Читать «Британия. Краткая история английского народа. Том II» онлайн

всякий, кто отрицает обязательность соблюдения воскресного дня или утверждает, «что управление церковью через пресвитеров противоречит христианству или незаконно», должен «быть посажен в тюрьму», если не откажется от своих заблуждений.

Было ясно, что пресвитериане ожидали успеха короля, чтобы возобновить свою политику единообразия, и если бы Карл I был на свободе или же армия была распущена, то их надежды, вероятно, осуществились бы. Но Карл I все еще находился под стражей в Кернсбруке, и войско смело встретило грозившую ему опасность. Самовольное возобновление войны посреди общего стремления к миру устранило всякую мысль о примирении с королем. Твердое решение снова объединило, наконец, солдат и генералов. Накануне выступления против мятежников все они сошлись на торжественное молитвенное собрание и приняли «вполне ясное общее решение». «Если господь когда-либо снова вернет нам мир, мы обязаны потребовать у Карла Стюарта отчета за кровь, им пролитую, и вред, по мере сил причиненный им делу Бога и нашего бедного народа». За несколько дней Ферфакс подавил восстание Кента и запер мятежников восточных графств в стенах Колчестера, а О. Кромвель загнал уэльских повстанцев в стены Пемброка. Но оба города держались упорно, и хотя восстание лорда Голлэнда близ Лондона было легко подавлено, но не оставалось войска для отражения нашествия шотландцев, перешедших границу в количестве около 20 тысяч человек. К счастью, в эту критическую минуту Пемброк сдался, и это развязало руки О. Кромвелю, который с 5 тысячами человек быстро бросился на север.

Там он присоединил к себе отряд Ламберта, храбро нападавший на шотландцев сбоку, и через холмы Йоркшира проник в долину Сибблы, где герцог Гамильтон, подкрепленный тремя тысячами роялистов севера, уже дошел до Престона. С войском, состоявшим теперь из 10 тысяч человек, О. Кромвель бросился на растянувшуюся армию герцога, напал на шотландцев, отступавших за Сибблу, перешел вместе с ними реку, разбил их арьергард, пробился сквозь теснины Уоррингтона, где бегущий неприятель сделал последнюю отчаянную попытку остановить его, и в то время как Ламберт преследовал Гамильтона и конницу, сам он принудил к сдаче пехоту (17 августа 1648 г.). Тотчас после победы англичане перешли границу по направлению к Эдинбургу, разогнали партию роялистов и снова вернули власть Аргайлу, в то время как поселяне Айршира и запада подняли «восстание виггаморов», примечательное как первый случай упоминания названия «виги»; быть может, последнее соответствует английскому «whey» (сыворотка) и заключает в себе насмешку над кислыми лицами фанатичных поселян Айршира.

Аргайл встретил О. Кромвеля как освободителя; но едва победоносный генерал вступил в Эдинбург, как тревожные вести снова отозвали его на юг. Мы видели, что парламент отнесся к восстанию роялистов совсем иначе, чем армия. Он вернул изгнанных членов и провел закон против ереси. В момент победы при Престоне лорды обсуждали предъявленное О. Кромвелю обвинение в измене; в то же время, несмотря на сопротивление индепендентов, для переговоров с королем на остров Уайт снова были посланы комиссары. Роялисты и пресвитериане одинаково убеждали Карла I принять предлагаемые ему теперь льготные условия. Но едва разбились его надежды на Шотландию, как он задался мыслью начать новую войну при помощи армии, вызванной из Ирландии, и комиссары потратили время на бесплодные прения. «Мои планы ни в чем не изменятся», — писал Карл I своим друзьям. Но сдача Колчестера в августе и соглашение О. Кромвеля с Аргайлом развязали армии руки, и тотчас ходатайства ее полков потребовали «суда над королем». Новое представление совета офицеров потребовало избрания нового парламента, проведения избирательной реформы, признания верховенства Палат «во всех делах», превращения королевской власти в случае, если она будет сохранена, в должность, замещаемую парламентом и лишенную права протестовать против его решений. Но прежде всего они требовали, «чтобы был привлечен к особому суду за измену, кровопролития и вред, в которых он провинился, главный виновник наших смут; по его поручениям, согласно его приказам и полномочиям, ради его интересов, по его желанию и власти происходили все наши войны и смуты со всеми сопровождавшими их бедствиями».

Требование это привело Палаты в отчаяние, и они ответили на него, приняв за основание мира уступки короля, несмотря на их незначительность. Солдаты приняли этот шаг как вызов. 30 ноября отряд конницы снова захватил Карла I и отвез его в замок Герст; в то же время Ферфакс сообщил письмом о движении своей армии на Лондон. «Мы узнаем теперь, кто на стороне короля и кто на стороне парламента», — сказал Вэн, когда войска обступили Палаты парламента. Но среди его членов страх, внушаемый армией, оказался слабее остатков лояльности, стремившейся спасти монархию и церковь, и большинство обеих Палат высказалось за принятие предложенных Карлом I условий. На следующее утро (16 декабря) у дверей Палаты общин появился полковник Прайд со списком сорока членов большинства в руках. Совет офицеров решил исключить их, и каждый из них, по мере своего появления, подвергался аресту и заключению. «По какому праву вы так поступаете?» — спросил один из членов. «По праву меча», — как говорили, ответил Хьюго Питерс. Палата все еще упорствовала, но на следующее утро были исключены еще сорок членов, и тогда оставшиеся уступили.

Меч решил вопрос, и вдруг перед ним исчезли обе силы, ведшие ожесточенную войну, — парламент и монархия. С изгнанием 140 членов, то есть большинства тогдашней Палаты, они сохранили только одно название. Оставшиеся их члены шли рука об руку с армией и уже не были представителями воли страны; употребляя грубое народное выражение, они составляли только «хвост» (rump) парламента. От Палаты общин осталась одна тень, а Палата лордов совершенно исчезла. Под влиянием «Прайдова очищения» «хвост» парламента постановил судить Карла I и для этого образовать судилище из 150 человек под председательством известного юриста Джона Брэдшо. Немногие оставшиеся пэры отвергли это предложение, и тогда уцелевшие члены Нижней Палаты объявили, «что источником всякой законной власти служит, после Бога, народ; что Общины Англии, собранные в парламенте, избранные народом и представляющие его, пользуются высшей властью в стране; и что все постановленное и объявленное Общинами законом имеет силу такового для всех членов нации, хотя бы в этом не принимали участия и на это не давали согласия король и Палата пэров».

Карл I выступил перед судом Брэдшо только для того, чтобы отвергнуть его компетенцию и отказаться от защиты. Для успокоения совести судей было допрошено 32 свидетеля, и только на пятый день суда король как тиран, изменник, убийца и враг своей страны был приговорен к смерти. В течение процесса народное возбуждение выражалось в криках: «Правосудия!», или: «Бог да спасет Ваше