Читать «Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года» онлайн

есть. Французы же не зря полицию образовали. Одни русские люди других русских ловить должны, чтобы французам не рисковать.

– Да разве я против? Это я на счет харчей говорил.

Но сегодня не пошли никуда, отдых себе устроили. Зато на следующий день началось необычное. Отошли от имения на квартал, а по улице польская кавалерия скачет. Много. За всадниками обоз тянется из многих подвод, почти на квартал длиной. Алексей подумал, не к Калуге или Рязани Наполеон войско выдвигает? Да и что сказать – уже месяц как Бонапарт в Москве, а от русского царя гонцов с предложениями о мире нет, и дворяне с поклоном не идут, и крестьянских делегаций нет с просьбой отменить крепостное право.

Глава 5. Бегство оккупантов

Алексей предположил передислокацию. Кавалеристы и обоз прошли. Еще пыль не осела, показался отряд пехотинцев, не меньше двух рот численностью. И он прошел. Алексей с Матвеем наблюдали за улицей, находясь в брошенном доме.

Когда пехота скрылась из виду, вышли на улицу. Навстречу мужик. Увидев Алексея в чужой форме, закричал:

– А! Уходите? Не дождались ключей от города! Чтоб вам всем сдохнуть!

И исчез в переулке. Потом попался селянин на подводе. При виде Алексея вытащил топор из-под облучка. Но Алексей достал пистолет из кобуры:

– Тебе башку дурную прострелить?

– Так уходят из города ваши.

И зверем смотрит.

– Топор брось и езжай, пока цел.

Мужик топор на подводу бросил и уехал. Неужели армия в самом деле покидает Москву? Не верилось, ибо французы, казалось, обосновались обстоятельно. Кого из поджигателей ловили – расстреляли. Часть оставшихся сотрудничать начала, еще часть выжидала, чем кончится. Немногие в одиночку или небольшими группами пытались вредить: убивали патрули, жгли воинские склады.

А причиной ухода было столкновение 6 октября части русского войска генерала Беннигсена с корпусом Мюрата, случившееся на реке Чернишне под Тарутиным. Мюрат был отброшен с потерями за село Спас-Купля. Наполеон осознал, что армия Кутузова не разбита, не разбежалась, находится в боеспособном состоянии и наверняка собирает силы для удара. И если Кутузов войдет в Москву, пространства для маневра конницей и применения пушек не будет. Город придется покинуть с большими потерями. Дворянство русское с поклоном и символическими ключами от города не пришло, император попытки просить мира не предпринимал. И Наполеон отдал приказ покинуть ненавистный ему город. Французы заняли Москву 2 сентября и пробыли в городе 36 дней. Проявили себя отнюдь не благородно – загадили церкви, пытались взорвать Кремль, ограбили храмы и богатые усадьбы. Наполеон осознал, что мира на его условиях, как в других завоеванных им странах, не будет. А если остаться дольше, проблемы с продовольствием станут еще серьезнее. Население относится к французам враждебно, в отличие от других покоренных городов. Уходили по Старой Калужской дороге. Бонапарт отдал приказ маршалу Мортье, назначенному генерал-губернатором города, поджечь магазины, казармы, все публичные здания в городе, в том числе Кремлевские дворцы. А стены и башни Кремля, храмы – взорвать. Не все, что повелел уничтожить Наполеон, удалось осуществить Мортье. Во-первых, древние строители работали на совесть. Динамита не было, а пороховые заряды не смогли развалить каменную кладку. Кое-где стены дали трещины, но устояли. И во-вторых, французы боялись попасть в плен: до ухода оккупантов из города к его окраинам уже подступал кавалерийский авангард под командованием А. Х. Бенкендорфа. И если бы французы попали в плен к всадникам или казакам, смерть через расстрел показалась бы легкой, столь велика была ненависть к оккупантам, осквернившим святыни и намоленные места. Но авангард был мал, и в город хлынули крестьяне из ближних сел. Увозили из городских домов все имеющее ценность: банкетки, шкафы, бюро, столы. Обычным разбойникам, которые промышляли в период оккупации, мебель была не нужна. Деньги, драгоценные украшения, оклады с икон, а еще провизия, вино – вот круг их интересов. По Москве прокатилась волна убийств. Где-то господское имущество защищали слуги, в других местах – сами владельцы. Но пьяные грабители, врывавшиеся в дома и имения в численном преимуществе, не имели жалости и убивали даже тех, кто не оказал сопротивления. Кавалеристы Бенкендорфа принялись наводить порядок. Каждого грабителя, кого удалось поймать с оружием, будь то топор или дубина, в чужом доме, немедленно казнили без суда. Грабители в испуге кинулись из города. Уже после ухода из города последнего французского солдата с улиц Москвы было вывезено в братские могилы 11 959 трупов людских и 12 546 – конских.

Алексею тоже довелось схлестнуться с шайкой. Он вместе с Матвеем шел в Китай-город, как вдруг из трехэтажного кирпичного дома вывалился пьяный мужик в армяке. За волосы он тащил молодую женщину, судя по одежде – служанку. В другой руке мужик держал здоровенный тесак с окровавленным лезвием. Видимо, только что пустил в ход в доме. Алексей закричал:

– Отпусти женщину!

Разбойник отпустил волосы, но пьян был настолько, что опасности для себя не почувствовал, бросился на Алексея. Выстрелил Алексей ему в грудь, чтобы наверняка. Ранения в сердце смертельные и в двадцать первом веке, а в девятнадцатом и подавно. На звук выстрела из дома выбежали еще двое, да при трофейных саблях, судя по темлякам. Одного сразил Матвей топором, второго застрелил Алексей. Минута прошла, а у дверей три трупа.

Алексей к женщине обратился:

– Сколько разбойников было?

– Не знаю.

Женщина в шоке пребывала. Алексей и Матвей вошли в здание. Картина жуткая. На лестнице старый слуга в зеленой ливрее с перерезанным горлом. Через распахнутые в зал двери видна убитая женщина – вся одежда в крови. Поднялись на второй этаж. Здесь ни живых, ни мертвых, но все перевернуто, вещи разбросаны.

За ними и женщина вошла – от увиденного в полуобморочном состоянии, за стену держится.

Алексей и Матвей вытащили трупы во двор – оставшейся в живых женщине в одиночку не справиться, тяжело физически, да и морально. Убирать надо, кровь замывать, иначе трупный запах пропитает весь дом миазмами, невозможно будет жить.

Когда перетаскивали мертвых, Алексей вымазался в крови.

– Тебе бы мундир сменить. В крови, за убивца посчитают. Да если бы и чистый был, все равно снять надобно. За супостата примут да стрельнут.

Это верно. Алексей по дому прошелся, открывал сундуки и шкафы, высматривая себе одежду. Подходящая по размеру, да не помпезный костюм хозяина, а рабочая – штаны, рубаха, куртка – нашлась в комнате для прислуги. Ее и надел. Ремень с кобурами удачно куртка прикрыла. Немного ножны видны из-под полы, так у кого сейчас оружия нет? Без него в беспокойные времена не выжить. Особенно, как сейчас, когда