Читать «Первый русский генерал Венедикт Змеёв. Начало российской регулярной армии» онлайн

свидетельству генерала Гордона, он увидел царя Петра 21 февраля, когда «в исповедный вторник стреляли из пушек и устроили фейерверк перед младшим царем в Воскресенском»703. 17 апреля Гордон был «у рук обоих царей»704. 29 июня Гордон сообщает о богослужении в главной церкви «на именины младшего царя», т. е. Петра, и тогда «все бояре и начальные особы получили водку от Его Величества и бокал вина от вдовствующей царевны, его матери»705. Но из данной записи трудно понять: были ли сам Гордон на этом богослужении и входил ли он в число «начальствующих особ». Впрочем, это несущественно: так или иначе, такого рода встречи с царем Петром вовсе не означали установление близких личных отношений Гордона с царем. А.В. Шишов, ссылаясь на текст «Дневника» генерала Гордона, утверждает, что 16-летний царь Петр посетил дом Патрика Гордона в Немецкой слободе 17 сентября 1688 г., и после этого Петр стал в доме генерала частым гостем706. Однако в «Дневнике» генерала 17 сентября 1688 г. отмечено следующее: «После полудня, когда младший царь ехал из Преображенского, я встретил Его В. и имел честь целовать его руку, а он осведомился о моем здравии»707. Это событие можно считать личным знакомством генерала с царем Петром, но далее, вплоть до переворота в сентябре 1689 г., никакие личные контакты Гордона с царем более не упоминаются в его «Дневнике». Если бы таковые имели место, то генерал, несомненно, обязательно бы отметил их в своих записях и уж, конечно же, сделал это, если бы царь Петр посетил дом Гордона в Немецкой слободе.

Существует мнение, что одним из тех, кто способствовал знакомству генерала Гордона с царем Петром и сложившимся вскоре между ними доверительным, приятельским отношениям, был один из старых друзей и земляков Гордона, его дальний родственник генерал-майор Пол Мензис. Но таковых свидетельств, в том числе в «Дневнике» Гордона, не имеется. Тем более что Мензис в эти годы нес службу в Смоленске. Скорее, карьере самого Мензиса мог способствовать Гордон.

Однако опосредованные контакты, скажем так, сугубо служебного характера между генералом Гордоном, как командиром 2-го Московского выборного полка солдатского строя, и царем Петром обозначились с начала сентября 1688 г.

«2 сентября (1688 г.), – записал Гордон, – …8 человек из солдат взяты в потешные конюхи к младшему царю»708. Однако в записи этой примечательно то, что Гордон впервые упоминает «царских потешных» и называет их «потешные конюхи». Примечательно и то, что в состав «потешного полка» царя Петра взяты 8 настоящих, хорошо обученных солдат из Бутырского (самого лучшего 2-го Московского выборного солдатского) полка. Примечательно и то, что Гордон, как Шакловитый, называет «потешный полк» Петра «потешными конюхами». Это прозвание, именно то, каким именовали в 1688 г. «потешных» царя, очевидно, указывало на их первоначальный состав и источники формирования «потешного полка» – «дворцовые конюхи» для царских «военных потех». Так, фактически 2 сентября 1688 г. можно констатировать начало именно «потешного войска» или «потешного полка», как более или менее серьезной вооруженной силы, личный состав которого начали обучать военному делу. В этом направлении царь Петр с этого времени начал действовать весьма активно. Ведь действительно, чтобы превратить «потешных конюхов» в воинскую часть, хотя бы «потешную», необходимо было обучить ее личный состав. Поэтому лишь с того времени, как началось это обучение, можно считать и начало этого пусть «потешного», но уже вполне вызывающего опасение войска. Со стороны это могло восприниматься так, будто царь Петр готовится к каким-то враждебным силовым действиям. И эта подготовка продолжалась.

Так, «7 сентября, – в дневнике Гордона другая запись, – …Царь Петр Алексеевич прислал нарочного за 5 флейщиками и 5 барабанщиками моего регимента – боярин князь Василий Васильевич очень рассердился, что они были отправлены без его ведома; прислано также за юными барабанщиками, и 5 отправлены в немецких мундирах. Царь повелел выдать каждому из флейщиков и барабанщиков по рублю и сукно на одежду»709. Таким образом, еще 10 солдат Бутырского солдатского полка (музыканты) были зачислены в «потешные конюхи».

«8 сентября. Царь снова послал к боярину710 за флейщиками и барабанщиками, коих тот весьма неохотно приказал отправить с капитаном»711. Следует обратить внимание на то, что царь Петр, видимо учитывая недовольство, выраженное В.В. Голицыным (как официальным главой военных ведомств), не обращался непосредственно к командиру полка, а действовал через более высокое начальство.

Следующая запись датируется 23 сентября 1688 г. «Младший царь, записал генерал, – послал за пьяным стряпчим Анкудином и расспрашивал его, у кого больше почет и жалованье – у сержантов или ротных писарей, и еще о кое-каких мелочах; сие не было хорошо воспринято другой партией»712. Эта запись может служить свидетельством, что до 23 сентября 1688 г. царь Петр еще недостаточно хорошо разбирался в должностной иерархии и обязанностях внутриполкового комсостава «регулярных войск». При этом никаких личных контактов Гордона с царем Петром, за исключением случайной встречи 17 сентября, в 1688 г. пока не было.

18 октября 1688 г. Гордон вновь отметил косвенным образом «военные потехи» царя Петра. «Прислано за шестью солдатами для Преображенского», – записал он713. Иными словами, к ранее переданным царю Петру 18 солдатам-бутырцам добавились еще 6. Всего, таким образом, в составе «потешных конюхов» во второй половине октября 1688 г. оказалось уже 24 «регулярных» солдата.

13 ноября 1688 г. Гордон сделал очередную запись в дневнике, касающуюся «потешных конюхов» царя Петра. «Все барабанщики моего полка вызваны царем Петром Алексеевичем, – записал он, – и 10 отобраны в так называемые конюхи»714. Итак, в «потешном полку» царя было уже 34 бутырских солдата. Принцип формирования нового регулярного полка был прежним, как ранее формировался 1-й Московский выборный солдатский полк А.А. Шепелева в 1656–1657 гг., когда из 1-го Московского рейтарского полка В.А. Змеёва и из других рейтарских полков, а также из солдатских полков переводили группы военнослужащих в формирующийся отборный солдатский полк. По такому же принципу формировался и 2-й Московский выборный солдатский полк (будущий Бутырский Кровкова, затем Гордона).

Отмечая большой интерес царя Петра к военным «потехам», А.А. Матвеев отмечал, что «того ради его царское величество повелел набрать из разных чинов людей молодых и учить их пехотному и конному упражнению во всем строю, а с некоторыми и сам повсевременным там обучениям и трудами своими как российских, так и окрестных государств военным наукам и хитростям преизрядно изучася уже навык»715. Следует обратить внимание на то, что, по свидетельству Матвеева, все эти рядовые «потешные» были «из разных чинов». Другое примечательное место из цитированного фрагмента – это указание на то, что этих «потешных» учили «пехотному и конному упражнению», т. е. традиция подготовки войск «регулярного строя» сохранялась