Читать «Русь - Дорога из глубин тысячелетий, Когда оживают легенды» онлайн

Кстати, из описания этой войны видно, что "скифское" остроумие было присуще не только Анахарснсу. Стала уже хрестоматийной история о том, как Дарий, все дальше и дальше углубляясь в Скифию, послал отступающему Идантирсу возмущенное письмо: "Зачем ты убегаешь? Если ты силен - остановись и мы померяемся силами. Если ты слаб - остановись и признай мою власть". На что получил ответ: "Я не убегаю, а кочую так, как привык кочевать; а сильнее мы тебя или слабее - пойми из моего подарка". Подарок же состоял из птицы, мыши, лягушки и пяти стрел, что при правильной расшифровке означало: "Если вы не скроетесь в небо, как птицы, или в землю, как мыши, или в воду, как лягушки, то все погибнете от наших стрел".

И Дарий в полной мере сумел оценить это, когда его измученная армия вынуждена была повернуть назад,- скифы обрушились на нее со всех сторон и принялись истреблять, налетая днем и ночью. А один из их отрядов пошел наперерез Дарию и отсек обратный путь к переправе. Собственно, спасло персидского царя лишь стечение обстоятельств. Степняки-скифы, логически рассуждая, что выбираться он будет по тем местам, где сохранилась трава и вода, туда и бросили свои силы, рассчитывая его перехватить. Но у Дария-то логика была другая - не считаясь с потерями людей, падежом коней и верблюдов, он в панике бежал по своим старым следам, где все было выжжено и вытоптано, зато не было опасности заблудиться Уже вблизи переправ, чтобы отвлечь внимание преследователей, он бросил в лагере 80 тысяч "самых изнуренных и тех, чья гибель имела наименьшее значение". А сам с частью приближенной гвардии сумел проскочить через Дунай под покровом ночи, да и то благодаря верности эллинских вассалов, сохранивших переправу, несмотря на дружеское предложение скифов разрушить ее и тем самым обеспечить себе свободу. По этому поводу родилось еще одно их глубокомысленное высказывание, ставшее афоризмом: "если греки свободные люди, то нет людей их трусливее; если греки рабы - то нет рабов их преданнее".

Закончилась кампания полным триумфом скифов - преследуя бегущие остатки персидской армии, они сами переправились через Дунай и дошли до Дарданелл, захватив зависимый от Персии Херсонес Фракийский (ныне Галлиполи). Намеревались они вторгнуться и в саму Персию и даже начали по этому поводу переговоры со Спартой, чтобы ударить с двух сторон. Но тут уж помешала еще одна случайность. Скифские послы, прибывшие в Спарту, оказались такими мастерами по части выпивки, что общавшийся с ними царь и полководец Клеомен, непривычный к подобным дозам, в ходе переговоров свалился в белой горячке и повредился в уме. Кстати, тем не менее государствам Эллады, которые еще не были покорены Дарием, именно Скифия помогла сохранить и отстоять их независимость. Потому что после катастрофы в причерноморских степях Персия сумела оправиться далеко не сразу, и лишь через 20 лет Дарий смог начать действия против Греции. И посылал на нее уже не такие гигантские армии, а обычные карательные экспедиции, одну из которых разметала буря, а другая была разбита при Марафоне.

В IV в. до н. э. скифский царь Атей широко развернул завоевательную политику. Античные историки рисуют его весьма яркой личностью: мудрым правителем, заботливым "отцом" своего народа, милостивым к побежденным и полководцем истинно "суворовского типа". Например, когда к нему прибыли послы царя Македонии, 90-летний Атей, собственноручно чистя скребницей коня, спросил, делает ли так же их повелитель. А когда получил отрицательный ответ, удивился: "Как же тогда может он идти на меня войной?" Атей подчинил греческие города Причерноморья. Некоторые из них, например Никоний, ему пришлось для этого брать штурмом, хотя разорять их и отдавать на разграбление, как обычно поступали "цивилизованные" завоеватели того времени, он не стал, удовлетворившись признанием подданства и данью. Захватил он и часть задунайской Фракии, но столкнулся здесь с другим завоевателем, Филиппом Македонским. В 339 г. до н. э. Филипп нанес ему жестокое поражение, по свидетельствам современников, опять лишь с помощью какой-то военной хитрости, хотя конкретные версии на этот счет расходятся. Погиб и сам Атей, однако в глубь Скифии Филипп благоразумно не пошел.

