Читать «Еще один реальный способ улучшить нашу жизнь» онлайн

медленно сползшего возле Ирининого стола шефа.

Скорая не понадобилась. Минуты не прошло, господин Серебрянский утвердился на ногах, лязгая зубами о стакан, выпил предложенную ему воду и, тяжело ступая, направился на выход из офиса.

Лишь отчаянный вопль Лидочки разнесся ему во след:

— Вячеслав Михайлович! А нам-то что делать? — Но и он остался без ответа. Только махнул, не оборачиваясь, рукой в пространство и ушел.

А ведь реально очень даже своевременный вопрос! Начало недели, новые клиенты с их заказами по конкретным исполнителям не распределены. Кому и чем тут заниматься? Раньше бы Ирина уже в священный ужас от такого грубого попрания устоев их конторы впала, а тут лишь сидела себе на стуле и чему-то тихонько улыбалась.

Глава 6

День уже решительно на вторую половину перевалил, в небольшом, с любовью и уютом обставленном зале ресторана, что ввиду своего расположения при гостинице «Центральной» тоже носил одноименное с гостиницей наименование, было жарко. Кондиционеры с навалившейся на город жарой банально не справлялись. Да еще близость кухни с ее электроплитами. Жарко и душно! Немногочисленная в это время дня публика, в основном, налегала на напитки, которые хоть и назывались горячительными, их жажду все-таки утоляли. Молодая, ослепительно красивая парочка, недавно вошедшая, и устроившаяся за столиком у стеночки, во все глаза разглядывала небольшую группку людей, в эту самую минуту входившую в зал ресторана.

— Ну, вот, пятнадцать-сорок семь, и продюсер Бабудзе тут как тут. — Негромко объявил парень внешностью очень сильно похожий на одного известного латиноамериканского актера, демонстрируя соответствующее расположение стрелок часов своей спутнице. — У нас все точно, прекрасная сеньорита, как в аптеке. Не сомневайтесь, и все остальное тоже пройдет по тщательно отработанному плану.

— Я уже давно поняла, что ваша фирма веников не вяжет. — Нервно хихикнула Авива, позвольте в последний раз так ее называть, пока она окончательно не зазвездилась и не взяла себе звучный сценический псевдоним.

— Обижаете, божественное создание, — тоже, как-то по-доброму, улыбнулся красавец-мужчина. — Если надо, то и веники мы тоже вяжем. Но исключительно самые лучшие, фирменные. Если лучшие — то лучшие во всем!

Вошедшая в ресторан компашка упитанных, холенных мужчин возрастом, все, как один, перевалившие за полувековой юбилей, между тем, переговариваясь о чем-то своем, расселась за столом и сделала заказ подошедшему официанту.

— Нужно подождать еще минут пятнадцать — двадцать. Пусть сначала наедятся. Как там у вас говорится…? Пустое брюхо к искусству глухо. И вообще, попробуйте, прекрасная донна, вот это полусухое аргентинское вино. Оно чудо, как замечательно сочетается со сладким виноградом. Кухня тут, по сравнению с вашей готовкой, конечно, сильно подкачала, но фрукты-то, они и в Африке — фрукты.

Готовящаяся к первому в своей жизни выступлению со сцены девушка послушно отпила глоток из своего бокала, отщипнула с кисти и закинула в рот пару крупных налитых соком ягод. Мир временно сузился для нее до одного единственного лица напротив. А Пак, тем временем, просто таки разливался соловьем, пытаясь отвлечь симпатичную ему девушку от одолевавшего ее волнения.

— Жаль, что нынче не в ходу ирландские саги. Вот где энергия действия, вот где экспрессия! А сколько драматизма в перечислении особенностей родственных уз зарезанных врагов и количества голов украденного скота!

— Украденного скота…? — Спутница природного духа на краткий миг отвлеклась от своих переживаний, озадаченная странной темой эпических произведений.

— Да, знаешь, у древних ирландцев в их сагах очень четко очерчен круг пристойных для исполнения тем. — Незаметно перешел на «ты» озорной дух. — Похищения скота, битвы, разрушения, резня, набеги — для развлечения мужчин. А для их жен и дочерей — сватовства, акты зачатия и рождения детей. Причем, каждого бычка, каждую разбитую голову врага надо было перечислить поименно с описанием всех его основных достоинств и недостатков.

— Представляю, с какими подробностями раскрывались темы для прекрасных дев, особенно акты зачатия. — Захихикала слегка раскрасневшаяся от вина девушка.

