Читать «Шаг в триста лет в прошлое (авторская редактура)» онлайн

начале ХVIII веке есть, но еще немного. Нужна технология производства дешевой, но хорошей стали. Сделаем. Дмитрию давно уже пора заняться металлургией.

Есть еще в наличии пороховые шурфы. Их еще применяли в ХХ веке, заменив порох более мощным толом. Жалко, пока даже порох дорог и редок. Но забывать про него нельзя!

Минимально использовать ручной труд! Полуфабрикаты и полуфабрикаты нужно переносить на лошадях, только не верхом, а на повозках, волокушах, при помощи рычагов и так далее.

Как государство с ним, так и он с государством. Как говорится, на войне, как на войне.

А там пошло – поехало. Схватили их, как смутьянов и отправили к Санкт-Петербургу, а там приняли как убийц. И сразу вешать. Похоже, в России чужая душа всегда стоила не выше копейки.

Дмитрий с интересом на него посмотрел. А это выход. И люди будут заняты, и городу польза. А то даже, так сказать, дворцы кроют досками с соломой. И только царю покрыли немецкой черепицей. Какая цена, он не говорит, но морщиться. Явно не маленькая. Иначе бы хвастался хотя бы среди своих.

Дмитрий же думал не только рационально, но еще и гуманистически. Зачем вешать, когда можно оставить жить, да еще с обоюдной пользой. Душегубами они были чисто теоретически даже в рамках этого времени – никого не убивали и не грабили. Вообще главная их вина оказалась мизерной – не дали над собой издеваться и грабить приехавших дьяков, сорвались. Избили палками и кулаками. Куда им, чернильным душам, мигом убежали. Зато потом такое понаписали!

Помимо использования улучшение технической базы, использовалось и широкое стимулирования трудящихся применялось и в разных сферах, и в разных формах. Люди работали на две части: первую часть, обязательную (примерно четверть) – за еду и чтобы окупить расходы Дмитрия. Эту продукцию сдавали в обязательном порядке, и она учитывалась царем при строительстве. Нельзя сказать, что ее было много, но не учитывать ее тоже было нельзя.

В свою очередь, для шлифовки и обработки булыжников создать специальные станки с водяными, в худшую сторону, конными двигателями. Не фиг шлифовать вручную! И обязательно использовать ватные повязки для защиты дыхательных путей от каменой крошки и пыли в воздухе. Иначе высокая смертность на работе может ликвидировать любое, даже самое лучшее начало.

Оказалось – никто. В самом деле, если еду не готовят, какие могут быть повара. Своим личным приказом он назначил на сегодня кухонных работников и главных поваров, вроде бы понимающим что-то в кухарничании.

В общем, Петр его простил, а Дмитрий сделал вид, что забыл. И булыжная мостовая получила в Санкт-Петербурге законную прописку, наряду с кораблями и коровами, зданиями и мастерскими.

С другой стороны, он может под этими условиями за церковные требы вообще не платить. Он дал церковь, поп на государственном жалованье, что еще ему надо? Мало – проси с прихожан. Он сам, как простой прихожанин, с барского плеча рублик скинет.

К вечеру он сумел еще раз попасть на визит к Петру. Это было очень не просто, и лишь потому, что Дмитрий считался старым собутыльником и царь любил проводить с ним время, он сумел пробиться через все ограждения охраны и ближайшего окружения.

Как всегда, было много водки и мало закуски, много говорили и хвастали. Санкт-Петербург, не смотря ни на что, строился и хорошел, а, значит, причины для этого были.

– Ай, и прав ты, государь! Пусть будет по-твоему.

Он весело заговорил:

Однако, услышав Дмитрия, увидев заинтересованного в людях царя, он задумался и осторожно предложил царю:

И главное, зная родимое государство и Петра, как его персонального представителя, Дмитрий понимал, что теперь черта с два он их (попа и государство) выгонит из собственной церкви. И вообще, ты еще докажи, что здание церкви твое, что земля под ней не украдена у государства.

И потому он легко пришел, особого не уговаривая, решив везти себя, как раньше. Не велика шишка, что чрезмерно пыжиться.

Во-вторых, и в этом веке это знают, как можно использовать водяные клинья на морозе. Не все, правда, могут использовать передовые методы производства. Он сможет. Скоро уже осень, а за нею зима. Самое время для таких приемов работы. Получится выгнать сравнительно легко камень на весь год.

Петр, конечно, все это видел в городе и даже иногда кое-что покупал, но не знал что это отсюда. Или не обращал внимания. Город не маленький и везут в него сторон. И России, и мира. Знай, только плати.

Впрочем, для этого нужен не только трудовой энтузиазм. Дмитрий прекрасно понимал, что здесь еще (уже?) не сталинская эпоха и лично он заставлять работать на голом энтузиазме масс не будет, как бы его не заставляли царь и его окружение.

Надо просто устроить им такие условия, чтобы они сами желали работать, а о разбойных делах совершенно забыли.

Так или иначе, но своего Дмитрий добился – колодников усмирил, а производство на каменоломнях выросло в несколько раз по сравнению с официальной статистикой.

– Хватит тебе все просить, давай будем союзниками, – и снова захохотал, сквозь смех предложил, – я попа, ты церковь. Пусть работают вместе на радость православным.

Пока они возились с едой, не обращая внимания на настороженные и колючие взгляды – возможная прелюдия ножа в спину или топора в голову – он разогнал колодников – кого на строительство домов и хозяйственных построек, кого, самых слабых и искалеченных – с сетью на лесные реки ловить рыбу.

Попаданец саркастически улыбнулся, на что Петр сердито и как-то обиженно произнес:

– Должен! – твердо ответил царь. Колодники его тоже не интересуют. А вот за свой парадиз он всем глотки перегрызет. Все лучшее в него!

– Что там не по-твоему сказал, опять лыбишься?

Ничего такого Дмитрий делать не собирался, но попробуй это людям докажи. Они заволновались, забеспокоились, стали искать другие варианты своей полезности.

У Дмитрия хватило трезвости не встревать в пьяную болтовню. Вместо этого он медленно выпил свой немалый стаканчик, поднял его, показал, опрокинув, что ни капли не осталось. Решившись, заговорил теперь о колодниках.

Понятно дело, колодников надо для сначала хотя бы нормально накормить, дать им умыться, постирать одежду, постричься. А уж потом толкать вечное и доброе о добре и зле, какие они стали злые и какие они могут быть добрыми.

Изменение статуса кандальников до крестьян пришлось проводить параллельно с введение налогов. Иначе царь просто не соглашался. И мужики, надо сказать, согласились легко. Веяние времени! А ведь налоги были большие.

И люди нашли. С помощью Дмитрия было