Читать «Точно в цель (СИ)» онлайн
Энни Джой
Страница 132 из 157
Глава 17.04 «…Больше никогда не станет прежним…»
Глядя на то, как Никита безмятежно спит не верилось, что несколько часов назад его жизнь в очередной раз перевернулась с ног на голову. Мне так сильно хочется до него дотронуться, что в конечном итоге я не сдерживаюсь и пальцами нежно касаюсь его щеки. Его веки медленно вздрагивают и моргнув пару раз Никита поворачивается ко мне.
Первые пару секунд я словно кажусь ему плодом воображения, судя по его неуверенному взгляду. Никита аккуратно заправляет мои непослушные волосы за ухо.
— Доброе утро, — неловко улыбаюсь, так как ничего умнее в качестве приветствия сообразить не могу.
Никита в ответ только ухмыляется и потерев глаза рукой садится.
— У меня было время подумать, — как обычно без прелюдий начинает Анисимов. — Могу задать один вопрос? Всего один. Ответь честно. Приставать не буду.
Сажусь следом за ним напрягаясь от направления беседы.
Неужели он догадался, где я была? Но как? Или может ему отец что-то рассказал? Вполне возможно. Что мне за это сейчас будет? И будет ли у Никиты конфликт с Горским? Так. Стоп! Хватит паниковать. Просто послушай.
Молчу в ожидании вопроса, просто кивнув в ответ, чтобы Никита понял что можно вступать.
— Ты была утром в универе?
Язык чесался сказать «да». Руслан говорил, что Никите знать не стоит. На меня давили все за и против, но губы как-то выдали меня сами.
— Нет.
— Закрыли тему, — тяжело вздохнув Никита поднялся с места и вышел из комнаты.
Чёрт. Не надо было говорить… Вот же идиотка.
Иду за ним следом пытаясь понять что у него в голове, но это как ребус гадать. Просто занимаю выжидательную позицию и молчу. Мы заходим на кухню и Никита останавливается у холодильника. Открыв дверь и заглянув внутрь, недолго подумав он её закрывает.
Я же занимаюсь тем, что улавливаю взглядом каждое его движение. Никита наливает стакан воды и осушив его за несколько неспешных глотков разворачивается ко мне. И как понять, что именно кроется в этом прямом прошибающим насквозь взгляде?
— Откуда знаешь? — в его взгляде уже просматривается ясность, но сложно не заметить, как он подавлен.
— Что знаю?
— Ты излишне спокойна. Значит знаешь, что произошло. Так вот. Откуда? — казалось, что в его спокойном голосе есть какая-то оборотная сторона, но пока не было очевидно, что именно на ней.
— Руслан. Встретились, когда я… — осекаюсь, боясь что Никита разовьет ту тему которую закрыл сам, но всё же побеждает правда. — Когда я возвращалась в универ.
— Понятно, — сухо отвечает Анисимов, облокачиваясь спиной о столешницу.
Сразу замечаю раненные пальцы Никиты, сжимающие край каменной поверхности. Сердце начинает ныть, и я закрываю глаза, боясь заплакать. Сейчас я просто обязана быть сильной. Набрав в легкие побольше воздуха, мысленно немного бодрюсь и открываю глаза, замечая Никитин взгляд в никуда.
— Можно хотя бы руки тебе обработать? — нежно прошу, но затем настойчиво добавляю. — Пожалуйста.
— Потом, — только и отмахивается Никита, также сверля взглядом невидимую точку.
Его ответ в совокупности с расстоянием между нами угнетает ещё больше и я подхожу к нему ближе, заглядывая в глаза. Мучать его вопросами бессмысленно, как и спрашивать как он. Сейчас Никита нуждается в одном. В тепле, которое способно хоть немного успокоить его душевные раны.
Плавно ладонями по его груди очерчивая плечи и в конечном итоге обхватив его за шею прижимаюсь к нему всем телом. Пару секунд спустя ощущаю его руки на своей талии, а затем и на спине. Никита утыкается носом мне в плечо и его чуть сбивчивый, но глубокий вздох заставляет биться моё сердце чаще.
— Может по мне не особо видно, но я рад, что ты здесь, — шепчет Анисимов и от его слов по моему телу пробегает дрожь.
Да по нему действительно не особо видно. По нему сейчас совсем ничего не видно. Но я точно знаю, что ему нужна. И это чувство пусть в данный момент немного болезненно, но окрыляет по-своему. Лишний раз убеждаюсь в том, как за такой пусть и небольшой временной промежуток этот человек стал мне до боли родным и чертовски необходимым.
— Спасибо тебе, — неожиданно срывается с моих губ, хотя ничего говорить и не планировала.
— За что? — чуть отстраняется Никита и я ловлю его недоумённый взгляд.
Пожимаю плечами и краснею, решая сказать правду.
— За то что ты есть. За то что ты рядом со мной и всегда такой настоящий, пусть неидеальный, но до безумия по-своему искренний.
Анисимова трогают мои слова и недолго думая нежно целует меня в губы. Медленно. Плавно. Смакуя. Словно что-то хочет сказать, а его речь обещает быть длинной, глубокой и очень чувственной. Поэтому от его умелых ласк, движений губ и языка забываю обо всём на свете разделяя с ним этот волшебный момент наполненный нежностью.
Не могу поверить, что раньше глядя на его фото на обложке журнала испытывала отвращение и осуждала его как личность. А теперь ощущаю сладкую эйфорию не только от одного его прикосновения, но и от того, что и сама на него влияю также.
Возможно мы бы так целовались ещё долго, но до нас доносится глухой звук от крутящихся колёс инвалидной коляски. Мы оборачиваемся и видим Соню, которая осторожно, словно крадучись въезжает на кухню. Лицо у неё красное и опухшее от слез, а взгляд стыдливо прячется в сторону. Внутри всё болезненно сжимается, глядя на бедную девушку. Пытаюсь не разрыдаться, сглатывая внутренний ком эмоций. Но сердце только сильнее разрывает на куски и с этим я ничего не сделаю.
Я чувствую под своими ладонями как всё тело Никиты мгновенно напрягается. Словно каждый его мускул негативно настроен по отношению к Соне. И в этот момент, когда я жду от Анисимова приступа агрессии он просто спокойно подходит к ней присаживаясь на корточки напротив неё. Соня закрывает глаза и её ресницы трепещут от страха. Было видно, что она боится, но при этом явно готова на всё.
Только Никита не оправдывает ожидания, а просто обнимает её крепко-крепко по родному прижав к себе.
— Я не смогу на тебя долго злиться, — хрипит Никита. — И ты ни в чём не виновата. Перестань винить себя и позволь себе жить дальше. Хотя бы ты.
Мне хочется вставить фразу «и ты тоже», но я сочла тактичным промолчать.
Соня облегчённо улыбается и начав плакать прижимает Никиту к себе в ответ.
— Я очень