Читать «Как мы делали реформы. Записки первого министра экономики новой России» онлайн
Андрей Алексеевич Нечаев
Страница 100 из 146
Четвертым ключевым условием создания благоприятного инвестиционного климата, по нашим предложениям, должно было стать законодательное закрепление гарантий частной собственности и создание механизма ее правовой защиты (увы, последнее по прошествии тридцати лет по-прежнему весьма актуально). Я говорил о необходимости ускорить разработку Гражданского кодекса Российской Федерации, подготовку и принятие законов, определяющих и защищающих права на землю и недвижимость (о земельном кадастре, различных формах владения недвижимостью, об ипотечных операциях банков и так далее). Предлагалось также принять «Закон о государственной поддержке малого предпринимательства».
В-пятых, в моем докладе говорилось, что реформа отношений собственности в аграрном секторе не стала фактором, стабилизирующим продовольственную ситуацию. Я отмечал, что фермерские хозяйства находятся в стадии становления и значительно уступают общественному сектору в оснащенности техникой, обустроенности, насыщенности скотом. Я настаивал на том, что экономический и финансово-кредитный механизм господдержки аграрной реформы должен нацеливаться на создание равных условий для развития всех укладов аграрной экономики.
Предлагалось подготовить программу поддержки крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов. Также мы предлагали обеспечить организацию системы закупок продукции сельского хозяйства, внедрить систему форвардных и фьючерсных закупок, обеспечить сохранение животноводства путем государственной поддержки кормовой базы. Ставился вопрос о скорейшем завершении подготовки программы развития аграрной реформы в Российской Федерации на 1992–1995 годы.
Шестое ключевое направление моих предложений касалось совершенствования внешнеэкономических связей. В этой сфере наиболее острыми были вопросы совершенствования законодательства во внешнеэкономической деятельности, разработка программы государственного стимулирования экспорта и развития инфраструктуры внешнеэкономических связей России, проблема упорядочения финансово-экономических и платежно-расчетных отношений со странами СНГ. Последнее было критически важно, поскольку Россия несла большие потери, поставляя им сырье по ценам на 30–40 % ниже мировых. К тому же расплата за него шла через пень-колоду и часто по неким условным валютным курсам.
Острым был и вопрос наведения порядка в льготах в области внешнеэкономической деятельности. Под давлением руководства регионов и руководителей предприятий федеральная власть часто шла на уступки, предоставляя экспортерам льготы по налогам, экспортным пошлинам и продаже валютной выручки. Мои министерские специалисты подсчитали, что в соответствии с решениями президента и правительства в 1992 году около 80 % экспорта энергоносителей и более 50 % экспорта цветных металлов были освобождены от экспортной пошлины. В результате при средней ставке экспортного тарифа около 30 % от таможенной стоимости экспортируемого товара фактическое поступление (по данным ГТК России) средств от взимания экспортных пошлин составило не более 3 % от стоимости экспортируемых товаров. Бюджет нес колоссальные потери в виде неполучения доходов. Ориентировочная оценка предоставленных решениями президента и правительства льгот (содержание которых позволяло провести такую оценку) в виде исключений из общего режима внешнеэкономической деятельности составила в 1992 году, по расчетам моих спецов, около 580 миллиардов рублей, в том числе только по освобождению от уплаты экспортных пошлин – около 540 миллиардов.
Отмечу, что большинство моих программных предложений в итоге в разное время было реализовано. Правда, их автор тогда уже покинул правительство.
Таким образом, наша текущая работа не сводилась только к тушению пожара. Сделав решительные шаги по созданию базовых основ рыночной экономики в России на первом этапе нашей работы, мы старались и в последующем каждый день активно продвигаться вперед по разным направлениям реформ.
Поддержка фундаментальной науки
В рамках экономической реформы достаточно сложное положение сложилось в области науки, особенно фундаментальной. Многие академические и другие научные учреждения, занимавшиеся фундаментальной наукой, оказались почти на грани развала. Для того чтобы как-то решать их проблемы и облегчить их функционирование, нами в ноябре 1992 года было принято постановление «О создании российского фонда фундаментальных исследований». Кстати, фонд этот успешно функционирует до сих пор.
Фонд был создан в качестве самостоятельного юридического лица в форме некоммерческой организации. Основной его задачей ставилось содействие развитию фундаментальных научных исследований, повышению научной квалификации ученых, установлению научных контактов. Фонд должен был организовывать экспертизу и конкурсный отбор проектов фундаментальных научных исследований и их финансировать. Осуществлялось финансирование в виде специальных субсидий и грантов для инициативных проектов фундаментальных научных исследований, которые проводились небольшими научными коллективами и отдельными учеными, и в виде выделения дотаций научно-исследовательским институтам и вузам для развития их материальной базы. Фондом давались также стипендии и пособия для обучения в аспирантуре и стажировок талантливых ученых, как в нашей стране, так и за рубежом. Им предоставлялись субсидии на приобретение научной литературы, средств связи, получение информации, установление научных контактов.
Важно отметить один концептуальный момент в деятельности задуманного нами фонда. Его деньги выделялись не научному институту в целом, где они растворялись в общем котле, размазывались по многим научным направлениям или вообще тратились на нужды содержания аппарата института, а конкретным группам ученых на реализацию конкретного проекта в области фундаментальных исследований, что существенно повышало эффективность использования средств.
Это стало новой для России формой организации, поддержки и финансирования науки, хотя на Западе она известна давно и является преобладающей для фундаментальной науки. На Западе, особенно в США, фундаментальная наука развивается преимущественно в университетах. Специального «квазиминистерства» фундаментальной науки типа нашей Академии наук, как правило, нет, а принцип финансирования через гранты активно используется.
На деятельность фонда выделялось три процента всех ассигнований, которые предусматривались в бюджете Российской Федерации на финансирование науки, а также допускались добровольные взносы организаций и граждан, в том числе иностранных. Фонд за годы своего существования сумел поддержать целый ряд прорывных научных направлений и серьезных научных групп, помочь многим талантливым ученым, хотя, конечно, средства фонда и в наше время, и сейчас ничтожно малы по сравнению с потребностью российской науки. И все же важно, что на фоне нашей тогдашней нищеты правительство смогло подумать о нуждах науки, работающей на будущее, и внедрить новую эффективную форму поддержки ученых.
Цены на нефть выходят на свободу
Основной головной болью правительства в плане регулирования цен долгое время оставались цены на энергоносители, особенно на нефть и нефтепродукты. Не решившись отпустить на свободу цены на нефть с самого начала, правительство потом двигалось к их либерализации постепенно. Серьезный шаг был сделан в мае 1992 года через постановление, называвшееся «Государственное регулирование цен на энергоресурсы и другие виды продукции». Готовилось оно довольно долго. Еще 24 апреля 1992 года вопрос рассматривался на заседании правительства, и лишь 18 мая Ельцин подписал соответствующее постановление.
Идея его состояла в том, что вводится некая «энергетическая пошлина», некоторый косвенный налог, который взимается с выручки от продажи нефти и газа при превышении ценой определенного порога. Для нефти