Читать «Лётчик: Лётчик. На боевом курсе! Под крыльями Босфор» онлайн

вокруг ночью бродило, а его не обнаружили. Далеко улетел, кисть до сих пор болит. Но это она и от ночной гимнастики болеть может.

Самое интересное, никто не собирался уничтожать самолёт на земле. Целью группы было испортить систему питания двигателей таким образом, чтобы она отказала в полёте. И где-нибудь над Балтикой нам бы и… Песец, короче. Концы в воду. Ну и что, что парашюты есть? Вода в море холодная, долго на плаву не продержишься. Даже несмотря на то, что самолёт деревянный. Железа-то на нём много, на дно быстро отправишься. А спасательных лодок на борту нет. Вот ещё один вопрос на будущее…

Проведали и Михаила. Теперь ему долго в лазарете отлёживаться. Придётся пока обойтись без него…

Улетели мы в ночь. Невзирая на отговорки, несмотря на больную ногу. Единственное, так это днём, наедине, серьёзно переговорил с Маяковским и механиком Серёжей. Теми самыми караульными. Гражданские, что с них взять? Не под трибунал же сразу отдавать? Надеюсь, наука им будет на всю оставшуюся жизнь…

А то, что в ночь улетели, так штурман нам тогда для чего? Вот пусть и работает. Компас есть, береговую черту прекрасно видно. Да даже звёзды видно. Так что ничего страшного. Как раз ночью пройдём над Швецией, никто нас и не увидит. Под утро пройдём Зеландию, а там и Киль.

Буду надеяться на то, что никто нас в такую рань ждать не будет. Нет, то, что ждут, это и гадать не нужно. Ночной пленник чётко показал, что информация о прибытии великого князя в Ревель ушла кому у них там положено. Так что ждут, и ждут наверняка, и наверняка знают о нашем предстоящем вылете. Да и нет здесь другого пути на запад. Морем нереально, не пропустят корабль немцы. Если только севером пройти или югом, через Средиземное море, но это даже на шутку не тянет. А вообще зло берёт. Где наша контрразведка? Почему так плохо работает? Утешает одно, подобные вопросы не только мою голову посетили. Великий князь сразу Эссена в соответствующую позицию попытался поставить. Правда, не вышло у него ничего. Адмирал и сам не промах, точно такой же вопрос Александру Михайловичу задал. И был абсолютно прав.

Как раз этот момент я и застал, когда в приёмную вошёл. Двери-то в кабинет открыты, почти нараспашку. Ичигов вид делает, что его как бы и нет, но сам внимательно к разговору за стеной прислушивается. Не знал бы Алексея Владимировича, первым делом на него бы и подумал. Ведь слив информации наверняка из штаба идёт. Ладно, пусть со всем этим дальше жандармы разбираются. Кстати, снова никого из них не видно. Надеюсь, делом занимаются, а не от княжеского гнева прячутся?

На аэродром мы уходили в обычной повседневной одежде. Потому что переодеваться в зимнее мы тоже будем в самолёте перед самым вылетом. Для секретности. На всякий случай. Хоть за день вроде бы никто из посторонних пробраться к нашему самолёту больше не пытался, но подстраховаться не помешает.

Личные вещи оставили в комнатах, единственное – прихватил свой неразлучный саквояжик. Может, всё-таки удастся выгодно драгоценности в Дании пристроить?

Нога… А что нога? Ну, болит, но лететь-то нужно… Вот только в самолёт мне пришлось забираться через боковой люк. Кивнул укутанным в тулупы Александру Михайловичу и Второву, улыбнулся казачкам. Пробрался мимо подвешенных на держателях бомб, погрозил кулаком лыбящемуся на меня Маяковскому, залез на своё рабочее место. Вот кому всё как с гуся вода…

С Богом! Запуск!

Глава 10

Прогрели моторы, порулили на старт. Вес у нас сейчас максимально взлётный, и оттого с места тронулись очень тяжело – колёса успели продавить неплохие такие ямки в грунте. Пришлось хорошо газануть, чтобы вырваться из земляного плена. Полетела в клубах песка и серой мелкой пыли вырванная с корнем трава, закрутилась, взлетела выше самых высоких деревьев и плавно полетела в сторону города, подхваченная вечерним ветром.

Секретность вылета… Какая тут к чёрту может быть секретность! От души матюкнулся, про себя, само собой, завидев стоящую возле ангаров толпу провожающих. Был же уговор – никаких проводов! Нет, кому-то невтерпёж свои верноподданнические настроения великому князю продемонстрировать. И невдомёк им, что не видит он со своего места этого рвения… Ни дна ему, ни покрышки! А вот кому не нужно – обязательно увидит, отметит, сделает правильные выводы и быстренько доложит наверх, по команде… И будет нас ожидать горячий приём в небе Балтики!

Ладно, что материться-то, поздно. Да и смысла особого нет. Те, кому нужно (или наоборот, не нужно) и так знают – раз самолёт пошёл на взлёт, значит, и князь находится на его борту. Да и ладно! Что я тут попусту свои нервы трачу? Нет возможности предотвратить все подобные вероятности, значит, остаётся только принять эти вероятности как действительность.

Катимся. Вот и «колючка», ограничивающая взлётное поле со стороны города. Дальше за ней уходит к городу и штабу флота пыльная грунтовая дорога. Здесь заканчивается аэродром, и отсюда я начну взлёт. Потому и откатился в самое начало, к кромке поля – пусть запас для разбега побольше будет. Развернулся плавно, по большой дуге, чтобы сильно не напылить, дал команду инженеру установить максимальные обороты моторам. Только тогда и сообразил, что можно было не стараться с плавным выруливанием, всё равно за нами сейчас океан поднявшейся в воздух пыли.

Катимся. Моторы выходят на взлётный режим – приборов нет, определяем это только по звуку и тяге винтов, самолёт дрожит от нетерпения, словно рвётся в небо. С Богом!

Медленно нарастает скорость. Успеваю в который уже раз пожалеть об отсутствии механизации крыла и в который раз себе же и ответить, что пока это, к сожалению, недоступно по многим причинам.

Проплыли слева ангары с группой провожающих граждан, а мы всё разгоняемся и разгоняемся. Направление только выдерживаю без проблем, прямо на далёкие серые силуэты стоящих на рейде кораблей. И на частокол мачт более мелких судёнышек. Картинка красивая, но в данный момент она глаз не радует. Ощущения от затянувшегося разбега потому что не самые приятные. Само собой, в любом случае нам до них не достать – больно уж далеко от берега. В самом плохом случае просто в море окажемся.

К счастью, штурвал помаленьку начал оживать. Какие-то нагрузки на нём появились. Это радует, потому как уже и конец лётного поля виден. С такой же «колючкой» и невысоким частоколом поддерживающей проволоку ограды.

Бежим и бежим. Плавно отрываю