Читать «Красный вервольф 4» онлайн
Саша Фишер
Страница 14 из 50
Тот самый случай, когда чем больше приглядываешься, тем тревожнее становится. На всех казенных зданиях деревни висели таблички на немецком. Перед сельсоветом — явный новодел, сколоченный из досок деревянный помост с перекладиной наверху. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять назначение. Виселица, мать ее. Сейчас пустующая, видимо, хорошо себя вели селяне в последние дни, никто не нарвался.
Белое одноэтажное здание — больница. К окнам грубо приварены свежие решетки. Ограда оплетена колючей проволокой. Уверен, что где-то поблизости имеется траншея, куда тела сбрасываются.
Ага…
В принципе, расклад понятен, можно топать в укрепрайон, декорации устраивать. Лучше заранее это сделать, до того, как я гауптштурмфюрера умыкну. А то его ведь могут и искать начать, раньше времени нагрянут, не успею все привести в должный вид.
Вообще со стороны было ощущение, что народу в лагере как-то не очень много. Будто большая часть куда-то ушла, а здесь остались только дежурные. Видимо, по деревням дань собирают. Судя по знакам отличия, это снабженцы армейские.
Дверь сельсовета распахнулась, на крыльце показался молоденький эсэсман с ведром. Куда это он?
Пересек площадь, подошел к дереву рядом с бывшей школой. Чтобы рассмотреть внимательнее, что там, мне пришлось забраться на дерево повыше. Ах, вот оно что! Там привязан кто-то. И к нему фриц и направляется. Подошел, разулыбался еще больше, видно, что что-то говорит…
Размахнулся ведром и выплеснул его содержимое на привязанного к дереву человека.
Вот мразота. По роже видно, какое удовольствие ему доставляет это занятие… На улице откровенно не месяц май, а стоять в мокрой одежде на сегодняшнем промозглом ветерке — это вообще сомнительное удовольствие. Если там в ведре вода, а не что-то похуже…
Привязанный дернулся и повернул лицо в мою сторону.
Ох ты ж… Вот бл*ха…
Глава 8
Так, планы меняются… И пофиг, что очень важный и засекреченный НКВД-шник Юрий Иванович по прозвищу Лаврик будет мной недоволен. Сунуть дезу фрицам можно и попозже. А вот у Кузьмы, привязанного к дереву, этого самого «попозже» может и не быть. В любой момент из двери может выйти очередной бравый хрен в форме и вздернуть его на ветке того же дерева, к которому он сейчас привязан.
Первым порывом было рвануть к Михалычу сию же секунду. Вспороть веревки, подхватить отощавшего лесника на плечо и рвануть к ближайшему лесу.
Стоп, дядя Саша. Горячку не пори. А то и Кузьму не спасешь, и сам спалишься.
Я огляделся, выхватывая из окружающего пространства важные детали.
Одна невысокая башня, на ней тупит часовой, дырчатое дуло пулемета обращено к опушке леса, в сторону от меня. Но то место, где привязан Кузьма, с вышки не простреливается, здание школы загораживает. Кажется, что вышка больше для того, чтобы палаточный лагерь оборонять. А эти три казенных здания — это какая-то обособленная немного территория. Больница, сельсовет и школа. Причем окна больницы все забраны новенькими грубыми решетками, а часть окон школы — заколочены досками. И не похоже, что это от авианалетов защищаются. Скорее уж…
Я почесал затылок. Почему-то же хитрый Лаврик заказал похитить человечка именно из этого места. Значит, есть причина. Видимо, тут засели те, кому наши секретчики собрались дезу зашифрованную скормить.
Так, дядя Саша, а ну не отвлекаемся! Размышлять будешь потом, а сейчас надо думать, как Кузьму вытащить с минимальным шумом. Рядом с сельсоветом стоял одинокий грузовичок. Чуть в стороне, практически на чьем-то огороде трое фрицев махали лопатами с довольно вялым энтузиазмом. Или наказали, или им просто лень. Судя по расположению — туда новую вышку хотят воткнуть.
В лагере относительно тихо. Часовой вышагивает. Где-то там еще его сменщик был, сейчас не видать.
Как и местных жителей. Хреново, что не видно, сколько тут на самом деле людей… Ну что ж, работать будем с тем, что имеем.
Я с тоской глянул на привязанного Кузьму. «Михалыч, ты главное продержись еще немного!» — прошептал я и скользнул по стволу дерева вниз.
