Читать «Дневник. Том III. 1860-1861. Созерцательное богословие. Крупицы от трапезы Господней» онлайн

Так несомненно верь, что Бог видит тебя, как ты уверен, что видит тебя отец или другой кто, лицом к лицу с тобою стоящий, — с тою разницею, что Отец Небесный видит все, что в тебе есть, каков ты весь. Да и всех тварей — Ангелов, святых, нас, грешных, и всех животных видит разом так, как солнце разом освещает всех. Впрочем, очи Господни тмами тем крат светлейший солнца суть (Сир. 23, 27).

Когда чувствуешь в сердце присутствие врага–противника, убийцу души, тогда усиливайся делать все напротив того, чего он хочет. В этом твоя жизнь, твой покой. Бойся и на минуту согласоваться с ним, хотя и нудит к тому крепко.

От пресыщающегося пищею и питием не жди дел духа, не верь его благочестию.

Беседа Господа с Авраамом (См.: Быт. 12, 1–3, 7; 13, 14–17; 15, 13–21; 18), Исааком (См.: Быт. 26, 24), Иаковом (См.: Быт. 31, 3, 13; 32, 26–29), с Моисеем (См.: Исх. 3 и далее), с Илиею (См.: 3 Цар. 17, 2–4; 19, 9–18; 21,17–19, 29), с пророками есть образ беседы Господа со всеми верными в сердцах их; близость Господа к ним есть показание близости Его к нам: как к ним близок, так и к нам, если мы верою и добродетелию благоугождаем Ему. Со Мною ecu (Пс. 22, 4). Во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6, 56).

Живое представление пред лицом своим Господа есть источник мира и радости для души; сомнение в Его присутствии производит смущение, скорбь и тесноту. Сердечная молитва — источник покоя сердечного; бессердечная, поверхностная, невнимательная производит уязвление сердца.

Надо крепко заботиться о чистоте сердец отроческих и о нерастлениости тел их; с телом и душа страшно растлевается; любовь и почтение к ближнему угасает.

Господь даровал мне туне бесчисленные блага духовные и вещественные по одной любви Своей ко мне — как же я усумнюсь из любви к Богу и ближнему подавать требующим духовные и вещественные блага? Мы друг другу удове (Еф. 4, 25) и мои блага — блага братий моих, нуждающихся в них.

Необходимость причащения по крайней мере четырех или одного раза в год. Естество наше растлевается грехом каждый день, час, минуту. Значит, необходимо и обновлять его как можно чаще животворящими Тайнами, и непременно четыре раза или хоть однажды в год.

Хорошая одежда на грешном человеке есть ложь — она обманывает других наружностию этого человека и внушает об нем хорошее мнение. В соответствии с худостию душевной одежды — нужно носить небогатую и ненарядную плотскую одежду.

Не раздражайся и не ярись сердцем, да не свяжет тебя сатана и да не будешь, яко пес немый, не могущий лаяти (Ср.: Ис. 56, 10).

Ты почитаешь себя живым, не мертвым. А на самом деле живешь ли ты, не призрак ли ты ходящий? — Если в твоем сердце есть вера и любовь к Богу и любовь к ближнему, якоже к себе: то ты живешь; если нет: ты мертв, ты не лучше истукана. Скорее вразумись: пойми, в чем состоит наша жизнь, и начни жить истинною, человеческою, христианскою жизнию. — Собирать богатство для удовольствия есть и пить, а не для того только, чтобы утолить голод и жажду, есть самое смешное, и не только смешное, но преступное дело, детская игра в полном возрасте, ничем не извиняемая игра самим собою. Мы все жизнь обратили в детскую забаву, все извратив у Творца нашего в самих себе и поставив вверх дном; мы играем — о горе и ужас — самыми органами деторождения, этими священными органами жизни, которые Творец сделал орудиями нашего бытия и жизни; мы посмеваемся над величайшим бесценным даром жизни, мы, дерзкие твари, обессмыслевшие твари, посмеваемся Творцу своему, жизни Подателю [387], сказавшему: не прелюбодействуй (Исх. 20,14) и угрожающему прелюбодеям лишением Царствия и мучениями (См.: Откр. 21, 8; 22, 15) в огне неугасимом (Мф. 3, 12). Мы всю жизнь обратили в детскую, слепую забаву: мы изобрели разные пустые забавы, чтобы только убить бесценное время, которым повелел сильно дорожить Господь наш, когда сказал: всякое слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово в день судный (Мф. 12, 36). Бдите, якоже не весте дне ни часа, в онъже Сын Человеческий приидет (Мф. 25, 13). И святые апостолы говорящие: искупуйте время, яко дние лукави суть (Еф. 5, 16); в премудрости ходите (Кол. 4у 5)… О неразумные мы человеки, совсем объюродевшие человеки, по своей воле… что мы скажем в оправдание своему Творцу, когда придет время Страшного Суда Его? — Да, страшен поистине будет Суд: как не быть страшным Суду хотя всеблагого, долготерпеливого, но и всеправедного Господа? Когда подумаешь о делах человеческих, ныне совершающихся, то невольно скажешь сам себе: да, всеобщий Суд должен быть непременно и непременно должен быть страшный, потому что люди страшно, диавольски оскорбляют святость, благость, долготерпение и правосудие Божие. Братия мои! Обратитесь от путей ваших кривых и сотворите пути правые ногами вашими (Ср.: Евр. 12, 13).