— А то! В этом-то и был самый смак. Помню, как-то раз, я убедил Индульфа, младшего сына эрла Сторре пробраться на женскую половину, послушать женскую часть их саг, а он от их фривольных песенок настолько возбудился, что…

За столь необычными разговорами у начинающей певицы куда-то пропало всякое волнение. Более того, в голову закралась крамольная мысль вот прямо тут взять, да и поцеловать своего прекрасного принца, пока тот находится в пределах ее досягаемости… а дальше будь, что будет! Тем неожиданней стали его последующие слова:

— Пора! Клиент наелся от пуза и полностью созрел для восприятия прекрасного. — И Пак, поднявшись из-за стола, галантно подал ей руку, чтобы отвести на сцену, а вместе с тем и в новую, блистательную жизнь. Почему же так грустно стало на девичьей душе?

Василий Бабудзе, действительно осоловев от еды и выпивки, лениво смотрел, как на сцену поднимается очередная «певичка ротом» из публики. Ее спутник, тем временем, что-то втолковывал музыкантам, раздавая им листки партитуры. Ну-ну… послушаем местное дарование….

Звонкий сильный голос с легкой хрипотцой разнесся под сводами зала, разом прекращая там все ведущиеся разговоры:

Не плачь,

Еще одна осталась ночь у нас с тобой.

Еще один раз прошепчу тебе: «Ты мой».

Еще один последний раз твои глаза

В мои посмотрят и слеза

вдруг упадет на руку мне, а завтра я

Одна останусь без тебя…

Но ты не плачь…

Очарованные слушатели не замечали, как голос, в самом начале исполнения обычный, человеческий, пусть и сильный и чистый, с развитием истории о трагичной любви набирал мощь и какое-то нечеловеческое очарование. На глазах не только дам, но и их кавалеров, заблестели крупные слезы.

— Василий Шотович! — Не скрывая охватившего его волнения, едва отзвучали последние слова песни, обратился к продюсеру один из его сегодняшних спутников, известный в стране бизнесмен и предприниматель, номер восемнадцатый из российского раздела журнала Форбс, Сергей Львович Петров, приехавший в Иганск с целью заключения крупного контракта на поставку строительной техники. — Эта девушка — огромный талант! Ей на центральных аренах надо выступать, прославляя нашу страну. Поспособствуйте, а, я христом богом вас умоляю?

— Одна, пусть даже талантливо исполненная песня, еще совсем не показатель, уважаемый Сергей Львович. — Вальяжно, с видом эксперта, разъясняющего новичку прописные истины начал отбрехиваться маститый продюсер. Ну, не разъяснять же технарю основы менеджмента в сфере развлечений, где все имеющиеся в наличии места давно заполнены «нужными» людьми, а новых мест взять просто неоткуда. Тесно там, понимаешь… Но, заметив, как недовольно вскинулся собеседник, поспешил выдвинуть компромисс. А то еще ринется всеми своими бешеными миллиардами эту плаксивую звездочку спонсировать. При достаточном финансировании не только спутники можно на орбиту выводить. Ни к чему плодить на ровном месте возможных конкуренток. Потому Василий Бабудзе примирительно произнес: — Но хорошо, я попрошу ее исполнить еще одну песню.

Молодая певица еще стояла замершая на сцене, не в силах унять хлынувшие из глаз эмоциональные слезы, когда известный на всю страну грузин — продюсер лично к ней обратился:

— Милочка! Вы неплохо исполнили эту старую песню. Не могли бы спеть для нас еще одну? Кое-кто за нашим столом считает, что у вас определенно имеется талант.

Авива чуть было снова не задала свой вчерашний почти детский вопрос: «А что петь-то?», но взглянула на своего любимого «Энрике» и сразу все сомнения и тревоги отлетели куда-то прочь. Столько теплоты и поддержки было во взгляде Пака.

— Хорошо, я спою. — Просто сказала она и оглянулась в сторону музыкантов. Наверняка, этот ее кудесник уже предвидел данную просьбу Василия Бабудзе и заранее обо всем позаботился. И как так получается у Пака все предвидеть? Музыканты, в самом деле, не подвели. Еще одна до боли щемящая мелодия разнеслась по залу:

Я начал жизнь в трущобах городских

И добрых слов я не слыхал.

Когда ласкали вы детей своих,

Я есть просил, я замерзал.

Вы, увидав меня, не прячьте взгляд.

Ведь я ни в чем, ни в чем не виноват.

За что вы бросили меня? За что?

Где мой очаг? Где мой ночлег?

Не признаете вы мое родство,

А я ваш брат, я человек.

Вы вечно