Удобно, что крайние дома деревни были практически в лесу. Собственно, только поэтому я и подобрался к административному центру так близко — кусты, деревья, заборы и надворные постройки обеспечили практически магистраль для скрытного перемещения.
А вот палаточную часть фрицы обезопасили — все было вырублено до ровной площадки. И край леса опутан колючей проволокой, как будто тут потрудилась бригада пауков. У которых из задниц вместо паутины колючая проволока вылезает.
Ага… Среди деревьев воткнуто несколько столбов, на них — матюгальники. Зачем? Сиреной орать в случае воздушной тревоги? Или классическую музыку передавать?
А вот и дорога к лагерю… С боков тоже опутана колючкой.
Осторожнее надо перемещаться, пожалуй что. Судя по всем этим ухищрениям, лес может быть еще и заминирован.
Бл*ха… Колючка вроде не такая уж непреодолимая преграда. Когда у тебя есть кусачки. А если нет, то практически стена неприступная. По-быстрому из леса не выскочишь и обратно не нырнешь.
Пулеметчик на вышке скучает и в мою сторону не смотрит.
Ладно, пройдемся вдоль дороги по лесу, надо глянуть, насколько далеко фрицы не поленились все колючкой запутать.
И шагаем осторожнее, потому что… Опа! А вот и то самое, чего я опасался. Струнка тоненькая, незаметно практически, если не знаешь, куда смотреть. Я переступил растяжку.
Шаг. Еще шаг.
Осторожно ставим ногу, дядя Саша. Теперь чуть правее. Еще шаг.
Н-да, прогулка вдоль дороги — так себе идея. Я углубился поглубже в лес и двинулся от лагеря. Пробирался через густую чащу, переступал через замшелые поваленные стволы, перетекал от одного дерева к другому так, чтобы ветки не шелохнулись. Надо проверить, глубока ли кроличья нора… В смысле, как далеко простираются колючка и мины с растяжками. Понятно, что фрицам дай волю, они бы тут все вот так затянули, но их ресурс не бесконечен, а российские просторы — они, знаете ли, такие просторы…
Тсс! Я напрягся, весь обратившись в слух. Так и есть, стрекот двигателя! Кто-то движется по дороге. Причем уже в той ее части, которая не защищена со всех сторон.
Идея была молниеносной, диковатой, но времени на долгие рассусоливания у меня не было.
Я присел за кочкой у дороги, готовый прыгнуть в любой момент. Сначала мимо проехали два мотоциклета. Следом грузовик, потом лоханка с тремя пассажирами, двое в форме, один в гражданском и белой повязке полицая на рукаве. Потом еще один грузовик. Поворот тут очень удобный, и если мне сейчас повезет, то замыкать колонну будет…
Есть! Мотоцикл с люлькой! И на нем — двое гавриков, которые, по идее, должны быть настороже и сохранять бдительность, а на практике — их уже разморило от долгой и тряской дороги, и думают они вовсе не о том, чтобы сканировать взглядами окружающее пространство, а про рюмку шнапса, кружку пива и жирненькие горяченькие колбаски с тушеной капустой.
И с чего я решил, что их будут колбасой с капустой кормить? Запах кухни что ли учуял? Или сам проголодался, вот и думаю с тоской про еду.
Пора!
Я резко распрямил колени, выбрасывая тело в стремительный прыжок. Хрясь! Шейные позвонки того, что в люльке сказали «досвидос» — минус один! Тот, что за рулем, успел только раззявить рот от удивления, но заорать я ему не позволил, ударом в горло отправив его в вальгаллу, или что там за загробную жизнь обещают фашистам после смерти?
Придержал руль, чтобы мотоцикл по инерции вкатился в кусты у дороги и заглушил мотор.
Замер, прислушиваясь.
Машины удалялись. Отлично. Отряд не заметил потери бойца. Это ненадолго, конечно, но сколько-то времени у меня есть. Пока колонна доедет до лагеря, пока там сообразят, что был еще один мотоцикл, пока кто-то вспомнит, что ехали на нем какие-нибудь Ганс и Фриц. Пока отправят кого-то на поиски…
В общем, какой-то запас есть.
Я откатил моцик еще подальше от дороги и выволок пассажира из люльки. Бл*ха, щупловат он что-то, его форма на мне не сойдется даже.
Тот, что рулил, был побольше, но тоже, прямо скажем, не здоровяк. Придется втянуть живот и дышать пореже, что ж…
Я начал торопливо стаскивать с мертвых фрицев форму. Зараза, сапоги! Два золушка мне попались на одном мотоцикле. На таких