Читать «Кетцалькоатль» онлайн

я ударяюсь, а другие продавливаются через один слой кожи, делая мне больно. На обратном пути решил зайти к мастеру, чтобы узнать, как продвигается работа.

На улице, где изготавливали украшения из перьев, увидел большую группу жрецов, человек сорок, Они стояли полукругом возле одной из лавок. Все были в головных уборах из разноцветных перьев: у кого-то они были короткими и располагались в один ярус, у кого-то длиннее и в два или три яруса, а один был, если я правильно посчитал, пятиярусный, причем верхними были зеленые кетцаля. Хура, верховный жрец Самы, как понимаю в сравнении, скромняга, по праздникам носил трехъярусный. Мичтланского я как-то видел спускающимся с главной пирамиды в девятиярусном, метра два высотой, который удерживался на голове с помощью жердей и планок, закрепленных на спине. В будний день он вышел прогуляться в сравнительно легкой шапочке.

Я собирался проскочить мимо, но толпа расступилась, попуская главного хвастуна, и мы с ним встретились. На верховном жреце, кроме роскошного головного убора, были не менее роскошные накидка и запашная набедренная повязка длиной до коленей, вышитые разноцветными узорами и украшенные перьями попугаев, а на ногах сандалии с завязками из шкуры крокодила, Голова над деформированным лбом в шрамах от ожогов, чтобы там волосы не росли. В мясистых ушах серьги с коричневато-красной яшмой, на шее ожерелье из девяти крупных розовых жемчужин, а на руках и ногах золотые браслеты, набранные из прямоугольных пластин с барельефом сидящего орла. Наверное, я не изобразил, как горожане, трепет и почтительность и даже посмотрел снисходительно, поэтому верховный жрец остановился и вперил в меня надменный взгляд, насколько это возможно при косоглазии. Уастекская знать, кроме деформации черепа и выжигания кожи на голове, еще и зрение себе портила.

— Кто ты такой? — как я догадался, спросил он, продемонстрировав маленькие круглые бирюзовые камешки, вживленные в верхние резцы.

Представляю, какой болезненной была операция, ведь делают без наркоза. Чего не вытерпишь ради понтов!

— Не понимаю, — ответил я на языке майя.

— Это тот самый чужеземец, который каждый день пьет какао, — подсказал один из холуев в трехъярусном головном уборе, если я правильно перевел.

Видимо, это была неслыханная дерзость или непозволительная роскошь, поэтому верховный жрец попытался сфокусировать на мне оба косых глаза. Получилось настолько плохо, что я еле сдержал улыбку. Он заметил это, тоже сдержал эмоции, но явно сделал неблагоприятный для меня вывод. Могу точно сказать, кто будет принесен в жертву в ближайший праздник или даже раньше, если вовремя не унесет ноги.

Сандалии не были готовы. Мастер заканчивал прошивать четвертую трехслойную подошву. Обещал приделать ремешки завтра к полудню. Платой была остальная часть шкуры, поэтому я договорился, что пришлю за сандалетами слугу. Подумал, что просто так меня вряд ли схватят. Я гость, значит, нахожусь под охраной богов, если ничего не нарушаю. Наверное, попробуют спровоцировать, когда буду гулять в центре города, поэтому посижу на постоялом дворе, рядом со своим оружием, до послезавтрашнего утра, потому что отправляться в путь в самую жару тяжко.

Чего больше всего не хочешь, то обычно и случается. Только Гуав вернулся с сандалетами, как пришел хозяин постоялого двора и сообщил, что тольтеки прислали гонца с приказом направить к ним отряд из двухсот воинов для участия в походе на чичимеков. Так называют представителей всех полукочевых племен, которые обитают севернее. Это синоним слова дикарь. Русские таких, только живущих южнее, называли чучмеки, в чем прослеживается дальнее родство с предками мексиканцев. Как мне объяснили, время от времени чичимеки нападают на города, но чаще тольтеки ходят к ним за пленниками, необходимыми для принесения жертв во время многочисленных праздников. Обязательны жертвоприношения и перед выступлением в поход, поэтому я быстро приатачил к спине Гуамы деревянную раму, уложил на нее упакованное с вечера барахло и крепко привязал, после чего вооружился сам, натянув тетиву на лук, и мы в полуденную жару отправились в город Толлан, как называлась столица тольтеков.

В Мичтлане от южной входной арки начинались три сакбе: одна вела на юг к Куюскиуе, вторая — на восток к берегу Мексиканского залива, третья — на северо-восток, чтобы, немного не добравшись до моря, обогнуть горный отрог и повернуть на северо-запад, а потом на запад. Мы отправились по последней. Рослый таможенник посмотрел на меня удивленно, однако ничего не сказал. На его скошенном лбу читалась бегущая строка: «Если идиотам хочется таскаться по жаре, это их проблемы». Видимо, приказа о моем задержании пока нет. Зря я приготовился к бою, а может, и зря ушел из этого города.

17

Я шагаю в хвосте отряда из двух сотен воинов, направлявшихся в Толлан. Впереди командир, у которого на голове красная повязка с черной пиктограммой, обозначающая пленение четырех врагов. За ним топают человек пять, которые захватили по два пленника, и где-то полтора десятка — по одному. Это типа ордена за боевые заслуги. Кто больше пленников захватил, тот и самый крутой. При таком способе ведения боя победа желательна, но не является обязательной. У командира есть еще и деревянный шлем с приделанным поперек к верхушке, перевернутым полумесяцем, украшенным яркими, разноцветными перьями попугаев, напоминающий мне гребень из крашенных, красных, конских волос на шлеме римского центуриона. Оружие командира — макуавитль и деревянную дубинку — вместе с доспехами несет на деревянной раме молодой воин. Ватные безрукавки есть только у старых воинов, причем не у всех. Рядовые вооружены копьями длиной чуть менее двух метров, дротиками с атлатлями, дубинками. Макуавитль всего один и, как понимаю, является символом власти. Щиты или плетеные и обтянутые оленьей кожей, или деревянные однослойные, или из панциря щитоносца или черепахи. Самой разной формы и размера, но в высоту не более сантиметров пятидесяти, а некоторые, криво-овальные из панциря броненосца, и вовсе сантиметров тридцать по диагонали. Таким, наверное, удобно заехать в рыло зазевавшемуся врагу, оглушить и потом пленить. Видел пару деревянных, похожих на схематическое изображение бабочки, с прорезями по бокам, которые в ширину были больше, чем в высоту. У меня сложилось впечатление, что все индейцы считают, что щит придумал трус.

К такому отряду может присоединиться любой желающий проявить себя на войне. Если сумеет, обеспечит себе теплое место в городской страже. В Мичтлане романтичных идиотов набралось десятка два. Идиоты всегда романтичны, а романтики — идиотичны. Между ними тонкая, но непреодолимая грань: первые неизлечимы. Добровольцы топают за мной и Гуамом. Один из них, молодой парень, помогает моему рабу, потому что тому