Читать «В пучине гражданской войны. Карелы в поисках стратегий выживания. 1917–1922» онлайн

национальному чувству, но важнейшим вопросом для присутствующих был вопрос продовольствия. Когда было сообщено, что из Финляндии будет прислан хлеб, раздались крики «Ура!».

Талвеле пришлось объявить мобилизацию неженатых мужчин в возрасте от 19 до 35 лет, остальных обязали вступить в ряды шюцкора. Но и после этого батальон пополнился лишь тридцатью бойцами. Следующие карельские добровольцы присоединились к походу только в Пряже, которая была взята 29 апреля[598].

7.4. Второй этап Олонецкого похода

В начале мая движение отряда майора Талвелы в направлении Петрозаводска продолжилось. Третьего мая были захвачены Матросы, расположенные в 36 километрах от Петрозаводска[599]. Однако после этого движение финских войск приостановилось: занятые населённые пункты нужно было защищать от постоянной угрозы со стороны Красной армии. Кроме того, между южным и северным отрядами финнов был почти стокилометровый зазор, что, с точки зрения финского командования, нужно было срочно исправлять. Вследствие сложности и нестабильности ситуации южный фронт к середине мая откатился к Тулоксе[600]. Финнам остро не хватало бойцов и продовольствия. 28 мая в Видлице был объявлен всеобщий призыв, на который откликнулись 500 человек, из которых оказались пригодными 206 (остальных отсеяли по семейным обстоятельствам или по болезням, 167 человек отправили в резерв). Из олонецких карел сформировали Первый Олонецкий пехотный батальон, который, впрочем, провоевал недолго – он распался после разгрома финских войск в Видлицкой операции в конце июня[601]. Спустя месяц после затишья на фронте финны активизировали деятельность на петрозаводском направлении. 20–21 июня бои шли непосредственно под городом – на Сулажгорских высотах. В этих условиях руководство города мобилизовало все ресурсы для обороны: в защите города приняли активное участие рабочие Онежского завода, железнодорожники, служащие, моряки военной флотилии. На фронт были мобилизованы все коммунисты[602]. Оборону Петрозаводска возглавил председатель Олонецкого губисполкома, глава Олонецкого губернского военного революционного комитета П. Ф. Анохин. В целях безопасности по гарнизону города был объявлен приказ об облаве в связи с появлением агентов белой гвардии[603]. Постановлениями губернского революционного исполнительного комитета из прифронтовой полосы выселялся подозрительный, буржуазный и «негодный» элемент, арестовывались контрреволюционеры и белогвардейцы[604].

В период боев за Петрозаводск актуальным оставался вопрос о сотрудничестве между финнами и союзниками. Представитель Восточно-Карельского комитета Туомо Туйску провёл переговоры с полковником Муром, который поставил перед финским командованием ряд вопросов: являются ли финские части официально признанными правительством Финляндии и подчиняются ли ему; уверено ли правительство Финляндии в том, что завоёванные в будущем территории перейдут под управление Верховного правительства Северной области[605]. По мнению Мура, общее руководство операцией по захвату Петрозаводска должны осуществлять союзники, а финны обязаны открыть свои наступательные планы и принять представителя союзников в свой штаб[606].

В донесении министру иностранных дел Финляндии Холсти майор Талвела, комментируя требования союзников, заявил, что сотрудничество с ними невозможно[607]. Он также отмечал нехватку собственных сил для взятия Петрозаводска и большие возможности союзников в проведении этой операции[608]. Таким образом, сотрудничество не состоялось, а планы финнов в Карелии окончательно перечеркнула Видлицкая десантная операция.

После отступления финнов из Олонца в мае 1919 года их штаб располагался в селе Видлица. Здесь же находились склады боеприпасов, снаряжения и продовольствия. Захват Видлицы частями Красной армии не только бы позволил ликвидировать важную опорную базу финнов, но и отрезал бы от снабжения отряды, находившиеся под Петрозаводском[609]. Советское командование подготовило наступательную операцию, в которой приняли участие войска Олонецкого боевого участка 7-й армии и Онежской военной флотилии. В Видлицкой операции участвовало 13 кораблей, в числе которых были два эсминца Балтийского флота: «Уссуриец» и «Амурец». Общая численность десанта, состоявшего из частей 82-го стрелкового полка и отряда местных партизан, достигала 650 человек. Руководство операцией осуществлял командующий Онежской флотилией Э. С. Панцержанский[610]. В ночь с 27 на 28 июня, подавив огнём береговые батареи, корабли высадили десант в Видлице и под Тулоксой. Военный историк Е. А. Бочков отмечает ошибку командира десанта, высадившего отряд на левом берегу Видлицы вместо правого: «командир десанта, не зная, что берега реки определяются по её течению, потребовал подойти к другому (правому по ходу судна) берегу»[611]. Несмотря на это, Видлица была занята фактически без боя[612]. Операция явилась полной неожиданностью для финнов, которые бежали, оставив орудия, пулемёты, патроны и склады продовольствия[613]. Для вывоза захваченных трофеев в Лодейное Поле потребовалось несколько рейсов двух пароходов в течение последующей недели[614].

Поражение под Видлицей имело ключевое значение для Олонецкого похода финнов. Майор Талвела в своих воспоминаниях оценил эти события как катастрофу[615]. Из Видлицы и Тулоксы финны отступали в полном хаосе. Участники похода страдали от голода и усталости, общее настроение было депрессивным. Всё чаще раздавались требования бойцов о возвращении в Финляндию. Основные силы задержались с 29 июня по 1 июля в Ведлозере, дожидаясь прибытия других отступавших частей. Разброд и протестные настроения в рядах «воинов-соплеменников» всё усиливались, и многие дезертировали самовольно[616].

Второго июля финские войска под командованием фон Херцена начали отступать к Туломозеру. Часть финских бойцов, вербовочный договор которых закончился, отправились 8 июля в Финляндию. Их примеру последовала 13 июля рота лейтенанта Каллио. Сам командующий фон Херцен получил отставку. Первого июля был дан приказ отступать и полку под командованием Пааво Талвелы. По мере отступления и отбытия домой части финских бойцов тяжесть войны всё больше ложилась на плечи мобилизованных карел, но они выказывали нежелание сражаться; четвёртого июля Талвела сообщал главнокомандующему Аарне Сихво, что почти половина олончан дезертировала. Карелы боялись попасть в руки большевиков, страшились их мести[617].

Красные наступали по всему фронту, и к началу августа финны были отброшены к Вешкелице. На финской стороне 1–3 августа в срочном порядке формировался новый отряд из карельских беженцев; удалось поставить под ружьё 99 бойцов и 32 возчика для обозов. 5 августа бойцы были отправлены на фронт, но уже 15-го советские части начали новое наступление. Финны отступали с боями. Из Финляндии вплоть до начала сентября поступали новые бойцы, но их катастрофически не хватало[618]. Судьба похода была предрешена, и конец августа – начало сентября можно считать агонией финских добровольческих частей.

Помимо военных обстоятельств, на судьбу похода повлияло и изменение политической ситуации в Финляндии: Маннергейм, который так и не смог убедить финскую политическую верхушку принять участие в походе на Петроград, 25 июля 1919 года проиграл на президентских выборах профессору права и председателю Высшего