Читать «Народная история России. От Первой мировой до установления советской власти» онлайн
Денис Станиславович Проданов
Страница 49 из 165
Перед закрытием II съезд Советов проинформировал население страны о низложении и аресте Временного правительства и провозгласил установление советской власти. Обращение „Рабочим, солдатам и крестьянам!“ постановило передать власть на местах Советам РиСКД, которые и должны были обеспечить „подлинный революционный порядок.“ Солдат призывали оказать активное противодействие „корниловцам“ – Керенскому, Каледину и другим.1741
В дополнение к этому смертная казнь на фронте отменялась и был выпущен ряд ключевых декретов. Среди них был Декрет о мире, Декрет о земле, Декрет о полноте власти Советов и другие.1742 Понимая, какую огромную власть представляет контроль над печатью и информацией, ВРК распорядился захватить типографии ряда газет.1743 Захвачены были не только буржуазные, но и социалистические издания.1744
Представитель ВРК С. Г. Уралов с гордостью вспоминал, как с вооружённым отрядом захватил типографию газеты „Русская воля“ и закрыл её „навсегда“. Варварским образом Уралов приказал немедленно сжечь имеющийся тираж и подготовить ротации к выпуску очередного номера „Правды“.1745 26 октября (8 ноября) те газеты, которые удалось выпустить, были отобраны у газетчиков и сожжены на улицах.1746
Лидеры РСДРП(б) оказались полными хозяевами положения. Атака на демократическую прессу сопровождалась оглушающей пропагандой Совнаркома через его бесконечные воззвания и декреты. Диктатура старалась привлечь население на свою сторону всеми возможными методами.1747
Главным центром сопротивления Совнаркому стал Комитет спасения Родины и революции, заседавший в Думе. Однако военной поддержки у него было недостаточно.1748 Денег на печать антибольшевистских листовок, брошюр и прокламаций также не было.1749
Дочь знаменитого меньшевика Б. О. Богданова писала, что те дни были полны драматических событий: большевики занимались своим делом – раздавали обещания земли и мира и, засучив рукава, разгоняли, закрывали, арестовывали. Оппозиция, по убеждению Богдановой, лишилась многих своих возможностей и изыскивала новые формы сопротивления большевикам и агитации против них.1750
Богданова продолжила: „Пишутся прокламации, воззвания, декларации, распространяются газеты, выходящие всякий раз под новыми названиями, организуются собрания, открывается партийный клуб, созываются конференции и даже партийный съезд, и во всех этих воззваниях, речах, статьях одна мысль, один вопрос, одна забота – как выйти из создавшегося положения с наименьшей кровью и так, чтобы поднявшая голову контрреволюция не смела бы вместе с большевиками всю революцию.“1751
Население отнеслось к установлению большевистской власти весьма негативно. Лишь небольшая часть рабочих, солдат и матросов поддержала восстание. Некоторые граждане отреагировали на переворот равнодушно. Но подавляющее большинство населения как в Петрограде, так и во всей России переворот не приняло.1752
Вся свободная пресса, которую РСДРП(б) не успела прикрыть, яростно клеймила захватчиков власти. Большевиков называли „насильниками“, „бонапартистами“, „авантюристами“ и эпитетами похуже.1753
Показательно, что 27 октября (9 ноября) нарком А. В. Луначарский с отчаянием написал в личном письме, что меньшевики, эсеры, интернационалисты начисто саботировали большевиков. Городская Дума была также озлоблена против них. По словам Луначарского, обыватели, интеллигенция – все, все, все, кроме солдат и рабочих, быть может, некоторых крестьян были против них: „Пока страшная, пугающая изолированность и бешеная злоба.“1754
После свержения своих предшественников Совнарком уступчиво объявил себя временной властью только до выборов в Учредительное Собрание.1755 Большевики искусно подменили Временное правительство Совнаркомом, тоже якобы „временным“ правительством. В результате, многие были убеждены, что новый режим – это несерьёзная „однодневка“, которая недолго продержится у власти.
Другие понимали, что до созыва Учредительного Собрания оставались считанные недели, и у большевиков шанса на победу не будет. Политический расклад тех месяцев гарантировал, что ПСР и меньшевики получат заметное большинство голосов, а РСДРП(б) и левые эсеры на выборах провалятся.
Сознание этого и страх перед очередным насилием повлияли на пассивность некоторых граждан. Казалось, зачем протестовать и сопротивляться, если захватчиков и так скоро сместят демократическим путём? После Октября никому и в голову не приходило, что большевики смогут удержаться у власти на месяцы и годы, не говоря уже о долгих десятилетиях.
Характерно в этом отношении было свидетельство мемуаристки Н. А. Кривошеиной. Она вспоминала: „Что ж, говорили знакомые, это не надолго, да и кто они? Вот этого никто тогда не знал, никто не понимал, что это как раз надолго и что паук начал плести незаметную как будто сперва паутину.“1756
После переворота под Царским и Красным Селом загремели выстрелы и началось наступление сил, верных А. Ф. Керенскому. Сторонники большевиков рыли окопы, ставили рогатки и мотали колючую проволоку. Но, по выражению одного солдата, походило всё это скорее на маневры, чем на настоящую войну.1757
Большевики чувствовали слабость противника, идейный разлад и неустойчивость в его рядах. Очевидец писал, что, лёжа в цепях на подступах к Петрограду, они не верили в серьёзность борьбы с бывшим главой правительства. На стороне большевистских сил была уверенность в своем превосходстве над врагом.1758
В. В. Арамилев, участвовавший в тех боях на стороне РСДРП(б), писал, что против большевиков были двинуты сначала кавалеристы в конном строю, а потом цепи пехоты под прикрытием броневиков: „Мы подпускали их на выстрел охотничьего ружья и одним дуновением опрокидывали назад. Били щелчками в лоб, как комаров, и не было в сердцах наших настоящей злобы, обычного воинского исступления, нарастающего в бою. Не было потому, что попытка Керенского взять Петроград казалась смехотворной.“1759
В попытке отвоевать столицу обратно не было ничего смехотворного. Она была трагична, так как люди гибли один за другим. Победа над Керенским стоила немалых жертв.1760
По данным штаба ВРК, только к 31 октября (13 ноября) со стороны войск Керенского-Краснова легло около полуторы тысячи ранеными и убитыми.1761 Потери ВРК оценивались в 200–500 убитых и раненых.1762 В ходе перестрелки в Царском Селе были убиты гражданские и несколько детей.1763
Кровопролитие продолжалось. Вслед за Петроградом и Гатчиной им в гораздо большем масштабе была охвачена Москва. С первыми успехами в столице лидеры РСДРП(б) предприняли шаги к взятию второго центра страны. Ленин боялся, чтобы в Москве большевиков не взяли „за горло“.1764
Поэтому диктатор напуствовал отъезжающих туда бойцов: „Не забывайте, товарищи, Москва – сердце России! И это сердце