Читать «Лабиринты чувств» онлайн
Татьяна Артемьевна Дубровина
Страница 69 из 90
Пожалуй, если бегом, то на метро она еще успеет. Такси лучше взять на обратную дорогу. Наверное, ей будет трудно ходить…
А может, не брать Довлатова? Для такого чтения не совсем подходящая обстановка. Лучше купить в переходе любовный роман…
Ну да! Еще лучше! Придумала! Только и читать после этого о любви… Да еще с хеппи-эндом… И завидовать, что у кого-то все о’кей, а только у тебя не так, как у людей.
Нет уж, пусть останется Довлатов…
Юлька глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Круги под глазами, лицо бледное, даже серое, словно она постарела лет на двадцать… А щеки набрякли, отекли… И губы бескровные, тонкие, как ниточки…
Нельзя идти туда в таком виде! Надо себя хоть немного уважать.
Вот, валяется на столе старая Ольгина косметичка. Чуть-чуть макияжа женщине не повредит в любом случае… Особенно в этом случае…
Ну кто из несущихся спозаранок на работу москвичей мог бы догадаться, куда так торопится эта девушка?
А Юльке казалось, что все мужчины смотрят на нее понимающе, а все женщины осуждающе… Особенно те, кто с детьми…
Она демонстративно уставилась на свое отражение в дверном стекле и повторяла про себя: «Я еду по дедам… На работу… Как все…»
Как все. Не одна она сегодня спешит «по своим делам».
Вон сколько записей в толстом кондуите… Много женщин едут туда же. Не одна она такая…
Быстрым деловым шагом Юлька шла по улице, ведущей к старому обшарпанному зданию роддома.
Даже место для этого выбрали какое-то… кощунственное… Роддом… Словно в насмешку…
Вон впереди какая-то женщина оглянулась, помедлила… и скрылась в боковой двери.
А вот и следующая… Ее провожает мужчина. Целует на прощание…
Поцелуй Иуды! Какой заботливый… Вот сам бы туда и пошел!
Если бы Квентин поцеловал ее перед этим, Юлька бы изо всех сил влепила ему пощечину…
Не сметь о нем думать! Хватит… нацеловались…
Ой, что-то ноги стали как ватные. Совсем не идут… И противно урчит в животе от страха…
Она сейчас упадет… Голова закружилась.
Кирпичики, кирпичики… окна, окна… цветы на клумбе… и птички щебечут так беззаботно…
Надо преодолеть всего несколько шагов… Последних…
Юлька вцепилась в ручку старой массивной двери. Навалилась всем телом. Не поддается…
— На себя надо, девушка, — отстранила ее разбитная бабенка с таким же, как у Юльки, пакетом и привычно потянула на себя скрипучую дверь…
Говорят, на миру и смерть красна…
Рядом с уверенной бабенкой Юльке сразу стало легче, словно сил прибавилось. И она пошла вслед за ней по узкому темному коридору.
Они успели как раз вовремя. Строгая фельдшерица в зеленом халате проверяла женщин по списку.
— Синичкина! — выкрикнула она. — Вместо Мазуровой. Есть Синичкина? Нет? Вычеркиваю…
— Меня запишите! — тут же выскочила вперед разбитная бабенка.
— Я здесь, — сказала Юлька. — Я Синичкина.
А бабенка просто испепелила ее взглядом. Пожалела, видно, что помогла справиться с дверью. Пусть бы колупалась там Синичкина. Пока бы доползла, а местечка-то и нет! Кто не успел — тот опоздал.
— За мной, — скомандовала фельдшерица и пошла дальше по длинному коридору.
Женщины гуськом двинулись за ней.
— Переодеваться здесь, — велела она, заведя их в просторную комнату. — Одежду сдать кастелянше.
Все распределились по стульям и стали торопливо стягивать с себя одежду.
Юлька тоже надела ночнушку, халат, натянула носки, сунула ноги в тапочки. И сразу почувствовала себя бедной сироткой…
Из-под короткого халатика торчит длинный подол с нелепыми горошинами. А носочки с Микки-Маусом eщe нелепее смотрятся на худых голых ногах… И уютный домашний помпон на тапках выглядит здесь просто дико…
— Часы, золото снять, — велела старенькая кастелянша. — Если кто с собой возьмет что-то ценное, имейте в виду мы ответственность не несем.
Юлька хотела сказать про пейджер, но смолчала. А вдруг велят оставить?
— Женщины, в процедурную. Потом на осмотр, — oглядев нестройную шеренгу, велела фельдшерица.
Юлька не смотрела на своих товарок по несчастью. Пока они замешкались, она вышла вперед и шагнула в процедурку первой.
И перед врачом она тоже оказалась раньше всех.
О Господи… опять надо отвечать на кучу унизительных вопросов.
— Сколько лет?
— Двадцать пять.
— Беременность первая?
— Да.
— Так тебе рожать пора.
И что это все так любят совать свой нос в чужие дела? На все случаи у них готовые советы…
— Место работы?
— Я журналистка.
— Я спрашиваю не профессию, а где работаешь.
— Везде.
— Так не бывает.
— По договору.
— А… понятно… вольная птичка…
И нее-то им понятно! Какие понимающие!
— Замужем?
— Нет.
— Ясно.
Ну, хоть здесь обошлись без уточняющих вопросов…
— Хронические болезни? Аллергия? Давай руку, измерим давление…
Интересно, у них стиль такой, со всеми общаться на «ты»? Или это только Юльку они не удостаивают более вежливого обращения?
— Поставь градусник. Какая температура? Нормальная? Все. Свободна. Следующий.
Юлька встала из-за стола, шагнула к двери…
И тут в ее пакете запищало надрывно и требовательно… Пейджер!
Сердце ухнуло вниз и остановилось. Замерло в ожидании… Вот оно — чудо!
Квентин приехал! Успел в последний момент! Выдернул ее из этого кошмара!
Ей больше не надо никуда идти! Все отменяется! Сейчас она снимет этот сиротский халат, переоденется и помчится к нему…
Кончились страхи, мучения, метания… Конец сомнениям… Все опять будет, как прежде…
Юлька счастливо улыбнулась… даже рассмеялась… И достала из пакета пейджер.
— Это еще что? — напустилась на нее нянечка. — Сказали же: не положено!
Но Юлька не обратила на нее внимания. Она быстро нажала кнопочку, и на экране высветились строчки сообщения: «Синичкина, позвони шефу насчет эфира. Костя».
Улыбка сползла с лица… Только кривая глуповатая усмешка застыла на губах.
Мир опять рухнул вниз, и померкли краски. Остался только жуткий, грязно-зеленый цвет. Цвет масляной краски, которой были выкрашены стены…
Как тяжело расставаться с последней надеждой… Словно поманили чем-то несбыточным, посулили золотые горы, а потом внезапно обманули…
— Дай сюда! — выхватила у нее пейджер нянечка. — Будешь там людей беспокоить! Небось не одна в палате, женщинам отдыхать надо…
— Не буду, — сказала Юлька. — Я его отключу. Это по работе…
Но нянька, как изъятую с места преступления улику, сунула пейджер врачу.
— Эфир… Это что?
— Телевидение, — безучастно ответила Юлька.
— Так звони.
Все-таки магически действует на людей одно упоминание о ТВ…
Юлька машинально набрала номер:
— Андрей Васильевич? Уже прошло по «Орбите? Звонили? Спасибо…
Шеф проглотил обиду и теперь искрение поздравлял. Владивостокцы уже отсмотрели Юлькину передачу и были в полном восторге, начальство тоже…
Но это Юльку ни капельки не трогало…
— Почему? Я