Читать «Любишь меня? Люби мою собаку!» онлайн

женихе. Это был ее первый шаг за год. Девушка была счастлива. На что Оксана призвала не останавливаться на достигнутом. Она была только в начале пути.

Нежный массаж Невилла, боящегося причинить боль, был полной противоположностью массажа Оксаны. Гермионе очень нравились эти минуты физического контакта, и она сама не заметила, как Невилл начал использовать этот факт, заставляя ее перешагивать через «не могу» и «не хочу». Находил правильные слова, угощал всякими вкусняшками за… «еще один шажок», «еще одно упражнение». И это работало! К концу лета Гермиона смогла двигаться почти самостоятельно. Невилл клятвенно обещал продолжать заниматься ею и в Хогвартсе. А пока они задумали удивить друзей, и потому Гермиона отправилась в Хогвартс в кресле.

На самом деле ей было очень страшно оставаться без кресла и без Невилла. Но привыкнув к Невиллу в варианте «всегда рядом» за каникулы, она готова была расстаться с креслом, чтобы никогда не расставаться с Невиллом.

И вот Большой Зал, чему-то улыбающийся Дамблдор и звуки музыки… Невилл ведет в танце свою невесту, которая поднялась из кресла и сделала шаг к нему. Затаившие дыхание дети, пораженно молчащие профессора, радостно улыбающийся Дамблдор и красная от стыда МакГонагалл. И конечно же, музыка, сопровождающая летящую пару, на которую откуда-то сверху начинают медленно планировать лепестки роз.

Комментарий к Часть двадцать девятая. Лисьи страсти

* Пассивные упражнения — ногу сгибает не сам пациент, а медик, тренирующий пациента. Один из стандартных этапом реабилитации.

** По-другому никак. Пациент должен быть максимально обнажен.

Часть тридцатая и последняя

Вместо эпилога

Пятый курс начался с Амбридж. Уж не знаю, на что она рассчитывала, внедряясь в школьный коллектив Хогвартса. О Волан-де-Морте не заикался даже Дамблдор, не говоря уж об учениках. Но Министру что-то там померещилось, и пришлось верной чиновнице отдуваться за счет глюков своего шефа.

Студенты тихо бесились, читая никому не нужные учебники и мечтали проклясть розовую жабу позаковыристей. Тех, кто нарвался на скандал с училкой, дожидалась жуткая отработка с чаем и Кровавым пером.

Барти Крауча и Сириуса Блэка вызвали повесткой в суд, где после повторного слушания оправдали по всем пунктам. Бартика лично, а Сириуса заочно, так как на слушание он не явился «по состоянию здоровья» — как было написано в извинительной и пояснительной записке.

Освобожденный Барти тут же удрал в Болгарию, к своему лучшему другу Виктору Краму, парни крепко сдружились за время волшебного Турнира, несмотря на значительную разницу в возрасте. Ну, для настоящей мужской дружбы нет препятствий в виде каких-то расстояний и различия в годах.

Клювокрыла вернули Хагриду. Боже, как гиппогриф радовался воле вольной, простору раздольному… Громко хлопая крыльями, он по широкой спирали ввинтился в небо и со счастливым клекотом пронесся над лесом, распугивая птиц и фестралов.

Желая поскорее снять проклятие, Оксана и Сириус решили не тянуть и пригласили в Блэк-Хаус клочковолосого мага-церемониймейстера по имени Клодеус Ритуалис, перед которым они и сочетались браком.

Позже Оксана с отцом сходила в ЗАГС и оформила документы и паспорт на имя Оксана Воробьева-Блэк. Чтобы всё было по Закону. Медовый месяц пришлось отложить по понятным причинам. А на прогулках Оксана выгуливала здоровенного черного пса и маленького юркого песца на шлейке и тоненьком поводке. Да, Сириуса перестали красить, ведь его оправдали и ему теперь не надо было прятаться от властей.

Гермиона летала на крыльях счастья и любви. Пора испытаний прошла, и в Невилле она была более чем уверена — он настоящий и надежный человек. Его родителей было немного жаль, но недолго. Алиса и Фрэнк вскоре совсем оправились, но как сына Невилла не воспринимали, потому что ничего не помнили о нем. Увы… Их новая жизнь началась с чистого листа, а прошлое осталось в беспамятном забытьи. Правда, они сына слушались, как новобранцы — генерала. Малейшая просьба, и летят исполнять.

Гарри с головой окунулся в учебу, помимо волшебных наук он штудировал и маггловские учебники по географии, математике, физике, биологии и прочие необходимые знания, которые учит каждый нормальный человек, не желающий оставаться неучем. Из-за чего вскорости принял нездоровый вид от недосыпания и перенапряжения. Бледный цвет кожи, темные тени под глазами, всё это заставляло Амбридж подозревать понятно о чем. Гадкий мальчишка тайно занимается запрещенными делами! Ну погодите, она его раскроет!.. И изощрялась толстая глупая тётка во всех видах слежки… Она подкарауливала Поттера после занятий у других и пыталась подловить его на чем-то запретном, но учебник математики к таким не относился, все магглорожденные студенты учились на два фронта — и магии, и обычным предметам. Заманивала к себе в кабинет, поила чайком с веритасерумом, и начинала допрос:

— Мистер Поттер, вы посещаете кружки, чьи участники превышают состав более трех человек?

— Да, — монотонно отвечает Поттер, Амбридж ликует и в предвкушении потирает потные ладошки. Вкрадчиво спрашивает:

— И что же это за кружок?

— Клуб любителей вышивки крестиком, — честно моргает Гарри. Амбридж сдувается и тоскливо задает следующий вопрос:

— Вы знаете о планах Дамблдора насчет Министерства?

Гарри чешет в затылке и недоуменно брякает:

— Да откуда мне знать, какие планы у директора?! Мне же это неинтересно…

Амбридж совсем сникает и задает прямой вопрос:

— Что вы делаете на уроке по Защите от Темных Искусств?

Связанный веритасерумом язык Гарри выдает честный ответ:

— Читаю учебники.

В общем, как спросил, так и слушай…

Северус Снейп хандрил.

Он вдалбливал в детские ветреные головы знания и жалел впустую потраченное время и вхолостую израсходованные ингредиенты, которые тупые школяры больше портили, чем использовали. Вот и тосковал бедный учитель, жалея себя любимого. И срывался на идиотах, шипел, снимал баллы, назначал отработки, на которых старался извлечь хоть сколько-то пользы из студентов. То есть заставлял их потрошить рогатых жаб, нарезать корни визгоперки и разделывать флобберчервей.

Его грустное настроение было, конечно же, замечено учениками, и наши неразлучные друзья решили поднять упавший дух учителя. Гермиона отправила сову к отцу с определенной просьбой, Джон Грейнджер прочитал послание дочери, хмыкнул и пошел звонить серпентологу. И принесла сова Гермионе толстый тючок со шкурками бумсланга. Гарри спустился в Тайную комнату и с разрешения Балрейна Рекса нацедил пару галлонов свежего яда василиска, а покидая комнату, подобрал приличный кусок выползка, сброшенной змеиной шкуры. Невилл, прогуливаясь по лесу с Хагридом, тишком снимал с кустов волосы единорогов и фестралов, которых он отлично видел. Посетив же логово акромантулов, напихал во все карманы клочья паутины и несколько паучьих яиц — зачем, он и сам не знал, но надеялся,