Читать «Эволюционер из трущоб. Том 12» онлайн

Доминанта «Родной крови» подсвечивала его алым, но от него остались кожа да кости. Более того, при ближайшем рассмотрении я могу сказать, что ему перерезали все сухожилия, а также разрушили ядро маны. Даже удивительно, что он всё ещё жив.

В камеру вернулся низкорослый горбатый карлик, в руках он крепко сжимал свёрток с набором скальпелей. Он улыбнулся беззубым ртом и посмотрел на Пожарского. Князь раздражённо пнул карлика в живот, вышвырнув его из камеры:

— Пошёл отсюда, выродок! Не видишь что ли, к барону Архарову гости пришли?

Карлик жалобно взвизгнул и быстро удалился. Неспеша я подошёл к обезображенному телу, осторожно схватил его за остатки волос и приподнял голову. Глаза Архарова неожиданно оказались ясными и полными презрения. Константину Игоревичу отрезали уши и нос, лицо было изуродовано и больше походило на оскалившийся череп. Но глаза по-прежнему горели бешеным огнём. Его губы медленно расплылись в хищной ухмылке, и он прохрипел:

— Зажигалка, и ты здесь? Подойди поближе, я перегрызу тебе глотку. Кхе-кхе-кхе…

Архаров закашлялся, выплюнув на мой китель сгусток крови. Я смотрел на отца, не в силах отвести взгляд от этой ужасной картины. А Пожарский за моей спиной громко расхохотался и оттеснил меня в сторону.

— Забавно то, что мать тебя ласково называла Костик, вот и остались от тебя только кости. — Пожарский врезал моему отцу оплеуху, от которой голова Архарова отлетела в сторону и безвольно повисла. — Но я здесь не для того, чтобы тебя прикончить или причинить боль. Вот этот мальчишка — сын твоего соседа, покойного графа Черчесова. Он хотел насладиться твоими страданиями. — Пожарский повернулся ко мне и нахмурился. — Чего такая морда кислая? Не рад тому, что Архаров превратился в кусок гнилого мяса?

— Скорее недоволен тем, что вы мне мешаете, — раздраженно произнёс я и оттеснил князя.

— Ха! Нахальный сопляк, — усмехнулся Пожарский и встал у стены, облокотившись на неё спиной.

Взгляд Архарова сосредоточился на моём лице. Он долго осматривал меня, пытаясь понять, какой, к чёрту, сын мог быть у Черчесова? Спустя мгновение его глаза расширились от удивления, он явно узнал меня, своего сына. Губы разомкнулись, отец попытался что-то сказать, но я, опередил его. Резко ударил его ладонью по лицу и закричал, не в силах сдержать эмоции:

— Как ты мог так поступить с моей мамой⁈ С моим родом? Думал, всё с рук сойдёт, и сможешь спрятаться тут? Чёрта с два! Тебе придётся ответить за всё, что ты сделал! За всё, слышишь⁈

Я снова поднял его голову за волосы, чувствуя, как ком подступил к горлу. Ещё немного, и скупая слеза потечёт по щеке. Архаров заглянул в мои глаза и тихо прохрипел:

— Я бы с радостью искупил грехи, но боюсь, что так и подохну в этой камере…

Пожарский громко рассмеялся, явно наслаждаясь ситуацией:

— Вы только послушайте, барон Архаров чего-то боится! Поразительно! — Ярополк Степанович зааплодировал. — Но ты прав. Сдохнешь именно здесь, без вариантов. Правда, случится это очень не скоро. Император желает, чтобы ты страдал целую вечность.

С этими словами князь приблизился к Архарову и медленно приложил ладонь к его груди. Ладонь Пожарского вспыхнула ярким пламенем, плоть Архарова задымилась и начала шкварчать, распространяя по камере тошнотворный запах жжёного мяса. Всё это время Пожарский неотрывно смотрел на меня, изучая мою реакцию. Я собрал всю свою волю и натянул на лицо жестокую улыбку:

— Позвольте мне… — произнёс я, убрав руку Ярополка Степановича в сторону.

— Давай. Выплесни накопившуюся ярость, — снисходительно произнёс князь и уступил мне место.

Я положил ладонь на лоб отца и выпустил разряд молнии. Тело Архарова выгнулось дугой, он закричал от невыносимой боли. Я прекратил пытку лишь спустя несколько секунд, а затем спокойно повернулся к выходу, бросив через плечо:

— Отдых закончился, ублюдок. Настало время платить по счетам.

Рядом с дверью камеры уже стоял горбатый карлик, готовясь продолжить пытки. Я холодно посмотрел на него и отдал приказ, который он вряд ли понял:

— Приступай к работе, уродец.

Карлик поспешно метнулся внутрь камеры, а я вышел в коридор, направляясь к лифту. Пожарский быстрым шагом догнал меня и продолжил трепаться:

— А ты, Михаил Даниилович, к сожалению, не так жесток, как я думал. Жаль. Возможно, наша с тобой битва так и не станет легендарной! А на моём счету просто прибавится ещё один покойник.

— Не ройте другому могилу. Можете сами в неё угодить, — жестко ответил я, так как измученное лицо отца до сих пор стояло у меня перед глазами.

— Ха-ха-ха! Вот! Это уже что-то! А то я уже начал думать, что ты травоядный. Ан нет. Клыки всё же имеются. Ну ничего. Однажды я их обломаю, — хищно произнёс Пожарский, входя следом за мной в лифт.

Створки дверей медленно закрылись за нами, заглушая слабый стон моего настоящего отца. Ну что тут скажешь? Страдай, чёртов старпёр. Страдай, но не смей подыхать. Как только я разберусь с Пиковой Дамой, я обязательно тебя вытащу и тогда начнётся игра по-крупному.

Поднявшись наверх, мы снова прошли через всё ещё открытый портал и очутились на свежем воздухе. Пожарский хрустнул шеей, размял плечи и спросил:

— Может, лёгкий спарринг?

— Не сегодня. Нам потребуются силы для вторжения на территорию Китая. Любая травма может стоить жизни не только мне или вам, но и всей группе.

— Михаил, ты всё воспринимаешь слишком серьёзно. Нужно относиться к жизни проще, — насмешливо произнёс он и на мгновение стал серьёзен. — За свою жизнь я потерял столько друзей и близких, что уже даже не вспомню их лиц. В конечном итоге важна лишь сила. Либо ты способен защитить то, что дорого, либо нет.

На его лице промелькнула печаль, которую князь тут же спрятал за злобной улыбкой.

— А отказываясь от сражений, ты точно никого не защитишь, — завершил он свою мысль и уставился на меня. — Кстати, Император велел бросить твоих людей на передовую. Будут отвлекать внимание на себя. Скорее всего, они все подохнут, но это ведь небольшая потеря во имя победы. Верно я говорю?

— С какой это стати? Генерал Вяземский обещал, что отправит моих ребят в тыл. Я не брошу своих бойцов на произвол судьбы.

Пожарский поднял бровь и развёл руками.

— Вяземский подчиняется Императору. И если Иван Васильевич приказал, то у генерала не остаётся другого выбора, кроме как