Читать «El creador en su laberinto» онлайн
Андрей Миллер
Страница 58 из 125
Снова подняв веки, отец Паоло уже не увидел перед собою ничего необычного. По волнам скользило самое обыкновенное судно, и столь ясная только что жуткая картина уже казалась каким-то бредом. Видение, морок. Надо меньше пить, что ли?
— Что за бред я несу? — сам себе сказал Паоло, пусть мысль об отказе от хмельного вслух и не произносил. — Пить нужно больше!
Он налил себе ещё граппы и принял спонтанное решение: взглянуть на этот корабль поближе. Почему-то Паоло ощутил, что ему стоит спуститься с колокольни, покинуть свою церковь и добраться до берега. А доверять интуиции он за годы на войне крепко привык.
Интуиция не раз спасала и его, и товарищей.
***
Должно быть, вечер уже сменился самой настоящей ночью — но Джузеппе в окно местной таверны, чтобы проверить это, не выглядывал. Поди оторвись от зрелища, ради которого он сюда пришёл! В захолустном Ланченцо художественных выставок и пышных театральных представлений не проводилось, зато было кое-что получше.
Это мысли капитана Родомонте занимала знатная провинциалка. Несмотря на образованность и чуткость к искусствам, вкус на женщин у Джузеппе был попроще: вероятно, в силу молодости. Его пленяла Мари — вечерами танцевавшая в этой таверне цыганка, которую охваченный страстью юноша громогласно именовал «царицей всех цыган». Мари звонко смеялась в ответ, совсем не возражая против этого.
Она вообще ни в чём Джузеппе не отказывала.
Искусным танцем Мари он, попивая довольно паршивое вино, насладиться успел сполна. В полутёмном зале, под чувственные струнные переборы двигалась она с удивительной пластикой. Джузеппе казалось, что подрагивающий свет свечей нарочно ложится так, чтобы выгоднее подчеркнуть достоинства фигуры цыганки, которые он готов был сравнить красотой античных статуй. Всё это было великолепно: так же, как и в предыдущие дни.
Продолжение вышло менее приятным, и юноша сразу понял, что его дальнейшие планы на вечер пребывают под великой угрозой.
Эта угроза не выражалась каким-то мрачным предзнаменованием, громовым пророчеством: напротив, заключалась она в совершенно конкретном человеке, что стоял теперь перед Джузеппе.
— Меня зовут Иаго. Иаго Карвасса.
Иаго был значительно старше итальянца. Он носил довольно длинную бороду, густоте и черноте которой позавидовал бы любой осман. Одет был как опытный солдат: наверняка не рядовой, как минимум в чине капо. За его спиной стояли друзья, но стояли на благоразумном расстоянии: ясно давали понять, что вмешиваться в разговор не собираются.
— Ну а меня зовут Джузеппе. Моя фамилия, боюсь — слишком известная, чтобы я называл её в таком месте.
— Я знаю, как тебя зовут. И знаю, что ты служишь капитану Родомонте, а потому говорю сразу: это не производит впечатления. Я хочу, чтобы ты ушёл.
Джузеппе не уродился с горячим нравом; однако время, проведённое при капитане, успело сыграть свою роль. Юноша превосходно усвоил, как ему стоит себя вести. Возможно, не с точки зрения рассудительных людей: но рассудительные люди редко совершают великие подвиги, на которые Джузеппе рассчитывал в будущем.
Он невозмутимо сделал глоток вина (с таким видом, будто пил лучшее тосканское, а не какую-то кислятину) и отвечал:
— Да? И почему же ты хочешь, чтобы я ушёл?
— Потому, что Мари — моя, а тебе здесь не место.
К горлу подбирался комок, а в животе неприятно заурчало — но своё волнение итальянец скрыл. Над каждым словом Джузеппе тщательно размышлял.
— Ты говоришь, что я должен уйти… и делаешь это, держа руку подле меча. Это намёк на то, как далеко ты готов зайти?
— Для итальянца ты на удивление догадлив.
— А ты, даже для испанского солдата, слишком безрассуден… раз тебе не важно, что я человек самого капитана. Драться со мной глупо, это выйдет тебе боком при любом исходе.
В глубине души Джузеппе надеялся, что Иаго и сам это поймёт. Но солдат, похоже, от красоты Мари одурел ещё больше, чем сам юноша. Понемногу Джузеппе набирался храбрости: напускная уступала место вполне искренней, потому что кровь с вином смешались в нужной пропорции. Нехитрая алхимия.
— Если не уйдёшь по-хорошему, Джузеппе, то уж предоставь мне самому заботиться о будущем. Ведь для тебя исход будет только один, и моего ты уже не увидишь.
Улыбка юноши более не выглядела натянутой. Иаго же вовсе не улыбался: он был предельно серьёзен.
— Иаго, по самоуверенности и акценту я рискну угадать твоё происхождение. Бьюсь об заклад: ты откуда-нибудь из Барселоны? А оттуда в армию идут только бандиты и глупцы. Бандит зарезал бы меня исподтишка, так что выбор невелик, верно?
Похоже, Джузеппе выразился слишком витиевато, чтобы Иаго в полной мере его понял — так что вместо ярости на лице каталонца отразились мучительные попытки подобрать хлёсткий ответ. Лезть в драку посреди таверны он всё-таки не собирался.
Мари не видела этой сцены. Она всё ещё кружилась по залу, в такт хлопкам и ударам по струнам — и почти все в таверне следили именно за ней, не придавая значения затевающейся дуэли. Да кто в Италии, с её растягивающимися на десятилетия вендеттами, вообще обращал внимание на подобные случаи? Дурное дело не отличается сложностью: слово за слово да клинком под рёбра.
Джузеппе подумалось: видать, далеко не с ним одним приезжая цыганка сошлась в этом городке. Но он и не строил иллюзий о моральном облике Мари; пусть повод пустяшный, однако драться итальянец был готов в большей степени, нежели уйти.
Родомонте усердно внушал юноше, что именно так стоит жить: спеши навстречу смерти, пока другой храбрец не занял твоё место! До сих пор Джузеппе плохо понимал его наставления, а может быть, просто не мог их принять. Но теперь, совершенно неожиданно, всё сделалось для него таким же прозрачным, как воды Неаполитанского залива.
***
Отец Паоло споро преодолел то небольшое расстояние, что отделяло его церковь от побережья. Всего-то несколько поворотов по узким улочкам Ланченцо, которые были столь сонными под жарким дневным солнцем — и так оживлялись в ночи. Как раз в это время Джузеппе и Иаго затевали свою схватку; Паоло об этом, разумеется, не знал — даже