Читать «Первопроходцы. Русские имена на карте Евразии» онлайн

Что касается отца, Петра Ивановича Рычкова, тяжелое материальное положение большой семьи вынудило его возвратиться на государственную службу. Вначале он служил в управлении соляных дел в Оренбурге, где пережил, а потом и описал шестимесячную осаду города зимой 1773/1774 года отрядами Пугачева. В феврале 1777 года Петр Иванович закончил составление «Лексикона, или Словаря топографического Оренбургской губернии» — географического словаря, который так и не был опубликован. В нем были изложены в алфавитном порядке географические, исторические, экономические сведения об Оренбургской губернии; описаны реки, озера, горы, полезные ископаемые, животные, города, заводы, крепости, народности, населявшие губернию, выдающиеся личности, чья деятельность связана с губернией (Кирилов, Татищев, Неплюев и др). Это был первый в России географический словарь, посвященный определенной части страны.

В марте 1777 года П. И. Рычков был назначен на должность «главного командира» Екатеринбургских заводских правлений. Несмотря на плохое состояние здоровья, он уехал из Оренбурга в Екатеринбург, где 15 октября скончался. Похоронили его в имении Спасском. Так окончилась жизнь «описателя земли Русской», одного из тех, чьими трудами была исследована, положена на карту и описана огромная территория между Волгой и Уральскими горами.

Петр Симон Паллас

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ПРОВИНЦИЯМ

Я должен признаться, что за всю мою Сибирскую дорогу, считая от Уральских гор, столько нового и достопамятного из зверей и трав не собрал, как на пограничных местах к Монголии и на северной стороне, Байкалом окруженной.

Весной 1772 года по разбитой Нерчинской дороге двигался обоз с людьми и имуществом экспедиционного отряда во главе с академиком Петром Симоном Палласом. Нескончаемо падал мокрый снег. Из-за этого дорога превратилась в сплошное месиво из грязи, снега и камней. Путь обоза становился труднее и труднее. Когда обоз добрался до речки Кунду, уровень воды в которой сильно поднялся от талого снега, уставшие и измученные лошади стали и, несмотря на все усилия ямщиков, двигаться далее отказывались. Пришлось расположиться на ночлег. Ночью подморозило. С рассветом путники проснулись и увидели: на снегу лежали 11 павших лошадей.

Обоз продолжил движение, а чтобы было легче оставшимся 10 лошадям, все люди шли пешком по колено в воде за телегами с поклажей. Положение спасли прибывшие с ближайшей почтовой станции буряты со свежими лошадьми и верблюдами.

И это был только один из участков тяжелого пути по Даурии. Впоследствии Паллас вспоминал: «Во время сей Даурской езды не только я сам, но и все, кои со мной ни были, сделались хворыми и бессильными; и только оставалось еще столько крепости, чтоб как возможно назад отправиться и скорей отсель выехать».

Как же натуралист Петр Симон Паллас, родившийся в Германии и обучавшийся в немецких университетах, попал в Восточную Сибирь? Начнем рассказ с 1758 года, когда в Географический департамент Академии наук в Санкт-Петербурге пришел академик Михаил Васильевич Ломоносов. Именно он направил деятельность этого академического органа на организацию всестороннего изучения России, включая сбор сведений о флоре и фауне, реках и горах, на выявление богатств недр, на изучение состояния сельского хозяйства, промышленности и торговли, а также всех сторон жизни и культуры населяющих ее народов.

Ломоносов ратовал за организацию целого ряда академических экспедиций, которые предполагалось послать в различные регионы страны. В 1760 году он представил «Мнение о посылке астрономов и геодезистов в нужнейшие места России для определения долготы и широты», где изложил соображения о необходимости всестороннего географического изучения страны:

«Сколько происходит пользы от географии человеческому роду, о том всяк имеющий понятие о всенародных прибытках удобно рассудить может. Едино представление положения государств, а особливо своего отечества производит в сердце великое удовольствие. Кольми же паче оное быть должно, когда из того действительную общую и собственную для себя пользу усмотреть можем».

Стремление Ломоносова организовать географическое изучение просторов России нашло поддержку в лице занявшей в 1762 году российский престол императрицы Екатерины П. После кончины М. В. Ломоносова в 1765 году императрица поддержала и деятельность по организации экспедиций академика С. Я. Румовского, нового руководителя Географического департамента Академии наук. Более того, когда решался вопрос о выборе руководителей экспедиций, то императрица сама провела переговоры о приглашении в Россию подходящих кандидатов.

