Читать «Верховная Рада и ее обитатели: записки инсайдера» онлайн

креслах от нескольких месяцев до менее года) способствовали напряжению в депутатском корпусе.

Игорю было хорошо заметно, что Яценюк больше работал на себя, чем на интересы законодательного органа. Лексика, жесты, мимика, ухмылки, прямые оскорбления депутатов в эфирах дружественных олигархических телеканалов, конечно, не способствовало объединению депутатов вокруг решения ключевых проблем. Благорасположенность различных олигархов к Арсению Петровичу и протежирование его продвижению по карьерной лестнице никак не передавалось и не трансформировалось в уважение к нему со стороны коллег в Верховной Раде. Да спикер, собственно, и не очень обращал на это внимания. Главное, реализация интересов тех, кто де-факто не имеющего никакого опыта депутатской работы персонажа посадил или подсадил в кресло главы парламента. Не случайно, очевидно, в этом контексте фабрикация принятого в парламенте закона. Депутаты не поддержали, проталкиваемый спикером мораторий на повышение заработной платы до уровня прожиточного минимума. Подчеркиваем: не до каких-то маниловских космических высот, а до уровня прожиточного минимума! На подпись президенту Яценюк отправил не то, за что проголосовали депутаты. Игорь тогда, это был ноябрь 2008 года, созвал пресс-конференцию, на которой по полочкам буквально на пальцах доказал факт фальсификации текста документа. Ответом последовало то, что Международный валютный фонд требует от Украины бездефицитного бюджета и замораживания на два года социальных выплат. Опять, кстати, МВФ.

Оставим в покое Яценюка, которого через месяц большинство депутатов (среди них немало тех, кто голосовал за его избрание спикером), отправили из президиума на обычное неудобное кресло в сессионном зале.

А кресла в зале действительно неудобные и по сей день. Здание Верховной Рады было в Киеве построено еще до войны, в 1939 году. И в неудобстве для работы депутатов его архитектор Владимир Заболотный в общем-то и не виноват. Площадь сессионного зала (того, что под куполом) – всего 650 квадратных метров. Это для 450 избранников народных. Плюс значительное место занимают президиум, правительственная ложа, ложа для гостей. Для народных депутатов советской поры посидеть несколько часов несколько дней в году и получить в перерыве или в конце рабочего дня ассортимент дефицитных продуктов – занятие несложное. А вот для тех, кто воспринимает Раду как единственное (или, по крайней мере, основное) место своей работы на период избрания, считает своей обязанностью все отведенное для пленарных заседаний время проводить в зале, – для них кресло неудобное, место для продолжительной работы изначально не продумано. Для депутатов 9-го созыва, в условиях наказания за голосование не только за себя, а и за соседа, так называемое не личное голосование, – это реальная проблема. Хотя разве работа свадебного фотографа, парикмахера, организатора концертов легче? Привыкнут. Адаптируются.

В предыдущих созывах сессионный зал вообще редко был заполнен. Ну, разве что, когда принимали присягу, иногда, когда приходил президент, когда проходило голосование за что-то из ряда вон выходящее. Но было это редко. Игорь помнит некоторых коллег, которые за созыв появлялись в зале всего несколько раз. Ну, понятно, это те, кого привозил эскорт машин. Параллельно время от времени, особенно накануне выборов, поднималась дискуссия – а не много ли это 450 депутатов парламента для Украины? В 2000 году во время референдума граждане сказали, что 300 депутатов вполне достаточно. Все идет к тому, что в десятый созыв Рады будут именно столько и избирать. Почему именно 300, а не 250, 200, 150 и т. п. – никто толком ответить не сможет. Игорь же всегда считал, что проблема не в количестве, а в качестве. По его наблюдениям подсчетам, в каждом созыве было примерно 50–60 депутатов, старающихся как минимум понимать, за что идут голосования, какова сущность законопроекта. А для этого законопроекты нужно читать. Но это время, усилия, в конце концов, знания. А если в это время проблемы на заводе депутата, шахте, базаре, казино, медиа, латифундии. Один конкурент (часто тоже депутат) кинул, второй – отжимает, третий натравил службы с погонами, четвертый заручился поддержкой на Банковой, в Кабмине. Когда тут читать, вдумываться?! А еще женская половина, треть, четверть (в зависимости от официального статуса) допекает разговорами о Сейшелах, Мальдивах, Багамах. Времени не хватает. Времени в обрез. Слава Богу, никто хоть выступать во время заседаний не заставляет. Всегда найдутся желающие языком поработать. А владельцам заводов, газет, пароходов это и не солидно как-то. Они вопросы привыкли решать не публично. А если надо, кого-то из любителей разговорного жанра можно и заинтересовать, стимульнуть, как говорится.

Конечно, здесь речь не идет о многих десятках персонажей, ставших депутатами по воле случая и неправильной оценки руководителями партий своего потенциала (как ни странно, в сторону его преуменьшения). Так было, например, с фракцией Партии регионов и БЮТ на досрочных выборах 2007 года. Первые, честно скажем, не ожидали, что всего менее чем через три года после их опускания по итогам президентских выборов они наберут более 34 % голосов (175 депутатских мест). Правда, и на выборах 2006 года регионалы набрали свыше 32 %. Так что могли и спрогнозировать. Что бы там не говорили технологи Юлии Владимировны (кстати, главный технолог своей силы на всех выборах – это сама Тимошенко), но на результат более 30 % (156 мест в Раде) они не надеялись.

Как такая самонедооценка повлияла на качественный состав фракций? А вот и самым непосредственным образом. Секретарши, телохранители, водители, серенькие, но находящиеся всегда на месте работники партийных офисов, оказались в момент оформления документов под рукой с паспортами в карманах. А чем амбициознее субъект выборов, тем большим по количеству кандидатов он стремится сформировать избирательный список. Кто-то из списочников при обретении партией власти уйдет в министерства, госкомитеты, госкорпорации, в областные администрации и т. п., список поднимается, и, глядишь, присягу парламентария принимают люди, знавшие о парламенте только то, что начинается на букву «п». Конечно, такие с трибуны Рады, да и с места, почти никогда или вообще никогда не выступали, если же «что-то в лесу сдохло» и им дали слово или почему-то заставили выступить, для них это ставало событием вселенского масштаба. Если узнавали о предполагаемом выступлении заранее, у фотографов появлялась возможность неплохо заработать, так как этот неординарный эпизод в жизни рандомного депутата, конечно, должен был быть запечатлен во множестве ракурсов для депутатских потомков и соседей.

Кстати, фотографы представляют собой особую касту в парламентских стенах. Они вкладывают немало средств в приобретение мощной и качественной аппаратуры. Деньги отбиваются по-разному. Подсмотренную в мессенджерах переписку депутатов с любовниками и любовницами, бизнес-партнерами, вообще непонятно с кем продают в различные СМИ, а особенно изощренные фотографы через посредников умудряются продать самим запечатленным. Дошло до того, что депутаты, подобно дембелям срочной службы в