Читать «Осип Мандельштам. Сочинения» онлайн

Осип Мандельштам.

Собрание стихотворений

Камень

***

Звук осторожный и глухойПлода, сорвавшегося с древа,Среди немолчного напеваГлубокой тишины лесной...

1908

***

Сусальным золотом горятВ лесах рождественские елки;В кустах игрушечные волкиГлазами страшными глядят.

О, вещая моя печаль,О, тихая моя свободаИ неживого небосводаВсегда смеющийся хрусталь!

1908

***

Из полутемной залы, вдруг,Ты выскользнула в легкой шали -Мы никому не помешали,Мы не будили спящих слуг...

1908

***

Только детские книги читать,Только детские думы лелеять.Все большое далеко развеять,Из глубокой печали восстать.

Я от жизни смертельно устал,Ничего от нее не приемлю,Но люблю мою бедную землю,Оттого, что иной не видал.

Я качался в далеком садуНа простой деревянной качели,И высокие темные елиВспоминаю в туманном бреду.

1908

***

Нежнее нежногоЛицо твое,Белее белогоТвоя рука,От мира целогоТы далека,И все твое -От неизбежного.

От неизбежногоТвоя печаль,И пальцы рукНеостывающих,И тихий звукНеунывающихРечей,И дальТвоих очей.

<Декабрь?> 1909

***

На бледно-голубой эмали,Какая мыслима в апреле,Березы ветви поднималиИ незаметно вечерели.

Узор отточенный и мелкий,Застыла тоненькая сетка,Как на фарфоровой тарелкеРисунок, вычерченный метко,-

Когда его художник милыйВыводит на стеклянной тверди,В сознании минутной силы,В забвении печальной смерти.

<Апрель?> 1909

***

Есть целомудренные чары -Высокий лад, глубокий мир,Далеко от эфирных лирМной установленные лары.

У тщательно обмытых нишВ часы внимательных закатовЯ слушаю моих пенатовВсегда восторженную тишь.

Какой игрушечный удел,Какие робкие законыПриказывает торс точеныйИ холод этих хрупких тел!

Иных богов не надо славить:Они как равные с тобой,И, осторожною рукой,Позволено их переставить.

1909

***

Дано мне тело – что мне делать с ним,Таким единым и таким моим?

За радость тихую дышать и житьКого, скажите, мне благодарить?

Я и садовник, я же и цветок,В темнице мира я не одинок.

На стекла вечности уже леглоМое дыхание, мое тепло.

Запечатлеется на нем узор,Неузнаваемый с недавних пор.

Пускай мгновения стекает муть -Узора милого не зачеркнуть.

1909

***

Невыразимая печальОткрыла два огромных глаза,Цветочная проснулась вазаИ выплеснула свой хрусталь.

Вся комната напоенаИстомой – сладкое лекарство!Такое маленькое царствоТак много поглотило сна.

Немного красного вина,Немного солнечного мая -И, тоненький бисквит ломая,Тончайших пальцев белизна.

<Май?> 1909

***

На перламутровый челнокНатягивая шелка нити,О пальцы гибкие, начнитеОчаровательный урок!

Приливы и отливы рук...Однообразные движенья...Ты заклинаешь, без сомненья,Какой-то солнечный испуг,

Когда широкая ладонь,Как раковина, пламенея,То гаснет, к теням тяготея,То в розовый уйдет огонь!..

16 ноября 1911

***

Ни о чем не нужно говорить,Ничему не следует учить,И печальна так и хорошаТемная звериная душа:

Ничему не хочет научить,Не умеет вовсе говоритьИ плывет дельфином молодымПо седым пучинам мировым.

Декабрь 1909, Гейдельберг

***

Когда удар с ударами встречаетсяИ надо мною роковой,Неутомимый маятник качаетсяИ хочет быть моей судьбой,

Торопится, и грубо остановится,И упадет веретено -И невозможно встретиться, условиться,И уклониться не дано.

Узоры острые переплетаются,И все быстрее и быстрей,Отравленные дротики взвиваютсяВ руках отважных дикарей...

