Читать «Конца света не будет. Почему экологический алармизм причиняет нам вред» онлайн

«Почти 7,7 млрд человек населяют Землю. И каждый выбор, каждый след, каждый шаг имеет значение»[1015].

Встреча на Сицилии проходила на Verdura, пятизвездочном курорте, территория которого больше, чем вся страна Монако: в нем находятся шесть теннисных кортов, три поля для гольфа, четыре бассейна и футбольное поле. И хотя это курорт мирового класса, многие из участников предпочли остаться на своих плавающих у побережья яхтах, откуда их переправили на мероприятие на остров в их Maserati. В первый же вечер мероприятия на курорте приземлилось 40 частных самолетов, и еще около 70 ожидались до конца выходных.

– Никогда еще не видел такой избалованной компании, – признался кто-то из присутствующих британскому таблоиду The Sun. – Для них тут все предусмотрено. Это так экстравагантно[1016]. Похоже, они просто не осознают, что именно они сжигают огромное количество ископаемого топлива. Они появляются с ненужной свитой на вертолетах или быстрых автомобилях и начинают читать проповеди о спасении мира[1017].

Две недели спустя, как раз, когда споры начали утихать, СМИ сообщили, что принц Гарри, его жена Меган Маркл, герцогиня Сассекская, и их новорожденный ребенок совершили еще два перелета на частных самолетах, сначала на Ибицу, Испания, а затем, несколько недель спустя, в Ниццу на французском побережье[1018]. Билет эконом-класса из Лондона в Ниццу стоит 232 фунта стерлингов (306 долларов США), а полет на частном самолете – 20 тыс. фунтов стерлингов (29 тыс. долларов США)[1019].

– Откровенно говоря, это лицемерно. Гарри не может рассуждать о катастрофических последствиях изменения климата, совершая кругосветное путешествие на частном самолете, – сказал один из бывших телохранителей принца[1020].

BBC подсчитала, что эти полеты на Ибицу и в Ниццу произвели в шесть раз больше выбросов, чем производит средний британец каждый год, и в сто раз больше, чем средний житель африканского королевства Лесото, где принц Гарри жил в течение года между учебой[1021].

Друзья Гарри и Меган бросились на защиту пары.

– Я призываю прессу прекратить выдвигать эти безжалостные и лживые обвинения, – заявил Элтон Джон.

– Представьте, что на вас нападают, – сказала Эллен Дедженерес, – хотя все, к чему вы стремитесь, – сделать этот мир лучше[1022].

Но проблема не в том, что знаменитости выставляли напоказ свой образ жизни. Скорее, в том, что они проповедовали мораль жизни с низким энергопотреблением. «Прекратите читать лекции о том, как нам жить, – сказал один британец, – а лучше станьте для нас примером»[1023].

Associated Press не стало бы стыдить Эл Гора за то, что он проживает в доме с 20 комнатами и потребляет в 12 раз больше энергии, чем средний дом в Нэшвилле, штат Теннесси, если бы он не заявил: «Нам придется изменить свой образ жизни», чтобы решить проблему изменения климата[1024].

2. Не так, как мы делаем

Такое лицемерие по понятным причинам расстраивает многих активистов по вопросам климата. «Назови хоть одну знаменитость, которая выступает за климат! – потребовала Грета Тунберг от своей матери в 2016 году. – Назови хоть одну знаменитость, которая готова отказаться от роскошных перелетов по всему миру»[1025].

Но, как вскоре обнаружила Тунберг, пожертвовать роскошью полетов по всему миру не обязательно означает, что удастся сократить выбросы углекислого газа. В августе 2019 года девушка отплыла из Европы в Нью-Йорк, намереваясь подать пример того, как жить без выбросов углерода. Но путешествие Греты через Атлантику на парусном судне с двигателем на возобновляемых источниках энергии произвело в четыре раза больше выбросов, чем полет на самолете. А все потому, что для этого плавания требовалась команда, которая потом улетела домой[1026].

Причина, по которой даже самые ярые зеленые потребляют большое количество энергии, проста: жизнь в богатых странах и занятия людей, от вождения автомобиля и полетов до еды и жизни в доме, требуют значительного расхода энергии. Как мы уже видели, энергетического скачка не происходит. Доход на душу населения по-прежнему тесно связан с потреблением энергии. Нет богатой нации, потребляющей малое количество энергии, равно как и нет бедной нации, потребляющей большое количество энергии. Европейцы потребляют меньше энергии, чем американцы, но в среднем это связано не столько с экологической осознанностью, сколько с тем, что из-за более высокой плотности населения они активнее пользуются поездами, нежели автомобилями[1027].

В целом потребление энергии в развитых странах неуклонно растет. Потребление первичной энергии в Европе, что представляет собой сумму электричества и энергии, используемой для отопления, приготовления пищи и транспортировки, в период с 1966 по 2018 год выросло примерно с 12 500 до 23 500 тераватт-часов. В Северной Америке за тот же период потребление выросло примерно с 17 000 до 33 000 тераватт-часов[1028]. Правда в богатых странах потребление энергии на душу населения несколько снизилось за последнее десятилетие, но это в значительной степени связано с потерей энергоемких отраслей промышленности, например обрабатывающей, и переноса их в такие страны, как Китай, а не из-за энергоэффективности или энергосбережения[1029].

При подсчете выбросов, «встроенных» в импорт продукции из Китая, увеличение выбросов в США в период с 1990 по 2014 год составило от 9 до 17 %, а 27-процентное сокращение выбросов в Великобритании за тот же период снижается до 11 %[1030].

Пока экологи не обладали политической властью, чтобы сдерживать потребление энергии и, следовательно, экономический рост в богатых странах, в течение 50 лет у них было достаточно сил, чтобы ограничить его в более бедных и слабых странах. Сегодня Всемирный банк переводит финансирование с дешевых и надежных источников энергии, таких как гидроэлектроэнергия, ископаемое топливо и ядерная энергия, на дорогие и ненадежные, такие как солнце и ветер. А в октябре 2019 года Европейский инвестиционный банк объявил, что к 2021 году прекратит все финансирование добычи ископаемого топлива в бедных странах[1031].

Хотя экологи богатого мира не являются основной причиной бедности в таких местах, как Конго, они как минимум усложняют ситуацию для стран, которые и без того находятся в неблагоприятном положении, поскольку являются последними странами на Земле, которые вошли в эпоху индустриального развития.

В 1976 году 28-летний белый южноафриканец по имени Джон Бриско отправился в Бангладеш. Выросший в условиях апартеида Бриско радикализировался против системы расовой сегрегации в стране. Бриско защитил докторскую диссертацию по инженерной экологии в Гарварде и уехал в Бангладеш, стремясь использовать свои навыки, чтобы помочь людям выбраться из нищеты. Бриско оказался в деревне, которую каждый год на 4 месяца затапливало водой, уровень достигал нескольких метров. Местные жители страдали от болезней и недоедания.