Она обратилась к профессору Лудвигу из Лейпцига с просьбой помочь ей выбрать натуралиста из числа европейских ученых для приглашения в качестве руководителя одной из экспедиций, которой предстояло заняться всесторонними исследованиями регионов России «в естественно-историческом отношении».

Профессор рекомендовал ей остановиться на кандидатуре 26-летнего зоолога из Берлина, члена многих научных обществ в Германии, Англии и Италии Петра Симона Палласа.

Паллас родился в 1741 году в семье врача-хирурга, профессора хирургии Берлинской медицинской академии. Вначале Петра Симона обучали дома. Уже в детские годы он изучал, кроме родного немецкого языка, латинский, французский и английский — и достаточно овладел ими. Отец хотел, чтобы сын стал врачом. Паллас начал учиться в гимназии, с 13 лет посещал лекции в Берлинской медико-хирургической коллегии, которые читали крупнейшие немецкие натуралисты и медики.

Затем Паллас продолжил образование в университетах Галле, Геттингена (Германия) и Лейдена (Голландия). Именно в Лейдене он защитил диссертацию «О врагах, живущих в теле животных». В ней молодой натуралист описал строение и образ жизни многочисленных видов паразитических червей. В диссертации и в последующих работах ему удалось даже исправить некоторые ошибки, допущенные знаменитым ученым-систематизатором Карлом Линнеем при построении класса червей.

Паллас направился в Англию, так как отец хотел, чтобы он осмотрел крупнейшие госпитали. Но Паллас использовал пребывание в Англии, в первую очередь, для знакомства с богатыми коллекциями, собранными английскими натуралистами. Также отец потребовал от сына поступить врачом в армию Пруссии. Однако вскоре, в 1763 году, закончилась Семилетняя война, которую Пруссия вела против коалиции государств; армия была сокращена, и для Палласа свободного места армейского врача не оказалось.

Несмотря на желание отца видеть сына практикующим врачом, молодой Паллас мечтал заниматься «натуральной историей». Под этим термином в то время понимали совокупность знаний о природе, то есть вопросы ботаники, зоологии, геологии, географии, включая проблемы систематики животного и растительного мира, его происхождения и развития.

За три года Паллас написал ряд значительных работ по зоологии, которые принесли ему европейскую известность. Его избрали в члены ряда отечественных и зарубежных научных обществ. Тем не менее в Берлине он не смог получить место преподавателя в университете или поступить на государственную службу, чтобы, получая там содержание, продолжить научную работу.

В 1766 году молодой ученый женился и теперь должен был заботиться о содержании семьи. В этот год он получил приглашение Академии наук в Петербурге принять участие в организуемых ею «физических экспедициях» по России в качестве профессора натуральной истории. Многие отговаривали Палласа от поездки в Россию, считая, что в этой стране он загубит свой талант ученого.

Первоначально Паллас отказался от предложения. В конце марта в Берлине состоялась встреча Палласа с профессором ботаники С. Г. Гмелином, который, как и Паллас, получил приглашение Академии наук и направлялся в Петербург. Беседы с ним окончательно развеяли все сомнения Палласа по поводу принятия приглашения Академии наук и поездки в Россию. Он понял, что обширные и малоисследованные просторы Российской империи позволят ему полностью реализовать свои планы и стремления по изучению природы.

Уже 22 апреля ученый написал в Петербург, в Академию наук, что согласен принять место профессора натуральной истории. В российскую столицу Паллас с женой прибыли 30 июля 1767 года, и через неделю он подписал контракт с руководством Академии наук, в котором значилось: господин доктор Паллас выписан ординарным членом и профессором натуральной истории с ежегодным жалованьем 800 рублев. В России он прожил 43 года, полностью посвятив себя изучению ее природы.

Паллас прибыл в Россию как раз в то время, когда в Академии наук полным ходом шла подготовка к проведению астрономических и «физических» (то есть комплексных географических) экспедиций. Непосредственный повод для посылки академических экспедиций в 1768 году дали астрономы, которые намеривались наблюдать 3 июня 1769 года прохождение Венеры через солнечный диск. Это редкое астрономическое событие происходит только дважды в столетие. А сопоставление соответствующих наблюдений, произведенных в разных точках земной поверхности, позволяло с особой точностью определить расстояние между Землей и Солнцем. Академия наук решила организовать астрономические экспедиции и в 1769 году, кроме Петербурга, наблюдать за прохождением Венеры в Якутске, на Кольском полуострове, в Гурьеве на побережье Каспия и в Оренбурге.