Читать «История и культура индийского храма. Книга I. Рождение храма» онлайн

рекомендует украшать здание театра изображением свивающихся лиан, эротическими мотивами, а также композицией салабханьджика[39] (sālabhañjikā), известной как «женщина-и-дерево».

Н. Р. Лидова обратила внимание на тот факт, что предписания «Натьяшастры» относительно постройки театральных зданий очень напоминают предписания возведения индуистских храмов, содержащиеся в шильпа-шастрах и агамах. «Натьяшастра» (2.80) говорит, что театральное здание подобно горной пещере и поэтому называется гуха (guhā), то есть пещера. Шильпа-шастры тоже описывают подобный тип здания – это храм-гуха, один из двух главных типов индуистского храма. Совпадают даже их параметры – оба типа зданий основаны на едином строительном модуле в 16 локтей. И оба представляли собой прямоугольное строение с одним залом, длина которого вдвое превосходила ширину. Храм-гуха, как и театр «Натьяшастры», строился из кирпича и был в основном одноэтажным, хотя некоторые имели два этажа. По мнению Н. Р. Лидовой, все вышесказанное может свидетельствовать лишь об одном: храм-театр и храм-гуха являлись одним и тем же культовым сооружением. Иными словами, «домом натьи» мог быть любой храм-гуха. А остатки таких построек археологам как раз хорошо известны (Лидова, 1992: 107–108).

Таким образом, согласно Н. Р. Лидовой, театральное здание «Натьяшастры» представляло собой особый тип храма, предназначенный для представления мистерии – натьи, которая, подобно европейской литургической драме, являлась своеобразным дополнением к обязательному каноническому богослужению. Идея храма-театра довольно долго существовала в индийской культуре и средневековые нат-мандиры (театральные или танцевальные залы), входящие в состав многих храмовых комплексов, являются поздним ее воплощением. Именно в таких вот нат-мандирах в средневековый период храмовые танцовщицы исполняли свои ритуальные танцы, а во время религиозных праздников, собиравших множество народа, здесь даже совершалась пуджа. Что касается многочисленных танцовщиц и музыкантов, апсар и гандхарвов, украшающих внешнюю часть индуистских храмов, то это может быть результатом древней мистериальной практики, описанной в «Натьяшастре» (Лидова, 1992: 109). В пользу данного предположения может свидетельствовать куттумбалам – храмовый театр, являющийся характерной особенностью храмовой архитектуры Кералы.

* * *

Итак, можно выделить несколько возможных источников, сыгравших ключевую роль в процессе происхождения и развития индуистского храма как архитектурного сооружения. Все они, по большому счету, могут быть разделены на две неравные группы. К первой группе можно отнести различные культовые сооружения, возводившиеся на местах захоронения важных персон на протяжении длительного периода времени – начиная от ведизма и буддизма, и вплоть до наших дней. Подобная практика была известна еще в глубокой древности и существовала на обширной территории п-ова Индостан в виде разнообразных, но близких по своей сути традиций. Сюда можно отнести культы павших героев, выдающихся людей, невинно осужденных или мучеников, а также святых. Сегодня такого рода культы характерны в основном для деревенских святилищ. Однако в рамках реалий Южной Индии и, в частности, Тамилнаду, речь не всегда идет именно о деревнях, поскольку до недавнего времени тамильский ур (ūr) представлял собой нечто среднее между городом и деревней. И когда какие-либо уры превращались в города, то, соответственно, эволюционировали местные культы и разрастались храмы. К тому же очень часто локальные божества объявлялись аспектами одного из главных богов или богинь индуизма и становились частью большой традиции.

Ко второй группе могут быть отнесены такие источники как расширение ведийского алтаря, эволюция мест поклонения якшам, адаптация идеи дворца и преобразование театрального помещения, описанного в «Натьяшастре». И учитывая тот факт, что храмы, существующие в пространстве индуизма, имеют различный статус, различное устройство и связаны со множеством различных культов, можно заключить, что они не имели единого источника происхождения, но выросли из огромного многообразия традиций и культов, существовавших на территории современной Индии и влиявших друг на друга на всем протяжении многотысячелетней истории.

Образец стиля нагара: храм Кандарья-Махадев

Глава II. Типология храмов

Термины для обозначения храма

В Индии храмы называются по-разному, в зависимости от региона. На Севере страны чаще всего это именно мандир (санскр. mandira). В Тамилнаду для обозначения храма могут использоваться как тамильские слова, так и санскритские. Например, кшетра (санскр. kṣetra) – священное место; девастхана (санскр. devasthāna)[40] – место Бога; девалая (санскр. devālaya) – обитель Бога; ратха (санскр. ratha) – колесница; куди (там. kuṭi) – дом, жилище, селение; коттам (там. kōṭṭam) – место, местность, поселение, страна и др.

Слово kōṭṭam довольно старое и встречается еще в поэме Иланго Адихаля «Шилаппадикарам» (Venkataraman, 1973: 5). Тем не менее, самым широкоупотребительным словом для обозначения тамильского храма в последнее тысячелетие является «койиль» (kōyil), или «ковиль» (kōvil), которое тоже встречается в «Шилаппадикарам». Оно относится не только к храму, но и к месту проживания царя, то есть к царскому дворцу (букв. дом царя / дом бога). Как уже было сказано выше, поскольку царь постоянно уподоблялся богу, то оба стали называться одним словом – «ко» (kō), а храм и дворец – «койиль» (kōyil) или «ковиль» (kōvil).

В раннечольский период, как минимум до XI века, для обозначения храма чаще всего использовалось слово «тали» (taḷi), которое, вероятно, происходит, от санскритского «стхали» (sthalī). Однако с конца чольского периода в обиход вошло тамильское kōyil. Именно в этот период термины, в которых слово kōyil было одним из компонентов, стали применяться в отношении к некоторым служащим храма. Например, к девадаси, где оно особенно часто встречается в выражениях «иккойиль» (ikkoyil) – «этого храма», или «шрикойиль» (śrīkoyil) – «священный храм». Появление и широкое распространение в позднечольский период слова kōyil может рассматриваться как показатель новой эпохи.

Следует отметить, что иногда какой-нибудь известный храм может называться просто словом «койиль»/«ковиль», без указания имени божества. Примером может служить знаменитый храм Натараджи в Чидамбараме. Уже в древности он был настолько известен, что в гимнах Tēvāram его называют просто словом kōyil, а в надписях более позднего времени – tirukkōyil (Aiyer, 1946: 18).

Тем не менее, обычно в название каждого храма входит имя того божества, которому посвящен конкретный храм. Не бывает просто храма Шивы или Вишну, но есть храм конкретного образа божества, связанного с конкретной местностью. Если храм посвящен Шиве, то это может быть храм Брихадишвары, Кумбхешвары, Аруначалешвары, Панчанадишвары, Маникантешвары, Адипуришвары, Шветараньешвары, Каркотакешвары, Дандишвары, Гангаджатадхарешвары, Кайласанатхасвамина и т. д.

Соответственно, если храм посвящен Вишну, то он может называться храмом Сарангапани, Венкатешвары, Ранганатхи и т. д.

Стили храмовой архитектуры

В индийской храмовой архитектуре существует три основных стиля, которые различаются между собой по форме и имеют свою географию распространения. Такие тексты как Mānasāra и Suprabhedāgama говорят о существовании стилей нагара (nāgara), дравида (drāviḍa) и весара (vēsara). Стиль нагара считается североиндийским, в