Читать «Последняя битва» онлайн

своих овец и лошадей, главной целью захвата региона для русов оставалась христианизация населения. В остальном, кроме обязательного обучения детей в школах, власти не собирались менять образ жизни кочевников и скотоводов. Даже массовая вакцинация и лечебно-гигиенические меры не внедрялись среди аборигенов, оставаясь услугами для редких поселений русов, миссионеров и исследовательских станций.

Впрочем, пока существующее положение вещей вполне устраивало заметно выросшее количество торговцев, активно осваивавших огромный рынок Московской Руси. После того как кочевые племена казахов и башкир вмешались в завоевание русами Туркестана, хотя и выступали в роли наёмников, огромные степи заметно опустели. Русы, представленные в Средней Азии полками германской мотопехоты, снизили численность своих противников до критически малой величины. Хотя даже интеллекта средневековых кочевников хватило на то, чтобы после нескольких бесславных поражений от русов, в ходе которых пушки и пулемёты практически уничтожили казахские и башкирские орды, вооружённые луками и саблями, сопротивления больше не оказывать.

Кочевья наёмников-неудачников, оставшиеся без защиты, были вырезаны или ассимилированы более сильными соседями, которые, в свою очередь, поспешили принять власть московского царя Иоанна, пока их, таких независимых, не истребили механизированные батальоны русов. Причём власть московского царя успели принять исключительно башкиры и казахские Жузы, кочевавшие значительно севернее средневекового Туркестана, поскольку механизированные батальоны русов были заняты захватом более южных районов Туркестана, включавших в себя кроме собственно Туркмении будущий Узбекистан, Киргизию и Уйгурию, называемую Восточным Туркестаном. Не возникший пока Таджикистан был захвачен русами в первую очередь, ещё на пути продвижения из долины Инда в Афганистан и Туркестан. За прошедшие годы русы, действуя методами «цивилизованных германцев», успешно навели порядок на захваченных землях.

Новороссийские миссионеры в тесном взаимодействии с греческими монахами довольно быстро восстановили «веру предков» на захваченных землях Средней Азии, чему немало поспособствовали не только многочисленные заброшенные православные церкви, но и налоговые каникулы на семь лет для православных подданных Новороссии. Тем же туркменам, узбекам, таджикам и прочим пуштунам, кому не пришлись по нраву новые власти, пришлось переселиться вместе со всеми родственниками на другие земли. Как правило, в жаркие земли Центральной Америки или бассейна реки Конго: русы не ставили перед собой цель уничтожения своих подданных, пусть и непокорных. Так вот, к началу 7118 (1610) года владения русов в Средней Азии доходили на севере до озера Арал, откуда начинались владения Московской Руси.

На востоке механизированные колонны русов более десяти лет назад легко перебрались через перевалы в Восточный Туркестан, раздираемый междоусобными войнами двух мусульманских сект ходжей, «белогорцами» и «черногорцами». Воспользовавшись разрозненностью некогда единой страны, называвшей себя Мамлакат и Могулия, что в переводе означало Государство Моголов, германские батальоны русов наголову разгромили последний оплот империи Великих Моголов. Правда, позднее оказалось, что уйгуры никакого отношения к владениям шаха Акбара в Северной Индии не имеют, но, как говорится, «осадочек остался». И русы с азартом зачистили последние очаги сопротивления в захваченной стране, обосновавшись в бывшей столице уйгуров Яркенде.

Как выяснилось, кроме мусульманских сект ходжей уйгуры исповедуют те же зороастризм, буддизм, несторианство и манихейство. Учитывая происхождение последних двух религий от православия, проблем с крещением аборигенов в «религию предков» не возникло.

Потому к 7118 (1610) году на огромном пространстве степей, от Каспийского моря до пустыни Такла-Макан, от предгорий Копетдага, Тянь-Шаня, Памира до Южного Алтая и Тибета, русы добились спокойствия и мира среди аборигенов без особого изменения их образа жизни. Главным изменением стало полное вытеснение ислама из региона с активной заменой его православием. Вплоть до выселения непримиримых магометан в другие регионы необъятной Новороссии. Но большинство племён этих изменений практически не заметили, продолжая считать Христа одним из множества языческих божеств, населяющих степи и горы. Тут перед православными миссионерами стояли задачи вековых масштабов по изменению психологии аборигенов.

Иных новшеств на огромных землях, заселённых кочевыми народами, русы не проводили, неспешно изучая геологическое строение и просчитывая перспективы добычи полезных ископаемых. С неадекватными аборигенами, пытавшимися сохранить дикие традиции кражи скота и женщин у соседей, русы разбирались вполне в духе «цивилизованных немцев», в стиле «дранг нах остен» нашей прежней истории.

Равнодушно и спокойно после очередных набегов кочевников на соседей во владениях Новороссии небольшие отряды русов проводили ответные рейды. Независимо от того, кем были обидчики и где жили, в границах ли Новороссии или за её территорией. Естественно, с определённым перегибом, выразившимся не в грабеже жалких хижин, где мешок проса считался богатством. Нет, русские отряды в сопровождении самолётов разведки методично захватывали всех жителей беспокойных селений, отстреливая сопротивлявшихся с оружием в руках. Затем неторопливо и методично вывозили всех любителей лёгкой добычи и кровных обид с немудрёным скарбом в ближайший порт. Откуда, после необходимой сортировки, остатки пленённых банд разбойников и их родичи отплывали на освоение джунглей или необитаемых островов, где грабить соседей не удастся по причине их отсутствия.

На освободившиеся земли русы расселяли более лояльных подданных, либо соседей-кочевников, либо православных индусов, привычных к сухому климату степей. Таким образом, широкий караванный путь из Индии и Средней Азии в Европу за несколько лет стал вполне безопасным и быстро проходимым.

Так и вышло, что все торговые караваны свернули свои пути на север, минуя Персию, а южные купцы, соответственно, грузили свои товары на корабли, опять же, минуя Персию. За годы гражданской войны утвердившийся на севере страны шах Аббас всё сильнее проваливался в финансовую пропасть, лишённый поступлений от транзитных торговцев. Держался правитель династии Сефевидов исключительно на увеличенных налогах, выбиваемых из нищавших подданных, и остатках своей некогда огромной казны.

Юг Персии, оказавшийся под властью восставших огнепоклонников, за эти годы неплохо заработал на сотрудничестве с русами. Не только на добыче и перевозке нефти из многочисленных открытых колодцев, но и на портовой торговле. Многие персы нанимались на нефтяные предприятия русов, на их корабли, на строительство, развернутое в безлюдной Аравии. Сотрудничество с русами в нестабильной обстановке гражданской войны стало для персов символом удачи и богатства.

Потому и вырос авторитет русов среди населения юга Персии, вплоть до принятия некоторыми (пока) торговцами православия. Соответственно, группе Кожина на таком фоне легче было добиться общего языка с огнепоклонниками. Тем более что некоторые персидские торговцы и моряки успели побывать в Израиле, Лангедоке, Провансе и активно включились в пропаганду создания своего государства, без шаха и без магометан.

Учитывая отсутствие центральной власти, опыт переворотов во Франции, изученный оперативниками ещё в Петербурге, добиться создания собственной вооружённой группировки среди разрозненных огнепоклонников в юго-западном регионе Персии нашим оперативникам удалось спустя пару лет работы. С помощью своего отряда Сергей Кожин навёл относительный порядок на контролируемой