Но его сын Александр, начиная свои знаменитые завоевательные походы на восток, имел в качестве цели и Скифию. В 532 г. до н. э. его полководец и наместник во Фракии Зопирион выступил с армией на север- Его целью было покорить Причерноморье и соединиться со своим царем, отправившимся завоевывать Персию (как уже указывалось, эллины считали Дон и Сырдарью одной и той же рекой). О подробностях похода Зопириона нам ничего не известно по одной простой причине - изо всей его армии из Скифии не вышел никто. Войско сгинуло до последнего человека.

А Александра, похоже, весьма чувствительно потрепали скифские сородичи в Средней Азии. Хотя в описаниях его походов содержатся, главным образом, упоминания побед над ними, но, перейдя Сырдарью, он почему-то быстро повернул обратно. Упоминают хроники и об уничтожении саками нескольких его отдельных отрядов. А "европейские скифы" в период пребывания Александра в Азии, т. е. в 320-х годах до н. э., несколько раз присылали послов к нему, предлагая дружбу и союз, который царь Скифии готов был скрепить династическим браком и отдать Александру в жены свою дочь (Арриан. "Поход Александра", М., 1993). Отсюда, кстати, видно, что скифы хорошо знали пути в Среднюю Азию и поддерживали с ней прочные контакты. От брака Александр отказался, с послами обошелся любезно и заверил их в своей дружбе.

Однако, судя по всему, мыслей о покорении Скифии он так и не оставил. Разве мог "непобедимый" завоеватель смириться с неотмщенной гибелью Зопириона? К тому же, он стал считать себя и наследником персидских царей, то есть, по его убеждениям, должен был рассчитаться и за Кира с Дарием. Известно, что со скифским посольством он отправил в их страну ответных послов из числа своих приближенных "гетайров", но с целью "познакомиться с природой скифской земли и узнать, велико ли народонаселение, каковы его обычаи и с каким вооружением оно выходит на войну". А хорезмийскому царю Фарасману, предлагавшему провести Александра к Черному морю вокруг Каспия, он дал согласие на союз, хотя счел такой поход пока несвоевременным и "попросил отложить свою помощь". Очевидно, Скифия стояла у него "на очереди" после Индии и других азиатских стран. Но ранняя смерть оставила этот проект в числе прочих нереализованных замыслов, и помериться силами с северной державой самому Александру так и не удалось. Очень может быть, что только из-за этого ему и удалось остаться в истории "непобедимым".,, Лисимах, один из диад охов Александра, получивший при разделе империи Македонию, развернув войну против гетов, вздумал побывать и за Дунаем, причем даже сумел нанести скифам поражение (хотя, скорее всего, имел дело не со всем их войском, а с наспех собранными отрядами ополчения приграничных племен). Но во время второго похода на север геты при поддержке скифов наголову разгромили его армию и взяли в плен его самого. Потом, правда, отпустили - просто так, широким жестом души.

Любопытно, что в ранних польских хрониках XII века (Галла Анонима, Винценция Кадлубека) сохранились какие-то предания о победах поляков над Александром Македонским, а у Низами, примерно в это же время создававшего поэму "Искандер-намэ", противниками Александра выступают русские. Отсюда опять видна преемственность между скифскими и славянскими народами.

Еще один противник Скифии образовался у нее под боком - эллинское Боспорское царство со столицей в Пантикапее (Керчь). В 438 г. до н. э. греческая -династия Археанактидов на Боспоре сменилась фракийской династией Спартокидов. Почему и каким образом у власти там оказались фракийские цари, остается неизвестным, но, видимо, именно из-за этого политика Боспора стала резко отличаться от других эллинских колоний, традиционно сохранявших структуру полисов, т. е. городов-государств, контролирующих лишь небольшие участки прилегающей территории. Боспор объединил в своем составе несколько близлежащих колоний - Феодосию, Фанагорию (Тамань), Горгиппию (Анапа), Корокондаму, Гермонассу, и в конце IV - начале III вв. до н. э. развернул экспансию на черноморском побережье Сев. Кавказа и в Приазовье. Ему удалось подчинить народы синдов и меотов, прежде зависимых от Скифии, а в устье Дона утвердить свой город Танаис. Вернуть эти места и изгнать боспорцев с побережья скифы не смогли, возможно, из-за того, что Спартокиды привлекали в качестве союзников соседние племена савроматов, обитавшие на восток от Дона. Но все попытки Боспора продвинуться в глубь материка закончились для него поражениями.

Древнегреческий историк Фукидид писал: "Ни один народ сам по себе не в силах устоять против скифов, если бы все они жили между собой согласно". Замечание немаловажное, поскольку предки славян, как, увы, и их потомки, нередко пробовали свою первоклассную боевую выучку друг на друге...