Не введи нас во искушение (Мф. 6, 13). Искушение здесь разумеется преимущественно от диавола, когда он колеблет нашу веру, например, в вездесущие Божие, или в какое–либо таинство, или когда он возжигает в нас какую–либо страсть, например блуд, сребролюбие, скупость, зависть, ненависть, злобу. Очень трудно бывает противостоять вражиим искушениям, потому и говорится дальше: избави нас от лукаваго (Мф. 6, 13) — искусителя. Так введен был в искушение Спаситель, постившийся сорок дней (См.: Мф. 4, 1–11). Искушение Его было от диавола, а диавол искушал Его пищею (сластолюбием), славою мирскою (славолюбием) и корыстолюбием (вся Тебе дам) (Ср.: Мф. 4, 9). — Так и нас искушает.

Признак духовной жизни человека — живая вера в сердце в Бога и во все Божественное, удобовместимость всего духовного в сердце; признак плотской жизни человека — неверие и маловерие в Бога и во все Божественное, невместимость всего духовного и небесного в сердце человека: слово Мое, говорил Спаситель плотским иудеям, не вмещается в вы (Ин. 8, 37).

Что если бы не было нам даруемо предваряющей благодати Божией, если бы она не обнимала вдруг и неожиданно после содеянных грехов всего существа нашего и сама не располагала его к покаянию и слезам? Опыты (Шахов<ской>). Что если бы только усилиями собственными предоставлено было получать ее? О! Окаянные мы человеки (Ср.: Рим. 7, 24) были бы тогда: редкий–редкий кто мог бы избавиться от бремени грехов, ибо природа наша вообще ленива к трудам усильным, особенно в духовной жизни, и без помощи, без сильного облегчения и услаждения духовных трудов, отказались бы от них и бросили бы дело своего спасения. Теперь же премудрый Бог и благостный Отец то облегчит и усладит наше духовное бремя, то иногда отягчит его для нашего испытания, для научения нас терпению и изнурению своей лукавой погибельной плоти, мудро сменяя одно другим. И дело нашего спасения, благодаря Бога, всегда возможно, не слишком трудно и весьма часто приятно для нас.

Не верующим в то, как Господь Иисус Христос везде, особенно Своими Тайнами, укажем на пример. Каким образом, например, дерево — сосна есть везде, или, например, хлебные растения, например пшеница, рожь, есть и здесь и там? — И где я ни вкушаю их, везде они имеют свой вкус, совсем отличный от других плодов! Если растения некоторым образом вездесущи, то как же Господь не вездесущ? — Да, Он вездесущ, и Божеством Своим неразделяемым Он наполняет небо и землю (Ср.: Иер. 23, 24), а Телом и Кровию Своею в отдельном виде, как колосья хлеба, наполняет всю землю и всем преподается отдельными частями, — впрочем, Сам весь находясь в каждой части хлеба и вина, — как и колос есть колос — цельное растение везде. Колосья, несмотря на то что растут на разных местах, — все утверждены на одной и той же земле. Так и Тело и Кровь, где бы они ни предлагались, предлагаются о Том же Господе Иисусе Христе, Который есть, так сказать, их Ипостась, или вездесущее Основание, их Жизнь и Сила. — (Клас прозябшая, яко нива неоранная, яве. [388])

Блаженны имеющие слух сердца и внимающие им всему истинному, святому, как, например, Слову Божию, церковному чтению и песнопениям и прошениям бедных и немощных. У многих слух сердца закрыт врагом.

