Читать «Человечество: История. Религия. Культура. Раннее Средневековье» онлайн

половина города постепенно обезлюдела и центральная планировочная ось сместилась к востоку. В VIII в. вместе со строительством южного дворца Синцингун у восточной стены закончилось создание всего дворцового комплекса.

Новый город раскинулся на низкой, богатой водой местности. Две системы водных путей включали каналы, пруды, озера. Обилие воды способствовало созданию парков и освоению участков земли внутри городской стены.

В 743 г. восточнее Чанъаня было сооружено искусственное озеро – водоем, предназначенный для перегрузки судов. Здесь заканчивался долгий водяной путь от Гуанчжоу до крупнейших городов того времени.

4) Топография Чанъаня

Чанъань занимал почти квадратный участок, ориентированный по странам света: он тянулся на 9,681 км с востока на запад и на 8,192 км с севера на юг.

Столица имела трехчастное деление: «Внешний город», «Внутренний город» (правительственный квартал) и «Запретный город». Все три части были окружены стенами. Непосредственно к берегу реки выходил огромный императорский парк Цзиньюань, в северо-западной части которого находились руины старого ханьского города. Территория города составляла 80 кв. км, а с Запретным городом и парком – 250 кв. км. В столице было девять рынков, большинство из которых располагалось в непосредственной близости от городских ворот.

К южным пределам парка примыкал «Запретный город» – Хуанчэн, с его прекрасными императорскими дворцами, озерами и павильонами. Под стенами Запретного города проходил Императорский канал. Территория Хуанчэна делилась на южную и северные части. В первой располагались кварталы официальных учреждений, во второй – важнейшие императорские храмы (Таймяо и Тайши); их разделяла площадь размером 2750 на 435 м, вытянутая в широтном направлении. Императорский город был окружен стенами с восемью воротами. Дворец Гунчэн имел собственные стены. Северная его стена совпадала с городской стеной, что обеспечивало связь с загородными парками.

От дворца к южным пределам города (воротам Миндэмэнь) шла широкая и прямая улица Неба, шириной до 150 м. Она была покрыта белым песком и обсажена фруктовыми деревьями. Имелись и два рынка, симметрично расположенных по обе стороны от центрального проспекта. Такая же широкая улица пересекала город с запада на восток.

Основные жилые районы располагались к югу от магистрали, проходившей с востока на запад через Императорский город. Наиболее густо были заселены северные кварталы, примыкавшие к дворцу и рынкам. Самые южные районы города были весьма малозаселенными – там простирались поля, огороды, сады и кладбища. В окрестностях столицы жилья вообще не было, и танские поэты любили подчеркивать контраст между парадной суетой центральных улиц и безлюдными просторами вокруг столицы. Заселялись кварталы в основном по профессиональному и социальному признакам. Знать проживала в Западной части города, простой народ обитал к востоку от центральной магистрали.

В юго-восточной части города располагалась Пагода диких гусей, сохранившаяся до наших дней. Построенная в 652 г., она поражает своей монументальностью при очень простой композиционной структуре. Высота пагоды ок. 60 м при основании в 24 кв. м. Ступенчатая семиэтажная пагода, квадратная в плане, напоминает своим силуэтом огромную пирамиду, покрытую шатровой крышей из поливной черепицы. Каждый этаж завершен многослойным кирпичным карнизом с большим выносом. Этот композиционный прием, акцентирующий убывающие вверх этажи, в то же время сообщает пагоде органичность: она как бы высечена из одного куска камня. Каждый этаж расчленен узкими пилястрами, число которых сокращается по мере движения вверх. Кирпичные стены пагоды облицованы светлым, слабо обожженным кирпичом. В центре стены находятся проемы, обработанные арками. Поставленная на вершине холма, величественная пагода как бы вырастает из него и органически сливается с окружающим ландшафтом.

Чанъань окружала кирпичная стена, облицованная камнем. Деять широких меридиональных (с юга на север) и двенадцать более узких широтных магистралей, посыпанных белым песком, с дренажными канавами, обсаженные фруктовыми деревьями, делили его на 108 кварталов. Каждый квартал был опоясан пешеходной дорожкой и обнесен глинобитной стеной высотой до 3 м. Внутри кварталов имелись либо одна улица, проходившая в меридиональном направлении, либо две, пересекающиеся крест-накрест. За порядком в квартале следили назначавшиеся властями надзиратели. Ворота квартальных стен на ночь запирались. Городские улицы в зависимости от их назначения имели различную ширину. Внутри кварталов были более узкие улицы для пешеходного движения.

Среди массы одноликих кварталов выделялись два больших рынка – Восточный «простонародный» и Западный – «аристократический». Территория каждого из них – ок. 2 кв. км. Восточный рынок, менее многолюдный, располагался поблизости от особняков знати и чиновников и был сравнительно тихим и богатым. Западный рынок, более простонародный, был крикливым и необузданным (здесь же казнили преступников), но и более экзотическим. Каждый ряд предназначался только для одного рода товаров, имел своего старосту и был окружен складами. По закону требовалось, чтобы каждый такой ряд имел подобие вывески – знак, сообщающий, каким товаром здесь торгуют. Проходя по Западному рынку, где вело торговлю большинство иностранных купцов, можно было последовательно видеть мясной ряд, кузнечный ряд, одежный ряд, шорный ряд, шелковый ряд и лекарственный ряд. С середины VIII в. получила широкое распространение торговля чаем. Среди иностранных торговцев на Западном рынке главенствовали уйгуры-ростовщики, которым китайские дельцы, искатели кредита или молодые моты в обеспечение взятых денег закладывали землю, домашнюю утварь, рабов и даже священные реликвии.

Главным украшением столицы служил Извилистый пруд (озеро Цзянцюэчи на юго-восточной окраине города). «Круглый год блистал он прелестью и очарованием, – пишет один из современников, – и со всех концов города собирались сюда одаренные талантами юноши и прекраснейшие девушки, чтобы погулять и с приятностью провести время».

«На берегу и над водой опять весенний ветер.

И среди тысячи цветов…»

5) Жизнь в столице

Честолюбивые люди со всех концов империи устремлялись в метрополию: молодые ученые, надеявшиеся сдать проводившиеся раз в три года экзамены на степень цзиньши, задиристые мускулистые мужчины, рассчитывающие найти себе подходящее занятие, поэты и художники, мечтающие о состоятельном меценате, мастера политических интриг, жаждущие найти влиятельного покровителя. Городу приходилось обслуживать эту пеструю, падкую до наслаждений толпу. Винные лавки и бордели в эпоху Тан процветали как никогда раньше, а мораль в целом пребывала на низком уровне. Литература того времени рисует красочную картину этого разгульного мира, где присутствуют типы, хорошо известные и на Западе: вечный студент, ростовщик-процентщик, нахлебник, богатый деревенский олух, громила, сутенер и хозяин притона. «Из-за резных дверей, прикрытых бамбуковым занавесом, – пишет современник, – то и дело выглядывают прелестные женские лица. Как говорится о подобных местах: питейные заведения соседствуют с чайными домиками; здесь повсюду царят оживление и радость». По приказу императора Сюань-цзуна в столице была организована специальная школа «Грушевый сад», где обучались певцы, музыканты и актеры. Создание этой школы положило начало театру в Китае.

Жизнь в Чанъане била ключом.