Читать «Я (не)твоя собственность (СИ)» онлайн

Надежда Марковна Борзакова

Страница 24 из 52

что на лице мужчины мелькнула улыбка. Во тьме, нарушаемой лишь светом фонарей за окном было особо не разглядеть. Но так даже лучше. Я вдруг поняла, что не в силах сейчас смотреть в лицо мужчины, встретиться с ним взглядом. Вся решимость рассказать о сделанных выводах, вся уверенность в собственной правоте исчезла. Я показалась себе полнейшей идиоткой, напридумывавшей невесть что. Макс просил Кирилла соврать мне, так? Вот он и соврал. Что именно, не важно. Что до машины… Откуда мне знать…

— Макс, я следователю ничего не сказала.

— Почему?

— Не веришь мне?

Холодные пальцы Макса сжали мои.

— Прости меня, — в хриплом, словно сорванном голосе было столько горечи и боли, что на мои глаза навернулись слезы. — Прости, пожалуйста!

Он сполз с кресла на пол. Стал на колени и прижался лицом к моей руке. Я почувствовала влагу. Мое сердце было готово разорваться.

— Макс…

— Прости-и-и! — одержимо шептал, покрывая поцелуями мою руку, — Я люблю тебя! Люблю, Света.

Мне не было больно, когда я поднималась с подушек. Не было, когда я поднимала правую руку, чтоб прикоснуться к нему. Точнее было… Просто нереально больно, до агонии. Вот только боль эта была не от раны. Не от физической. Но от той, что была в душе. Не заживала долгие-долгие годы. В моей и его.

— Макс, послушай, — я обхватила его лицо ладонями.

Слушать он не хотел. Потянулся ко мне, нашел губы и с хриплым стоном приник к ним так, как измученный жаждой путник к прохладному и чистому источнику. Его губы были солеными, на щеках влажные дорожки от слез. Я стирала их большими пальцами, лаская кожу.

Макс опустил меня на подушки, навис сверху, опираясь на локти. Гладил, сминал мое тело, куда мог дотянуться. Жадно, алчно и в то же время трепетно, боясь причинить боль. Наверное, мне должно бы быть больно. Как иначе, ведь я лихорадочно водила руками по его телу, забиралась под футболку к коже. Сходила с ума от желания как можно полнее ощутить его. Прикоснуться к каждой клеточке его тела.

Но больно не было. Вообще.

— Надо остановиться, — задыхаясь, прохрипел Макс.

— Не надо, — я нашла пуговицу на его джинсах и расстегнула ее и до предела натянувшуюся ширинку, — Я хочу тебя.

Макс глухо зарычал. Дернул вниз джинсы и боксеры, высвобождая колом стоящий член. Задрал на мне медицинскую рубашку… Хорошо, что под ней ничего… Я ненавидела каждый клочок ткани, каждый миллиметр между нашими телами.

Макс развел мне бедра, прошелся руками по их внутренней стороне и по коже рассыпались мурашки. Весь жар собрался внизу живота. Между ног нестерпимо ныло от желания.

Обхватив рукой твердый, как камень, член, я провела по нему вверх-вниз, обнажая и накрывая головку. Пальцы мужчины тем временем скользнули к моим губкам. Прошлись по ним, размазывая влагу, нашли набухший клитор и стали водить по нему круговыми движениями. Проникали внутрь, заставляя дрожать от удовольствия.

Мы оба медлили. Живя сейчас только друг-другом боялись, что потом, после, весь остальной мир, исчезнувший для нас сейчас, вновь напомнит о себе. Разрушит, отнимет…

Губы мужчины накрывали твердые горошинки сосков, через ткань рубашки, срывая с моих губ стоны, а пальцы не переставали ласкать изнывающую плоть. Член в моей руке пульсировал, обжигая ладонь своим жаром.

В какой-то момент Макс не выдержал. Навалившись всем телом, вошел в меня, заставляя теряться в блаженстве.

Всего несколько толчков заставили меня задрожать от разрядки. Показалось, что я увидела как в небе вспыхивают звезды.

* * *

Взмокшие, мы лежали переплетшись телами на смятых простынях. Макс рассеянно гладил мои волосы, касался губами макушки. Моя рука лежала на его груди и я чувствовала гулкие удары сердца. Нежилась в тепле, без которого замерзала все эти долгие-долгие, как вечность, годы.

Молчали. Словно оба боялись словами нарушить укрывшую нас от всего и всех тишину. Неправильными, неуместными словами о том, что не имело значения. Потому, что всем ветрам назло мы снова были вместе.

Рассветные лучи коснулись моего лица. Открыв глаза я увидела, что лежу на груди у Макса. А он не спал. Смотрел на меня. Так, словно пытался запечатлеть в памяти каждый миллиметр моего лица, волос.

Подняв руку, я провела ладонью по его щеке. Густая щетина защекотала кожу. Макс прикрыл глаза, прижимаясь крепче.

— Не спал…

— Любовался, — он улыбнулся краешком губ.

— Макс…

Начала было и запнулась. Ночь заканчивалась. В темноте теперь не спрятаться…

Макс откинулся на подушки, устремил взгляд в потолок. Его лицо ожесточилось, на скулах заиграли желваки.

— Прости, что тогда так уехал, — выдавил после долгой паузы, — между нами всегда было…

— Не ври, Макс.

Он дернулся, посмотрел на меня каким-то нечитабельным взглядом. А я…

— Я слышала ваш разговор с Кириллом в доме. Знаю, что ты сидел.

Макс тихо выругался. Машинально крепче прижал меня к себе. От этого заныла рана.

— Это же Славецкий тебя подставил, верно? Не смотри так, Макс… Если б ты был в чем-то замешан, отец бы мой знал. И костьми бы лет, но не дал бы нам встречаться. А он не знал. И зла тебе желать, кроме Славецкого некому…

Внутри все сжалось. Нервная дрожь пробрала тело и боль усилилась.

— Я права? — в носу защипало.

Макс отвернулся. Зажмурился.

— Я права, — к горлу подкатил комок. — А отец мой либо в этом тоже замешан, ведь ему были невыгодны наши отношения, либо просто об этом знал. В принципе это одно и то же.

Доставать пулю это очень больно. Но, если ее оставить в теле, то рана заразится и человек умрет. С правдой еще хуже. Если ее не говорить, то останешься жив с вечно гниющей раной внутри.

— Я не знала, Макс, — голос подвел.

У него включился телефон. Макс сел на койке, свесив ноги на пол. Машинально приложил ладонь к раненному плечу.

— Да, — незнакомым угасшим голосом сказал мужчина, нажав на дозвон.

Послушал несколько секунд.

— Приеду, — и отбил вызов. — Света, мне ехать надо, — повернулся ко мне.

В его глаза было больно смотреть. В них темнела бездна.

— Я должна тебе сказать…

— Мы договорим, — он прижался ледяными губами к моему лбу, — обязательно. Но позже.

Трусливая часть меня умоляла промолчать. Дать ему уехать, а себе еще раз все обдумать.

— Речь о Кирилле, Макс, — затараторила я. — Когда я тебя искала, приехала на квартиру. Там хозяйка. Она сказала, что ты съехал двумя днями ранее. С ней все понятно… Теперь. Но… Я позвонила Кириллу. Он сразу примчался. В новой дорогой тачке, Макс. И мне сказал, что