Читать «El creador en su laberinto» онлайн
Андрей Миллер
Страница 69 из 125
— Не двигайся, если желаешь сохранить свою жизнь хотя бы на некоторое ближайшее время.
По-испански. И голос… чёрт возьми!
— Алава?..
— Руис?..
Узнать капитана Алонсо де Алаву, человека прекрасного рода, сейчас было чрезвычайно трудно: разве только по голосу. Руис читал о том, в каком жалком виде возвращались из своих походов конкистадоры, даже если начинали путь при самом лучшем снаряжении. Пожалуй, вид Алавы оказался нынче ещё печальнее тех описаний.
Старый друг Руиса сохранил доспехи и оружие, однако безобразно оброс, был ужасно грязным — словно лесной дикарь. Одежда его сильно износилась. Гордая осанка дворянина уступила место совершенно недостойной зажатости, скрюченности, будто Алонсо давно привык прятаться. О том же говорил и беспокойный, бегающий взгляд.
— Я уже не думал, что когда-нибудь увижу тебя, мой друг… — даже голос Алавы полностью утратил былую силу.
— Ты быстро отчаялся.
— Быстро?.. Ох! Пойдём, я познакомлю тебя с одним человеком, если возможно выразиться именно таким образом... Тебе многое предстоит узнать, и перед этим будет лучше присесть у костра, потому что на ногах вынести груз этих удивительных сведений в высшей степени затруднительно.
«Костёр» — это громко сказано, конечно. Самый слабый огонь, тщательно замаскированный: он едва был способен согреть, и уже по этой детали Руис понял — его друг действительно скрывался от кого-то или чего-то.
У огня сидел ещё один человек, в котором легко узнавался испанский военный, но точно не простой солдат… и не офицер из разгромленного чудовищами отряда. Крупный мужчина с такой же густой и пышной бородой, как у Руиса — только абсолютно чёрной, без всякой седины. Его лицо хранило следы многих ранений; ещё Пабло заметил, что у незнакомца недостаёт пальцев на левой руке. Как минимум двух.
— Нашёл друга?..
— Да. Познакомься: это капитан Пабло Руис, храбрейший сын Испании из всех, кого мне прежде довелось знать. Руис, друг мой, это — Иаго Карвасса.
— Каталонец?
Руису не нравились каталонцы: сплошь бандиты, воры, нахлебники и смутьяны. Совсем не похожи на басков.
— Каталонец. Но это давно не имеет значения. И вообще: мы говорим по-испански, это нынче главное.
Выглядело намёком на…
— Мы не в Испании?
— Нет. Это Новый Свет. Английская колония, неподалёку от Бостона.
Руис понятия не имел ни о каком Бостоне. Он знал о Вирджинской колонии — первой со времён сгинувшего Роанока попытке англичан закрепиться севернее Новой Испании. Там стоял город Джеймстаун, кажется.
—Конечно, ты ничего не знаешь о Бостоне. Вижу, тебя не удивило перемещение в Новый Свет… но тогда удивит другое. В те времена, откуда ты вы с Алавой прибыли, никакого Бостона ещё не существовало. Здесь вовсе не было белых, одни красножопые.
— Да, мой друг… Не только место иное: год Господень теперь тоже совсем другой.
Руис сам удивлялся своему спокойствию. То ли диковинные видения подготовили его к чудесам, то ли просто не прошли последствия недавнего с его точки зрения боя… Кажется, Алава оказался куда менее стойким в этом вопросе. Его произошедшее не сломило окончательно, но сильно пошатнуло.
— И который идёт год?
— Тысяча шестьсот девяносто второй.
— Шутишь?!
— Нет. Твой друг подтвердит, он убедился.
Алава кивнул.
Выходит, прошло больше восьмидесяти лет. Целая жизнь — и не из коротких. Наверняка все, кого Руис знал, уже мертвы. А англичане успели освоиться в Новом Свете, вот что самое мерзкое!
— Со временем тут вообще непросто. — снова заговорил Алава. — Похоже, в этот год прибывают все, кто прыгнул в проклятый люк… но это весьма удивительным образом происходит с разной скоростью. Не удивляйся, что застал меня в настолько жалком состоянии, друг: я здесь уже несколько месяцев. И постоянно был вынужден скитаться по лесу, что не замедлило сказаться на моём внешнем виде и состоянии духа. А ты, смею предположить, добрался совсем недавно?
— Не больше часа назад.
— Да, около часа назад я тебя и услышал… Некоторые из наших прибыли уже давно, некоторые так и не появились, а тебя мы дождались только теперь. И это даёт надежду.
— Вы тут вдвоём. Что с остальными?
— Смею утверждать, мой дорогой друг, что Иаго объяснит это значительно лучше. Тем более что история, мягко выражаясь, не из пары слов: излагать её следует весьма обстоятельно, со всеми подробностями.
Судя по удручённому виду Алавы, каталонец едва ли мог рассказать на эту тему нечто радостное. Но плохие новости в ситуации, когда абсолютно ничего не понятно, также обретают ценность. Лучше знать, насколько всё дурно, чем не знать ничего.
— Сначала рассказать бы, чего я сам здесь делаю. Чтоб ты понял: я давно уже не совсем человек. Я был обычным человеком, солдатом. Записался в терцию ещё до вашего с Алонсо рождения, при короле Карлосе, а потом… слыхал ведь о Хулиане Ромеро?
— О маэстре-де-кампо, командире Сицилийской старой терции? «Испанская ярость» — тот Хулиан Ромеро?
— Он самый.
— Конечно же, я слышал о нём! И более того… — в Руисе вдруг проснулась типичная для испанских военных тяга к фанфаронству. — Видел его своими глазами! В первый год своей службы, ещё мальчишкой. Кажется, вскоре он умер… великий человек!
Иаго саркастически захихикал, его злодейская чёрная бородища зашевелилась.
— Я знавал Ромеро задолго до того, как он стал маэстре-де-кампо и великим человеком. Когда о нём не писал Лопе де Вега… и Эль Греко свою картину ещё не намалевал. В тысяча пятьсот сорок четвёртом мы служили Генриху VIII на шотландской границе. Странное времечко, когда испанцы и англичане ещё дружили.
О том, что знаменитый полководец в начале своей карьеры успел послужить англичанам и дрался с шотландцами (извечными союзниками ненавистной каждому уважающему себя испанцу Франции), Руис слышал. Но не понимал, к чему всё это, когда вопрос был задан на совсем иную тему.
Однако же: 1544 год… отец Пабло Руиса тогда ещё не овладел грамотой, пожалуй. И едва ли знал, откуда берутся дети. Капитан не слишком хорошо считал в уме, да и дат не хватало, но выходит — его каталонскому собеседнику уже недалече до двух веков возраста. Чудеса.
— На шотландском фронтире я попал в плен к бандитам