Читать «Град обреченный. Путеводитель по Петербургу перед революцией» онлайн
Лев Яковлевич Лурье
Страница 23 из 80
Вид на Английскую набережную. Фото из архива А. Вырубовой
36. Дом Полякова
Английская наб., 62
В 1895 году дом № 62 приобрел купец 1-й гильдии, банкир Яков Соломонович Поляков, для него этот возведенный в XVIII веке особняк перестраивал архитектор Борис Гиршович.
Жить Якову Полякову на Английской набережной было очень удобно. Один брат – Самуил – владел домом № 4, другой – Лазарь – домом № 12.
Яков Поляков имел торговый дом, контору буксирного пароходства, учредил Донской земельный банк. Был соучредителем и совладельцем Азовско-Донского и Петербургско-Азовского банков, финансировал строительство железных дорог. Он, некрещеный еврей, получил чин тайного советника и потомственное дворянство. После смерти Якова Полякова в 1909 году дом перешел к его свойственникам, Игнатию Леоновичу и Елизавете Варшавским. Он принадлежал им до самой революции.
Игнатий Варшавский был внуком Абрама Варшавского, прославившегося в 1878 году сверхскоростной постройкой железной дороги к фронту русско-турецкой войны. Репутация у него была сомнительная. С одной стороны, железная дорога была построена в срок, невероятно быстро, с другой – ее стоимость и качество не соответствовали никаким даже минимальным стандартам. К тому же Абрам Варшавский нажился на поставках в российскую армию продовольствия, переоцененного и некачественного.
Сын Варшавского, Леон Абрамович, женился на дочери другого железнодорожного короля, Самуила Полякова. Потомком Поляковых и Варшавских и был владелец дома. Он обрусел, закончил Царскосельскую Николаевскую гимназию, и, как позже писал его одноклассник Сергей Горный, «был пухлый, какой-то ватный, такой округлый и затянутый в касторовое сукно куртки и брюк, что его все трогать хотелось». Как и полагается царскоселу, князь Варшавский писал стихи.
Окончив гимназию и Петербургский университет, Леон Варшавский стал юристом.
Игнатий Леонович Варшавский. Гимназист. 1900
37. Дом шведского посольства
Английская наб., 64
В 1886 году дом купила Софья Васильевна Линдес, жена крупного экспортера леса и льна, шведа по национальности. Для нее архитектор Виктор Шретер производил в особняке внутренние работы: была сделана новая парадная лестница, в бельэтаже – большой зал. Затем особняк был расширен в дворовой части.
В 1913 году дочери Линдес продали особняк шведскому правительству. Здание было перестроено в стиле северного модерна зодчим Артуром Грубе, и сюда переехало шведское посольство, которое находилось здесь до 1936 года.
Шведы были одним из самых влиятельных национальных меньшинств в Петербурге того времени. Большинство столичных шведов не переходили в русское подданство, отбывали военную службу в родном королевстве, посещали Шведскую церковь на Малой Конюшенной улице.
Среди знаменитых шведов следует назвать представительное семейство Нобелей, машиностроителей и нефтяников. В начале XX века концерн «Нобель» возглавлял Эммануил Нобель, сделавший свои заводы крупнейшим производителем дизельных двигателей в мире. Телефоны в Петербурге производила фирма Эриксона, председателем правления завода был Генеральный консул Швеции в Санкт-Петербурге Хагелин. Арифмометры производил завод другого шведа – Вильгодта Однера. Самыми популярными и дорогими ювелирами в Петербурге были Болины и Фаберже. Среди петербургских шведов было два выдающихся архитектора – Карл Андерсон и Федор Лидваль.
Всего к 1910 году в столице России жило 3000 шведов, из которых 70 % были подданными королевства. Местами их компактного проживания были районы между Невским проспектом и Мойкой, Выборгская сторона и Васильевский остров. Шведский флот представлял серьезную угрозу для русского Балтийского, поэтому военный атташе был чрезвычайно заинтересован в информации о Кронштадте и Свеаборге. Когда же выяснилось, что в возможной будущей войне с Германией Швеция, скорее всего, будет нейтральной, было решено закрепить улучшающиеся отношения браком великой княгини Марии Павловны младшей, внучки Александра II, и шведского принца Вильгельма (дружбе это не способствовало, русская принцесса наставила супругу рога).
Телефонный аппарат фирмы «Эриксон»
38. Дворец великого князя Павла Александровича
Английская наб., 68
Особняк, построенный в 1859–1862 годах архитектором А. И. Кракау, был выкуплен у приемной дочери барона А. Л. Штиглица Надежды Половцовой (в девичестве Июневой), и в 1889 году после свадьбы с греческой принцессой Александрой Георгиевной в нем поселился младший сын Александра II Павел Александрович. Этот счастливый брак был прерван смертью принцессы: Александра умерла в 1891 году во время вторых родов. Ребенок, великий князь Дмитрий Павлович, выжил. Тридцатилетний Павел Александрович остался вдовцом.
В молодости младший сын Александра II считался самым стильным и беззаботным из молодых Романовых: «Он хорошо танцевал, пользовался успехом у женщин, был очень интересен в своем темно-зеленом с серебром доломане, малиновых рейтузах и ботиках Гродненского гусара. Беззаботная жизнь кавалерийского офицера его вполне удовлетворяла». Отлично складывалась и его военная карьера: командующий лейб-гвардии Конным полком (1890–1895), командующий 1-й гвардейской кавалерийской дивизией (1896–1898), командующий Гвардейским корпусом (1898–1902).
Великий князь Павел Александрович с первой супругой Александрой Георгиевной
«Еще до рождения сына Павел Александрович получил в командование Конный полк, куда в день своего рождения был зачислен и Дмитрий Павлович. В полку искренне любили и ценили великого князя за поддержание старых традиций и блестящей строевой репутации конногвардейцев», – вспоминал генерал Мосолов.
Вторая супруга великого князя Павла Александровича княгиня Ольга Палей
В 1896 году у Павла Александровича начался бурный роман с Ольгой Валерьяновной Пистолькорс, матерью четырех детей, супругой адъютанта великого князя Владимира Александровича, генерала Эриха фон Пистолькорса. Ольга развелась с мужем, в 1902 году, несмотря на все существующие запреты, обвенчалась с Павлом Александровичем и родила ему еще сына и двух дочерей.
Николай II писал вдовствующей императрице Марии Федоровне: «В день отъезда своего за границу дядя Павел приказал ему дать в вагон 3 миллиона рублей из своей конторы, что и было исполнено. Из этого вполне видно, что дядя Павел заранее решил провести свое желание в исполнение и все приготовил, чтобы остаться надолго за границей. Еще весною я имел с ним крупный разговор, кончившийся тем, что его предупредил о всех последствиях, которые его ожидают, если он женится. К всеобщему огорчению, ничего не помогло… Как это все больно и тяжело и как совестно перед всем светом за наше семейство».
По этому поводу