Читать «Правило первой влюбленности» онлайн

Сьюзен Бишоп Криспелл

Страница 21 из 72

ты не пришла на пять минут позже. Тогда нам не пришлось бы об этом разговаривать. Ты не должна была знать.

– Знать о чём?

– Семья Августа приехала сюда на весенние каникулы. Я иду на ужин с его мамой и Джейсоном.

Слова закрутились в моей голове, словно ураган, грозящий разрушить все отношения, которыми я дорожила. Если она поговорит с родителями Августа, то узнает, что я соврала. Не просто соврала, а соврала о любви, что для моей матери было равносильно совершению греха.

– Что? Нет. Мам, ты не можешь пойти!

– Я знаю, что тебе нелегко из-за разрыва, но именно поэтому на ужине будут только его родители. Тебе не придётся видеться с Августом – я удостоверюсь, чтобы он держался от тебя подальше.

– Ты знала, что он приедет, и не сказала мне?

– Я узнала только сегодня, когда Мэделин позвонила и пригласила встретиться. Но да, я не собиралась рассказывать. Тебе и так пришлось несладко из-за него в последнее время. Я не хотела усугублять и без того непростую ситуацию.

Но почему ужин? Если бы родители Августа знали, что я натворила, то вряд ли бы решили устраивать званый вечер. Мать Августа могла просто прийти сюда и призвать меня к ответу. И, возможно, добиться запрета на приближение.

– Я серьёзно, мам, – умоляла я, сжав её руку и пытаясь оттащить от двери. – Пожалуйста, не ходи туда. Ты же ничего не знаешь.

– Тогда расскажи мне, – сказала она. В её голосе сквозила резкость, намекающая, что не стоит с ней шутить.

Я не могла продолжать врать, но и правду сказать не могла. Молот встретился с наковальней.

– Август вчера был в кафе. – Я мысленно послала тысячу извинений Вселенной, Августу и маме, а затем продолжила бессовестно врать: – Он сказал, что его родители не знают о наших отношениях. Поэтому не удивляйся, если они не вспомнят, кто я, и не поднимай эту тему, иначе ты сделаешь только хуже.

– Это какая-то бессмыслица, Имоджен. Почему он так поступил? Зачем врал о тебе целый год?

– Не знаю. Люди врут по многим причинам. У него наверняка были свои.

А у меня – свои. Но я не могла вспомнить, в какой момент решила, что это была хорошая идея, и когда всё вышло из-под контроля. Сейчас я могла думать лишь о том, как спасти свои тайны.

Раз моя мама не хотела меня слушать, оставалось надеяться, что Августу с его родителями повезёт больше. Руки дрожали, пока я пыталась написать такое сообщение, которое точно привлекло бы его внимание.

Я отправила ему геолокацию ресторана, взяла ключи и начала молиться, чтобы мы не опоздали.

Я заметила Августа около ресторана. Он сидел на обочине, положив руки на колени. Рядом лежал перевёрнутый велосипед со спущенным колесом. Рядом был велосипед поменьше, около которого стоял Оуэн. Я свернула на парковку, но свободных мест не оказалось, поэтому пришлось припарковаться у тротуара, загораживая братьям вид на улицу.

Вблизи я начала понимать, почему лежащий велосипед оказался в таком состоянии. У Августа была ссадина на виске, а на щеке, которой, он, видимо, ударился, уже красовался синяк. Присев на корточки, я положила руки на его колени, чтобы сохранить равновесие.

– Боже, Август, что случилось?

Его губы растянулись в кривой ухмылке.

– Возможно, я немного переусердствовал с нашей экспедицией во имя испорченного ужина и мороженого. – Он кивнул головой в сторону Оуэна, который наблюдал, как кровь стекает с виска Августа к подбородку…

– Немного? Тебе же нужно наложить швы! Дай посмотрю.

Я провела пальцами по его волосам и покрытой синяками коже, чтобы проверить, насколько глубокой была ссадина. Август вздрагивал от любого прикосновения. Я наклонилась ближе и задержала дыхание, напрягаясь, пока продолжала осмотр. Положив ладонь ему на висок, я прижала пальцы к его голове настолько аккуратно, насколько могла. Кровь уже замедлялась. По крайней мере, мне так казалось. Тяжело сказать наверняка – настолько его волосы были влажными.

К горлу подступил комок, когда Август в очередной раз резко зашипел от боли. Я ненавидела себя за то, что сделала с ним. За то, что навредила. За то, что втянула его во всё это.

Ситуация не должна была зайти так далеко.

Но я не знала, как остановиться, не потеряв при этом всё.

– Мне так жаль, – прошептала я, прижавшись своим лбом к его.

– Я в порядке. Правда. – Август поднял руку и убрал мою ладонь со своего виска. Он сжал мои пальцы, не собираясь отпускать, и прошептал, обращаясь к Оуэну: – Но если родители спросят, скажи, что я умираю. По крайней мере, пока мы точно не убедимся, что ужин не состоится.

– Я ценю приверженность делу, но…

– Привет, – вдруг послышался ровный голос Рена, отвлекая меня от Августа. Пробежав несколько метров, которые разделяли пляжную зону и место, где мы сидели, Рен воткнул доску для сёрфинга в землю возле брошенных велосипедов и перевёл взгляд с Августа на меня. – Мо, всё хорошо?

– Да, всё хорошо, – сказала я, высвобождая свою руку из руки Августа. Я встала, оставляя между нами приличное расстояние.

Август насторожённо посмотрел на меня, а потом на Рена.

– Вообще-то я тут истекаю кровью.

Рен дёрнул плечом, не скрывая самодовольной улыбки. Гидрокостюм плотно прилегал к его груди при движении.

– Жестокая карма, да? Не стоило обижать Мо.

– Чел, не при моём брате, – предупредил Август.

Я достала немного мелочи из сумки и вручила её Оуэну.

– Почему бы тебе не сходить за мороженым и, может, попросить немного льда, чтобы подлатать Августа до того, как приедут ваши родителей?

Обеспокоенный взгляд Оуэна был прикован к брату, как будто раны могли быть смертельными. Он ушёл только тогда, когда Август забрал у меня деньги, коснувшись меня кончиками пальцев, и помахал купюрами перед собой.

– Это твой единственный шанс. На твоём месте я бы сходил за шариком мороженого, пока мама не увезла нас домой.

– А можно два?

– Я не могу тебя остановить, – ответил Август. Он улыбнулся Оуэну и тут же вздрогнул, настолько ему было плохо, однако сдержал эмоции, прежде чем брат успел заметить.

– Я позабочусь о нём, пока ты не вернёшься, – заверила я Оуэна. Это меньшее, что я могла сделать, когда Август буквально истекал кровью, чтобы сохранить мой секрет.

– Рассчитываю на тебя.

– Тебе необязательно оставаться, – сказал