом. Только вот мне указывать явно не тому, кто перед Горевым слова не мог вымолвить.
— «Приказываю»? — усмехаюсь. — Может, тебе ещё в ножки поклониться, красноглазый?
Сам Ёл шумно выдыхает, явно сообразив, что не стоит безоружному дохляку вроде него так разговаривать с разгорячённым после боя вооружённым мной. Особенно находясь наедине. Ну а что? Горев уже никому ничего не расскажет, а Гайла вряд ли меня выдаст.
— Прошу прощения, если показался грубым, — едва сдерживаясь, цедит посол. Ещё и кланяется, сгибаясь так, будто проглотил палку. — Мои непочтительные речи в отношении моего спасителя проистекают лишь из глубочайшего удивления, которое я ощутил, увидев происходящее. Однако я вынужден повторить свою просьбу отдать меч мне.
Улыбаюсь ещё шире и развожу руками:
— Не было ещё такого, чтобы кто-то своё оружие первому встречному по первому же требованию отдавал. Вот и я начинать не стану.
— Желаете присвоить себе достояние моего народа? — тут взбрыкивает Сам Ёл. И поступает ко мне с недвусмысленным намерением отобрать оружие голыми руками. Ненадолго же хватило его благоразумия! — А ну живо отдай меч, а не то…
— Что? — уточняю издевательски, направляя клинок поближе к пословой пустой башке. — Заплачешь? Да хоть обгадься, мне-то что?
К такой манере ведения переговоров посол оказывается не готовым. Он открывает рот, чтобы мне ответить. Издаёт горлом сдавленный звук, похожий на клёкот. И вдруг хватается прямо за клинок!
Пытается, если быть точным. Потому что в последний момент я успеваю убрать оружие. Но съехавшего с катушек это не останавливает. Он снова бросается ко мне. Такого даже бить как-то неловко, только клинок марать…
— Хватит! — меч раздора исчезает из руки, а передо мной материализуется фигура Гайлы. — Позже я всё объясню и отвечу на любые вопросы. И буду ждать ответов от вас.
Но уже всё для себя решивший Сам Ёл тянет грабли уже к девушке.
— И что же здесь такое происходит? — слышится от двери. Там стоит собственной персоной кайзер с неизменным Рах Шаном за плечом. А позади них маячат ратники. Интересно, как долго они тут уже находятся? Судя по ошалелым взглядам, превращение меча в девушку заметить успели. На лице кайзера удивление смешано с досадой, а вот Рах Шан кивает, будто именно этого он и ожидал.
— Простите, уважаемый, — мигом приходит в себя неуравновешенный кхелот. — Здесь были нарушены законы нашего острова, поэтому я позволил себе разобраться.
Несмотря на извинения, сказано это было таким тоном, будто наш посол послал до кучи ещё и кайзера. Вот только правитель не обратил на это ровно никакого внимания. Просто кивнул, принимая.
— Это не отменяет того факта, что ты вёл себя неприемлемо, Сам Ёл, — всё же выговаривает послу Рах Шан. — Стоит принести официальные извинения не только господину кайзеру, но и господину Воскресенскому.
— Может, и тебе стоит их принести? — вызверяется в ответ Сам Ёл. — Раз всё произошло из-за твоего попустительства⁈ Ладно. Откланяюсь. А тебя, Гайла, жду на беседу в ближайшее время!
И он действительно откланивается. И широкими шагами покидает помещение. А вот кайзер наоборот — проходит внутрь. Со странным выражением лица разглядывает труп поверженного советника. Потом, поджав губы, с тем же выражением смотрит на нас с Гайлой.
— Что ж, — наконец произносит он. — Макс Воскресенский, если не ошибаюсь? Знавал я твоего деда когда-то. Ты, Макс, весь в него.
В том смысле, что раздражаю точно так же? Вот уж не думал, что у нас с Олгафом столько общего. Торопливо прячу ухмылку в вежливом поклоне.
— Битва в бальном зале завершена, — продолжает кайзер, будто бы совсем не замечая девушку. — Портал разрушен. Поэтому в честь победы в ближайшие пару дней мы устроим грандиозный праздник.
Пару дней? Праздник? Вот так сразу?
— Жители столицы должны видеть, что всё в порядке, — поясняет Рах Шан, словно прочитав мои мысли. — Слухи распространяются со скоростью света, да и спрятанные в городе донжоны удалось обнаружить далеко не все. Люди волнуются.
Всё равно не понятно. Разве не нужно сначала всё расследовать и переловить оставшихся преступников? Но кажется, создать видимость для них важнее, чем разобраться с первоисточником.
Ладно, мне-то какая разница? Они тут и сами знают, что для них лучше.
— На этот праздник, — продолжает кайзер невозмутимо, — приглашены все, кто принимал участие в защите резиденции. А также их ближайшие родственники.
— Благодарю, — чуть склоняю голову. — Тогда сейчас мы пока вернёмся в Нулевую академию…
— Разве я непонятно выразился? — поднимает брови правитель. — Вы остаётесь здесь. Или собираетесь со мной спорить?
Угрозу в последнем вопросе не услышал бы только глухой. Выражаю согласие, одновременно раздумывая, зачем ему нужно наше присутствие. Чтоб никому ничего не разболтали? Ну так у Ястребов это и так не принято.
И почему меня не покидает ощущение, что, несмотря на благостные речи, кайзер совсем не доволен нашим вмешательством? Да и приглашение это выглядит слишком подозрительным. Создаётся впечатление, что мы остаёмся тут в качестве… заложников. Но такого ведь не может быть, правда? Мы ж как-никак защитили город и самого кайзера. Без нас жертв и разрушений было бы намного больше.
Хотя кого я обманываю, в этом мире может быть что угодно! Мало ли что на уме у дядьки, прожившего целых пятьсот лет.
Но делать нечего. От таких настоятельных приглашений отказываться не стоит. Если, конечно, не хочешь обозлить правителя ещё больше. Конвой в виде пары ратников провожает нас к гостевым покоям, усиливая ощущение несвободы. Гайла всю дорогу раздумывает о чём-то своём, а, завидев комнату, спешит войти и захлопнуть дверь. Обсуждать случившееся и объясняться она будто не собирается. Так, словно меня болтовня посла ни грамма не касается. И это злит.
Ещё больше меня злит вернувшаяся наконец Эфения. Она сухо здоровается и тут же сбегает неведомо куда. Выглядит так, словно она не хочет со мной разговаривать.
Следующая пара дней проходит суматошно. Меня несколько раз вызывают ратники. Не на допрос, как все говорят, а «просто пообщаться». И действительно — всего лишь засыпают