Читать «Чайная буря» онлайн

Хафса Файзал

Страница 69 из 81

не расхохоталась. Она ведь почти поддалась бушевавшей внутри жажде уничтожения. Она устала превозмогать. Устала предугадывать неурядицы, что поджидали впереди.

Пистолет лежал на тумбочке у кровати. Арти убрала его в кобуру – вернула частичку себя на место – и усилием воли вылезла из постели. Нужно было проведать Джина и ребят. Однако чувствовала она себя зверем, который мечется в клетке. Что-то пробивало себе путь наружу, молило об освобождении.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Из горла вырвался всхлип, который лишил ее последней капли воли; Арти упала на колени на ковер посреди комнаты.

Из этой схватки с Овном она вышла проигравшей.

Она потеряла свой дом, свою жизнь и, что было хуже всего, все самообладание, которое так тщательно в себе взращивала.

Едва различимый шорох выдернул ее из мыслей. Внимание Арти привлекло какое-то белое пятно – белая орхидея в знак тоски по кому-то. Еще недавно ее здесь не было. К ней приближалась какая-то фигура – силуэт на фоне штор. Арти узнала его черты, знакомый запах обострил ее чувства.

– Лаит.

Это не могло быть правдой – он не мог остаться в живых. Да еще и разгуливать не где-то, а по Атерею.

– Арти.

Он произнес ее имя с печальным вздохом и ступил в круг света, что отбрасывала лампа. Арти поежилась от нетерпения и тут же стиснула зубы.

Это и правда был он.

– Ты… ты жив.

Ей следовало бы попросить у него прощения, но слова не шли. Арти едва хватало сил складно мыслить.

Вместо слов у нее вырвался нервный смешок.

– Ты пришел сюда, чтобы убить меня, да? За то, как я с тобой поступила.

Лаит обвел взглядом ее тело и шагнул вперед.

– Да если бы. Я презирал тебя, Арти. Ненавидел за то, что ты разбила мне сердце, – пока не понял, как сильно тебя жажду. И я знаю, что ты жаждешь меня не меньше.

Так и есть, вдруг поняла Арти. Она думала о нем постоянно – и когда узнала правду о книге учета Овна, и когда пламя уничтожало «Дрейф».

– И я понимаю, почему ты так поступила, – сказал Лаит. – Я был недостаточно откровенен. И приношу за это извинения.

Слишком быстро выплеснулись из него эти слова. Слишком быстро он ее простил. Эх, если бы только Арти могла ясно мыслить. Она упускала какую-то деталь, и чтобы картинка в ее голове сложилась, ей лишь нужно было перемешать все кусочки мозаики, которую являл собой Лаит.

– Я слышал про «Дрейф».

– Его больше нет, – сказала Арти, и голос ее подвел.

– Знаю, – ласково ответил Лаит, слишком спокойный в сравнении с тем, что творилось у нее внутри. – Я знаю. Сочувствую.

– Остальные…

– В безопасности, – сказал он. – Твоя команда в доме на Имперской площади. И Джин, и Флик, и Маттео. Правду про книгу учета я тоже узнал. И могу уверенно подтвердить: больше я на Овна не работаю.

Арти перевела взгляд на его нагрудный карман. Разумеется, нашивки Рогатой Стражи на его одежде больше не было.

– Почему ты не отпустишь прошлое? – вдруг спросила она. Слова сами слетели с языка. – Зачем жить ради мертвых, когда у тебя есть собственная жизнь?

Лаит пораженно замер.

– С прошлым невозможно проститься.

Да, это так. Только смерть могла бы отсечь Арти от прошлого.

– Но можно простить за него себя?

– Мое сердце томится по покою, которого мне, возможно, никогда не познать, – сказал Лаит. – И покуда я его не обрету, я не могу жить иначе.

– Принцип талиона, – пробормотала Арти. Она понимала, какой покой имеет в виду Лаит, пусть даже сама воспринимала его как рану в собственной груди, как дыру, которую ей никогда не заполнить. – Сколько можно жить с жаждой мщения?

– Вечность. Пока виновным не воздастся по заслугам, пока не восторжествует справедливость.

Мысли перетекали одна в другую. Ей нужно было впихнуть истерзанное тело обратно в костюм и стать прежней собой. Голод затмевал все.

Одежды Лаита зашелестели во тьме, а потом Арти ощутила его призрачные пальцы у себя на лице – он потянул вверх ее подбородок. Медленно, выжидая, не отпрянет ли она. Когда свет, что лился в щель между шторами, омыл его руки золотом, Арти застыла. Свет прильнул к изящному изгибу скул Лаита – Арти не могла отвести от него глаз. Лаит заправил выпавшую прядь волос ей за ухо, и его взгляд сопровождал этот жест, как хищник, который выслеживает жертву.

Он придвинулся ближе, и Арти, сама того не сознавая, зачем-то запрокинула голову.

– Если кто-то и способен вытерпеть вечность, так это ты.

Его дыхание еле ощутимо коснулось ее кожи, и Арти поняла, что еще немного – и она сдастся. Лаит провел пальцем по ее губе, и голод усилился в сто крат. Она желала буйствовать и уничтожать. Желала и не могла себя больше сдерживать.

– Я знаю, кто ты такая, Арти, – прошептал Лаит. В его голосе едва заметно проступило волнение. – Знал со дня нашей встречи.

Она отстранилась от него и застыла, ища ответ в его лице. Как? Откуда он знает?

Скажи-ка, помнишь ли ты, каково это – по-настоящему жить?

Лаит провел кончиками пальцев по ее плечам, лишая способности думать.

– Позволь мне помочь тебе.

Арти вдохнула, жадно втянула аромат его крови, почуяла жар в жилах. Это мучило ее. Сводило с ума. Ей хотелось выплеснуть на него весь свой гнев. Вскрыть его грудную клетку и забраться внутрь целиком.

Лаит распустил кушак, и его кафтан с тихим шорохом упал на ковер. Он расстегнул три пуговицы под воротом льняной рубашки и обнажил ровную кожу на шее. В глазах его жила та же тьма, что и у нее в сердце, они поблескивали, словно море в сумерках.

– Позволь пролить для тебя кровь.

* * *

Сообщив матери Арти, что спасти ее дочь сможет только чудо, тот целитель с Цейлана подхватил Арти на руки, словно она весила не больше мешочка риса, и унес ее вглубь своей хижины с крышей из листьев кокосовой пальмы и змеившимися струйками дыма благовоний. Двигался он с невероятной скоростью. Только взглянул на нее. И через миг прокусил себе руку. Арти ахнула, а он прижал свое запястье к ее рту.

Она сама не понимала, зачем проглотила его кровь.

Жар охватил ее руки и ноги, невидимым ураганом пронесся по жилам, поглотил ее, опустошил и наполнил голодом, хотя она совсем недавно поела.

– Что со мной происходит? – спросила она, повысив голос.

– Живи за тех, кто жить не сможет, – ответил ей целитель.

И в этот миг