Когда грешная, страстная плоть будет сильно увлекать твое сердце какою–либо страстию, спеши тогда немедленно обратить сердечные очи свои на Крест, к распятому за нас Господу и говори: Иже в девятый час нас ради плотию смерть вкусивый, умертви плоти моея мудрование Христе Боже, и спаси мя. [389]

Не введи нас во искушение (Мф. 6, 13). Господь знает, как трудно переносить нашей природе искушения, и потому учит нас молиться Отцу Небесному: не введи нас во искушение. В самом деле, если бы подвергнуть искушению всех людей, не только благочестивых, которые уже время от времени испытывали искушения, научились отчасти побеждать их, но и неблагочестивых, живущих по духу века сего, — тогда страшная картина представилась бы нашим глазам: многие оказались бы пленниками сатаны, отступниками от веры, от Бога, многие впали бы в бесчисленные грехи: в блуд, прелюбодеяние, кражу, непокорство, хулу на Бога, ненависть, злобу, зависть, скупость, корыстолюбие, сребролюбие и прочие. Господь в Апокалипсисе поставляет знаком особенного благоволения к избранным Своим — то, что Он сохранит их от годины искушения, хотящия прийти на всю вселенную и искусити живущия на земли (Откр. 3, 10). Искушения обыкновенно обнаруживают, что есть в человеке, каков он, тверд или слаб в вере или благочестивом житии, или — вовсе не имеет веры и вовсе не благочестив; они показывают, что мы сами по себе часто не более как сено и солома или трость, ветром колеблемая (Ср.: Мф. 11, 7); без твердого основания жизни — веры и добродетели, как храмина, основанная на песке, которую удобно подмывают дожди, реки и ветры вражиих искушений (Ср.: Мф. 7, 26–27). — Да, трудны искушения: и сами праведники молились, чтобы Господь избавил их от всякого искушения: Господи! Избави мл от всякаго искушения! [390] — О! Избави, избави нас, Господи, от искушений врага хитрого и презлобного: горе нам, когда он затмит наш светильник и во тьме адской повлечет нас в свою волю (Ср.: 2 Тим. 2, 26); когда он разжжет седмерицею [391] стрелы свои огненные и пустит их в наше сердце и дождем или целыми реками мыслей богопротивных и богохульных или скверных будет увлекать наше сердце ко грехам один другого мрачнее и ужаснее. О! Поели, Господи, тогда руку Твою нам, грешным, во еже помощи нам (Ср.: Пс. 39, 14), — поели свет Твой (Пс. 42, 3) и разгони густой, непроницаемый мрак наших сердец, да не падем мы падением страшным, да не разобьются и не обратятся как бы во прах наша прежняя вера, наши светлые помыслы и наши дела, которые мы старались иметь и совершать ради Тебя. — Пример. Бог искушал Авраама (См.: Быт. 22, 1–14), Иова (См.: Иов, 1, 8–12; 2, 3–6) — чрез вражии нападения. Апостолов Петра, Павла — особенно Павла разными страданиями (См.: Деян. 12, 3–4; 13–28), но он победил все искушения так, что с полною истиною говорил: что ны, то есть какие искушения — разлучит от любве Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или нагота, или мечь?.. Известихся бо, яко ни смерть, ни живот… ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе (Рим. 8, 35, 38, 39). Известихся… то есть я разными искушениями, которые все блистательно выдержал, пришел к убеждению, что ничто не поколеблет моей веры и любви ко Господу, столько меня возлюбившему. А нас, братия, замечали ли вы из жизни своей, способна всякая безделица, всякое ничтожное искушение разлучить от любви к Богу и ближнему. — (Примеры из жизни.) Дождь идет: в церковь нельзя идти; вечер — на вечер идти. Окаянные мы человеки (Ср.: Рим. 7, 24)! Как нас искушать станешь, когда мы постоянно во грехах, постоянно искушаемся, от своея похоти влекомые и прельщаемые (Ср.: Иак. 1, 14)! Хотя есть настоятельная нужда искушать нас: нужда бо есть, говорит Господь, приити со блазном (Мф. 18, 7) от врага — соблазнителя и искусителя, да не похвалится (Ср.: 1 Кор. 1, 29) он, вселукавый, пред Господом! Да, весьма, весьма многие из нас оказались бы не верующими в Господа, не имеющими истинной сердечной веры в Него, истинной добродетели; многие отреклись бы от Господа и от добродетели. Потому–то Господь, зная нашу крайнюю слабость в вере, духовную немощь нашу, не посылает на нас сильных искушений, а только слабые, яко возмощи нам понести (Ср.: 1 Кор. 10, 13); и посылает искушения сильные, сильно очищающие, людям твердым и сильным в вере и благочестии, каковы мученики, каковы, например, новейшие мученики Сирии [392].