Читать «Что за девушка» онлайн

схватил, я хочу сказать.

Но он брал меня за локоть медленно, осторожно. Он специально сделал так, чтобы это выглядело ласково, чтобы все увидели хорошего парня. Я кручу на запястье браслет Майка. Он подарил его мне, но я никогда не считала его своим.

— Мы должны пойти, — говорит Джуни. — Разве не за этим мы устраиваем акцию в воскресенье? Не за тем, чтобы ты могла находиться, где хочешь, не думая о нем?

Я отмечаю, что, когда Джуни о чем-то очень переживает, в ее речи гораздо реже появляется это ее «я хочу сказать». Может, ей нужно разгорячиться, чтобы забыть о страхе кого-то обидеть. Может, потому что она говорит так уверенно, мне больше не хочется плакать.

Я говорю:

— Да, ты права. Мы пойдем.

ДЖУНИ

Не могу сказать, что у меня не промелькнула мысль залезть в шкафчик в одной из многих ванных комнат Хайрама в поисках таких же таблеток, как те, которые остались в моем рюкзаке на парковке. Мне бы пригодилось чувство ложной уверенности, потому что, хоть Хайрам и сказал, что это его дом, ощущение все равно такое, будто мы сюда вломились. Насколько я могла судить — по крайней мере, по гостиной и кухне, где мы провели большую часть вечера, — не было никаких следов того, что Хайрам тут живет. Никакой грязной посуды в раковине после завтрака. Никаких детских фотографий на каминной полке. Вместо стопки дров в камине ряд больших, идеально круглых черных камней. (Видимо, это декоративный камин. Или арт-объект. Или архитектурный арт-объект.) На стенах никаких картин, только гигантские окна с видом на залив, как будто тот, кто проектировал комнату, сказал, что картины на стене будут отвлекать от вида. Такие помещения изображают в маминых журналах о дизайне интерьера, которые она читает, как другие читают модный глянец — с легким чувством стыда, потому что знает, что папа считает их легкомысленными.

Оглядывая этот пустой дом, я думаю, что, может, Хайрам ответил на мое сообщение и так рано приехал в школу, потому что ему было одиноко. Иначе зачем ему меня покрывать? До вчерашнего дня мы с ним вообще ни разу не разговаривали. Люди обычно не помогают просто так, стоит только попросить, верно? (А в случае прикрытия перед Майей мне даже просить не пришлось.)

Так вот. Я не хочу сказать, что не была бы рада снова почувствовать себя так же, как утром. Я могла бы попросить у Хайрама еще таблеток, но тогда Майя точно поняла бы, что происходит.

Я так нервничала, когда рассказывала ей про Тесс. Была уверена, что Майя думает, будто Тесс правильно сделала, что порвала с такой психичкой, как я (конечно, она считает меня психичкой после того, как узнала, что я режусь), но потом вспомнила, что она рассказала мне про булимию. А потом вспомнила, как доктор Крейтер говорила, что люди думают о тебе гораздо меньше, чем тебе кажется, и поняла, что Майя, скорее всего, думала о своих отношениях, о Майке, и от этого мне стало стыдно за то, что я решила, будто она вообще будет думать о моем разрыве с Тесс — обычном (хоть я и сгорала со стыда) разрыве, но никак не сравнимом с тем, через что проходит Майя. А от этого мне снова стало стыдно и тревожно, так что совет доктора Крейтер меня подвел. Так вот, как бы это ни было соблазнительно, я не собиралась рыскать в ванной Хайрама. Что, если я найду не ту таблетку и тревога не уменьшится, а наоборот?

Но тут у меня родилась идея вломиться на «Большую ночь», и стало легче. Строго говоря, мы не будем вламываться, потому что приглашена вся школа, но нельзя сказать, что Кайл очень обрадуется Майе. Он один из лучших друзей Майка. К тому же туда придут все участники соревнований. Они не останутся надолго и не будут пить — им нужно как следует отдохнуть перед забегом, — но на «Большой ночи» обязательно появятся. А это значит, что Тесс тоже будет там, но я иду не ради нее. Я иду для того, чтобы поддержать свою подругу. Как лучше показать Майку, что не ему решать, куда и с кем ходить Майе, если не заявиться к его другу, как к себе домой?

По дороге от Хайрама Майя возится с радио, переключаясь с одной станции классического рока на другую. Я и не знала, что ей нравится такая музыка, но она подпевает, как будто слышала каждую песню по миллиону раз. А я пытаюсь вспомнить, где моя зелено-серая футболка с разорванным рукавом, не отдала ли я ее маме, когда она в последний раз собирала вещи на благотворительность. Хотя, может, лучше надеть розовую — мы и на воскресную акцию придем в розовом. Нет! Лучше надену тот топик, который Майя одалживала у меня на День святого Валентина; хотя нет, может, лучше пусть Майя его и наденет. Я собираюсь уже спросить, не хочет ли она его одолжить снова, когда Хайрам останавливается у моего дома и объявляет:

— Доставка до двери.

Я удивлена, что он отвез меня первой, потому что дом Майи находится где-то между его домом и моим, но, может, Хайрам просто об этом не подумал — он знает адрес Майи не лучше, чем мой (я назвала его, садясь в машину). С другой стороны, он же предлагал отвезти Майю до того, как мы отправились на пляж, так что, может, он в курсе, где она живет.

* * *

Я вхожу и вижу родителей за кухонным столом, а это дурной знак. Сейчас довольно поздно, обычно в это время они уже в постели, ну или только ложатся, но сейчас мама с папой одеты и повсюду горит свет.

— Сперва скажи, — начинает мама, — с тобой все хорошо?

— Все нормально, — быстро отвечаю я.

— А с Майей?

Наверное, мама увидела Майю в машине Хайрама.

— Тоже.

— А кто тебя привез?

— Парень из школы. Хайрам, — добавляю я, чтобы мама не подумала, что я что-то скрываю. Ей нравится думать, что она знает всех в Норт-Бэй, но она не знакома с Хайрамом, и я раньше никогда о нем не упоминала. — Мы недавно подружились, ты его не знаешь.

Может, это перебор информации, но сложно не говорить, когда нервничаешь.

— Понятно. — Мама глубоко вздыхает. — Ты хоть представляешь, как мы волновались?

— Простите меня, — начинаю я, но мама поднимает руку:

— Ты не только прогуляла уроки…

— Я не могла оставить Майю…

— Ты