Читать «Немного удачи» онлайн

за последнее время. Помедлив, Элоиза все же позволила Лиллиан взять ребенка. Лиллиан, как всегда, все сделала правильно. Она была сильнее, чем казалась. Одну руку она положила под попу Розы, а другой обняла ее за талию и прижала к себе.

– Лиллиан – прямо маленькая мама, – сказала Розанна. – Наверное, наследственность со стороны Уолтера.

Элоиза засмеялась.

– Папа сегодня покупает трактор, – сообщил Джо.

– Правда? – Мистер Зильбер снова осмотрелся.

– Да, – сказала мама. – Он получил чек благодаря закону о регулировании сельского хозяйства. А еще одна семья уехала в Калифорнию. Трактор достался ему значительно дешевле, чем мог бы.

– Мы читали про Ассоциацию отдыха фермеров, – сказал мистер Зильбер.

– Ох, – ответила мама, – Уолтер их терпеть не может. Они взорвали поезд.

– Это всего лишь слухи, – сказал мистер Зильбер. – Но они кое-чего добились. Фермеры должны понять, что они тоже рабочие. У них больше общего с другими рабочими, чем с крупными землевладельцами.

Джо нравилось слушать, как говорит мистер Зильбер.

– Может быть, – сказала мама. – Может быть. Может быть. Не хотите лимонаду? Сегодня так жарко…

Мистер Зильбер подался вперед.

– Солидарность – превыше всего. У начальников и банкиров она есть. У нас она тоже должна быть.

Мамино лицо приобрело жесткое выражение.

– Прошу прощения, – весело сказала она. – Не могу с вами согласиться. Превыше всего – почитать Господа, и тогда он даст нам свои дары. – Она откашлялась. – Вот, например, новый трактор.

– Ну, – заметила Элоиза, – возможно, было бы лучше, если бы вы с Ларсенами – так их звали, да? – поделили трактор. Наша собственность часто владеет нами. Я выросла на ферме. Я знаю, что это значит, правда, Юлиус? – Она снова повернулась к Розанне. – Я хорошо помню, как в нашем детстве ни у кого не было нужного оборудования, поэтому во время сбора урожая и забоя скота люди ходили к соседям и помогали им. Вот и все, что я имею в виду. Это основа кооперативного движения.

– Мы по-прежнему так делаем. Готовим большой ужин и все такое. Две недели назад, когда убирали овес, мама привела всех своих друзей. Было весело.

Похоже, все с облегчением вздохнули.

Элоиза повернулась к мистеру Зильберу и сказала:

– Кстати, Розанна всегда подавала самое вкусное мороженое. А я заставляла детей крутить рычаг.

К тому времени, как вернулись Фрэнк с папой, Элоиза и дядя Юлиус уже уехали. Трактор оказался черным «Фармоллом» с красными колесами. Сначала надо было завести передний двигатель, работавший на бензине (он назывался пусковой двигатель), а от этого заводился настоящий мотор на дизельном топливе. Фрэнки считал, что за исключением его велосипеда, конечно, трактор – это самая отличная штука, но Джо он казался шумным и уродливым, и ему не нравилось, что Джейк и Эльза больше ничего не будут делать, – возможно, теперь папа решит, что от них никакого проку, и отправит их в Ашертон на скотобойню. Джо прекрасно знал: папа может сколько угодно повторять, что Джейк и Эльза – прекрасные лошади и для них всегда найдется дом, но вдруг кто-нибудь из них наступит в яму и сломает ногу, и папа решит, что не стоит звать ветеринара и лечить их. Джо подумал, что когда вырастет, то непременно заведет собаку, и никто его не остановит.

1934

Фрэнку исполнилось четырнадцать, но выглядел он на шестнадцать, а вел себя на все восемнадцать. Каждое утро, проснувшись, он сначала делал свою работу на ферме, потом умывался, садился на велосипед и уезжал еще до того, как спускалась мама. До школы он мог добраться за пятнадцать минут, в зависимости от состояния дороги и силы попутного ветра. В этом году снега было немного, а тот, что выпадал, был легким, сухим и почти сразу исчезал. Добравшись до школы, Фрэнк оставлял велосипед и снова умывался. Старшая школа располагалась в сравнительно новом здании из красного кирпича с высокими потолками и белой отделкой на окнах. Она работала всего три года, но среди учеников уже существовало разделение на фермерских и городских, пусть даже последние прибывали из «города» Денби или «города» Рэндольфа, который располагался в пяти милях к северу от Денби и был даже меньше его. Лучшая часть Ашертона находилась к югу от Мэйн-стрит, и тамошние дети посещали другую старшую школу, но дети из Ашертона в Норт-Хай с удовольствием корчили из себя важных персон при фермерских детях. Впрочем, не при Фрэнке.

Никогда еще ничего в жизни не нравилось Фрэнку так, как старшая школа. Ему нравилась Римская империя, ему нравились пестики и тычинки, ему нравилось, что a(b + c) = x, ему нравился «Остров сокровищ», ему нравились уроки труда, хоровое пение, нравилось вальяжно расхаживать по коридору, как будто у него полно свободного времени, улыбаться девочкам и смеяться над мальчиками (или вместе с ними – главное, чтобы они не смогли заметить разницу). Ему нравилось, что он высокий, широкоплечий, нравилось ловить на себе заинтересованные взгляды. Да, все знали, что он с фермы, – он этого и не скрывал, – но он всегда следил, чтобы на ботинках у него не было следов навоза, и всегда держался спокойно и непринужденно. Его лицо медленно расплывалось в улыбке (над этим он работал), и он никогда не отвечал «да» или «нет», а только «возможно». Например: «Ты сделал то домашнее задание?» – «Возможно». – «Ты смотрел «Бродвей Билл»?» – «Возможно». – «Ты идешь на рождественскую вечеринку к Фрэдди Хейвуду?» – «Возможно». Это слово имело кучу значений: да, нет, мне все равно, не скажу, еще не решил. Как раз такие слова ненавидели Уолтер и Розанна. А лучше всего в старшей школе было то, что там не было Минни и Джоуи. Проехав на велосипеде всего три мили, он оставлял позади практически всех, кого знал.