1910, 1927

***

Медлительнее снежный улей,Прозрачнее окна хрусталь,И бирюзовая вуальНебрежно брошена на стуле.

Ткань, опьяненная собой,Изнеженная лаской света,Она испытывает лето,Как бы не тронута зимой;

И, если в ледяных алмазахСтруится вечности мороз,Здесь – трепетание стрекозБыстроживущих, синеглазых.

1910

Silentium[1]

Она еще не родилась,Она и музыка и слово,И потому всего живогоНенарушаемая связь.

Спокойно дышат моря груди,Но, как безумный, светел день.И пены бледная сиреньВ черно-лазоревом сосуде.

Да обретут мои устаПервоначальную немоту,Как кристаллическую ноту,Что от рождения чиста!

Останься пеной, Афродита,И, слово, в музыку вернись,И, сердце, сердца устыдись,С первоосновой жизни слито!

1910, 1935

***

Слух чуткий парус напрягает,Расширенный пустеет взор,И тишину переплываетПолночных птиц незвучный хор.

Я так же беден, как природа,И так же прост, как небеса,И призрачна моя свобода,Как птиц полночных голоса.

Я вижу месяц бездыханныйИ небо мертвенней холста;Твой мир, болезненный и странный,Я принимаю, пустота!

1910, 1922(?)

***

Как тень внезапных облаков,Морская гостья налетелаИ, проскользнув, прошелестелаСмущенных мимо берегов.

Огромный парус строго реет;Смертельно-бледная волнаОтпрянула – и вновь онаКоснуться берега не смеет;

И лодка, волнами шурша,Как листьями...

<Не позднее 5 августа> 1910, 1927

***

Из омута злого и вязкогоЯ вырос, тростинкой шурша,-И страстно, и томно, и ласковоЗапретною жизнью дыша.

И никну, никем не замеченный,В холодный и топкий приют,Приветственным шелестом встреченныйКоротких осенних минут.

Я счастлив жестокой обидою,И в жизни, похожей на сон,Я каждому тайно завидуюИ в каждого тайно влюблен.

<Осень> 1910, 1927

***

В огромном омуте прозрачно и темно,И томное окно белеет.А сердце – отчего так медленно оноИ так упорно тяжелеет?

То всею тяжестью оно идет ко дну,Соскучившись по милом иле,То, как соломинка, минуя глубину,Наверх всплывает без усилий.

С притворной нежностью у изголовья стойИ сам себя всю жизнь баюкай;Как небылицею, своей томись тоскойИ ласков будь с надменной скукой.

1910

***

Душный сумрак кроет ложе,Напряженно дышит грудь...Может, мне всего дорожеТонкий крест и тайный путь.

1910

***

Как кони медленно ступают,Как мало в фонарях огня!Чужие люди, верно, знают,Куда везут они меня.

А я вверяюсь их заботе,Мне холодно, я спать хочу;Подбросило на поворотеНавстречу звездному лучу.

Горячей головы качанье,И нежный лед руки чужой,И темных елей очертанья,Еще невиданные мной.

1911

***

Скудный луч холодной мероюСеет свет в сыром лесу.Я печаль, как птицу серую,В сердце медленно несу.

Что мне делать с птицей раненой?Твердь умолкла, умерла.С колокольни отуманеннойКто-то снял колокола.

И стоит осиротелаяИ немая вышина,Как пустая башня белая,Где туман и тишина...

Утро, нежностью бездонное,Полуявь и полусон -Забытье неутоленное -Дум туманный перезвон...

1911

***

Воздух пасмурный влажен и гулок;Хорошо и не страшно в лесу.Легкий крест одиноких прогулокЯ покорно опять понесу.

И опять к равнодушной отчизнеДикой уткой взовьется упрек,-Я участвую в сумрачной жизни,Где один к одному одинок!

Выстрел грянул. Над озером соннымКрылья уток теперь тяжелы.И двойным бытием отраженнымОдурманены сосен стволы.

Небо тусклое с отсветом странным -Мировая туманная боль -О, позволь мне быть также туманнымИ тебя не любить мне позволь.

1911, 28 августа 1935