Читать «Конца света не будет. Почему экологический алармизм причиняет нам вред» онлайн

исследование показывает, что Кеннеди публично обязался бы убрать американские ракеты из Турции, если бы Хрущев на этом настоял[764]. Этот факт, среди прочего, наводит на мысль, что обе стороны, возможно, не были так близки к войне, как ранее полагали историки[765]. Как бы то ни было, противостояние привело к организованному ослаблению напряженности между США и Советским Союзом и серьезным усилиям по налаживанию отношений, в том числе с Китаем.

Один из ведущих американских историков холодной войны Джон Льюис Гэддис считает, что ядерное оружие способствовало поддержанию мира между США и Советским Союзом на протяжении стольких десятилетий. «Кажется неизбежным, но что действительно повлияло на возникновение этой непривычной осторожности, – сказал он в своей речи в 1986 году, – так это работа средств ядерного сдерживания»[766].

Интенсивность и масштабы крупных войн росли скачкообразно на протяжении 500 лет, то есть времени, прошедшего с момента широкомасштабного внедрения огнестрельного оружия и артиллерии в 1400-х годах, до тех пор, пока число погибших в битвах не достигло пика во Второй мировой. Тогда потери военных и гражданских лиц исчислялись десятками миллионов. А затем, по сравнению с послевоенным пиком в более чем 500 тыс. умерших в 1950 году, смертность в боях в 2016 году была на 84 % ниже, несмотря на то, что численность населения в мире утроилась[767].

Даже если никто не считает, что ядерное оружие стало причиной «долгого мира», следует признать, что апокалиптические опасения по поводу ядерного оружия не оправдались и что сейчас мы дальше от глобальной ядерной войны, чем в любой другой момент за последние 75 лет с момента изобретения и использования бомбы. После окончания холодной войны многие эксперты на Западе опасались ядерной войны между Индией и Пакистаном. В 2002 году риск казался высоким. Обе страны мобилизовали миллион военнослужащих вдоль общей границы в рамках затянувшегося спора о территориальных претензиях на регион Кашмир. «Многие политические, технические и ситуационные корни стабильного ядерного сдерживания между США и СССР, – беспокоился один американский эксперт, – могут отсутствовать в Южной Азии, на Ближнем Востоке или в других регионах, на которые распространяется ядерное оружие»[768].

Но затем политические лидеры Индии и Пакистана подумали о вероятных последствиях ядерной войны и запугали друг друга с целью добиться мира, точно так же, как это сделали до них Соединенные Штаты и Советский Союз. «В Южной Азии [бомба] практически полностью устранила перспективу полномасштабной войны, – сказал недавно военный эксперт по Индии и Пакистану. – Этого просто не произойдет. В результате создания ядерного оружия на субконтиненте риски настолько велики, что ни одна из сторон не может всерьез задуматься о начале войны»[769].

Сегодня американцы и европейцы беспокоятся о Северной Корее, у которой есть ядерное оружие, и Иране, который, по мнению большинства экспертов, хочет его получить. Но даже самые милитаристски настроенные эксперты полагают, что они будут действовать так же, как и другие ядерные державы. В 2019 году бывший директор лаборатории ядерного оружия США в Лос-Анджелесе Аламос пришел к выводу, что Северная Корея «сегодня менее опасна, чем была в конце 2017 года»[770]. Да, северокорейские ракеты все еще могут достичь Японии и Южной Кореи, и эксперты полагают, что страна никогда не откажется от своего ядерного арсенала. Но отношения между Соединенными Штатами и Северной Кореей стабилизировались так же, как и отношения с Советским Союзом и Китаем.

Иран осознает, что Израиль обладает ядерным оружием с 1960-х годов. Одно то, что режим порой бывает жестоким, не делает его самоубийственным. «Ядерное оружие и террористические группировки существуют уже почти 70 лет, – писал Мэтью Крениг из Джорджтаунского университета, – и ни одно государство никогда не предоставляло ядерный потенциал террористической организации. Скорее всего, Иран проявит подобную сдержанность…»[771].

С 1945 года ведущие эксперты повторяют слова основателя International Relations Кеннета Вальца о том, что идея того, что люди когда-либо покончат с ядерным оружием, «фантастична». Если бы две страны демонтировали свои атомные бомбы, а затем развязали друг против друга войну, они просто снова вступили бы в «безумную борьбу за перевооружение»[772]. «Нет надежного способа изгнания атомной энергии из нашей жизни теперь, когда люди научились ее высвобождать», – такими словами завершился доклад 1952 года президента Эйзенхауэра, за которым наблюдал Роберт Оппенгеймер. Он сказал: «Трудно представить себе какую-либо крупную войну, в которой та или иная сторона в конечном итоге не создала бы и не применила атомные бомбы»[773].

С этим согласились даже сторонники разоружения. «Какие бы договоренности не использовать водородные бомбы ни были достигнуты в мирное время, их никто не станет придерживаться во время войны, – признали в 1955 году Альберт Эйнштейн и британский философ Бертран Рассел, – ибо если одна сторона изготовит водородные бомбы, а другая – нет, то сторона, которая их изготовила, неизбежно одержит победу»[774].

Сегодня только 25 % американцев верят в возможность ликвидации ядерного оружия[775]. Когда репортер The New York Times спросил Оппенгеймера, что он чувствовал после испытания бомбы 16 июля 1945 года, отец атомной бомбы сказал: «Многие мальчики, которые еще не выросли, будут обязаны ей своей жизнью»[776]. После бомбардировок Хиросимы и Нагасаки Оппенгеймер заявил, что «атомная бомба – оружие настолько ужасное, что война теперь невозможна»[777].

Глава 9. Разрушить окружающую среду, чтобы спасти ее

1. «Единственный путь»

Весной 2015 года Илон Маск вышел на сцену под громкие аплодисменты аудитории из сотен сторонников и приглашенных гостей.

– О чем я собираюсь сегодня поговорить, – сказал он, – так это о фундаментальном преобразовании того, как устроен мир, о том, как энергия передается по всей Земле. Сейчас это происходит довольно плохо. А именно вот так, – он показал график роста концентрации углекислого газа в атмосфере. – Думаю, мы все вместе должны что-то с этим сделать, а не пытаться выиграть премию Дарвина.

Слушатели рассмеялись. Илон улыбнулся и продолжил.

– У нас есть удобный термоядерный реактор в небе под названием Солнце. Нам не нужно ничего делать – оно работает само. Появляется каждый день и производит невероятное количество энергии.

Маск сказал, что не нужно беспокоиться о требованиях к землепользованию.

– Для того, чтобы полностью избавиться от выработки электроэнергии из ископаемого топлива в Соединенных Штатах, требуется совсем немного земли, – заявил собравшимся Маск. – К тому же, большая часть этой территории будет на крышах. Вам не придется эксплуатировать землю, не нужно будет искать новые районы. В основном все будет располагаться на крышах уже существующих домов