Читать «Отблески солнца на остром клинке» онлайн
Анастасия Орлова
Страница 15 из 105
Чем ближе подступал день ритуала, тем мрачнее становился Каннам. Играл на свирели он всё реже, но всё чаще сбегал по ночам в дальний угол сада, взбирался по неровной, поросшей плющом стене на самый её верх и сидел там чёрным силуэтом на фоне серого неба, сосредоточенно вглядываясь в бескрайние холмы, обступающие Варнармур. Иногда к нему присоединялся и Ярдис, и тогда они сидели вдвоём, молча глядя на занимающийся рассвет.
— Однажды нас здесь застукают и так взыщут, что мало не покажется, — невесело хмыкнул Ярдис. Голос его уже изменился и звучал теперь бархатисто и совсем не по-мальчишески. Впрочем, назвать мальчишкой этого широкоплечего пятнадцатилетнего юношу язык бы не повернулся.
— Я тебя за собой не тяну, — отозвался Каннам. — Ступай в келью, спи свои сны.
Ярдис улыбнулся уголком губ, почесал пальцем пшеничную бровь.
— Скучно спать сны без снов. А их давно уж нет.
— И теневых историй на потолке? — Каннам сидел на стене, подогнув под себя ноги, и не отрывал взгляда от линии горизонта, но казалось, он не видел горизонта вовсе, а смотрел куда-то за него, на многие меры дальше и, возможно, достигал своим взором до родной деревни.
— Я разучился их читать, — помолчав, ответил Ярдис. — Совсем тихо стало внутри.
Каннам рассеянно улыбнулся.
— «Обретённая тишина — признак полноты аруха и внутреннего совершенства», — процитировал он отца наирея.
— А кажется, что внутри лишь пустота и никакого совершенства.
— Может ли пустота быть совершенством, как считаешь? — Каннам вновь улыбнулся, и Ярдису в его улыбке привиделась горькая усмешка. — У меня тоже эта тишина, Ярдис. Но я не думаю, что она — то самое, о чём нам толкуют наставники и отец наирей. Пока она больше смахивает на тоску. И свирельных песен уже мало, чтобы заполнить её. Как думаешь, — Каннам свесился с края, глядя на убегающий вниз голый камень выглаженной ветрами стены — плющ по ту сторону не рос, — можно ли спуститься, не переломав ног и не свернув шеи? С нашими-то умениями, м-м? И если можно, то почему никто не сбежит?
— Замолчи, во имя Превоплотившего! — гневным шёпотом одёрнул его Ярдис. — Сам-то понимаешь, чьи мысли завладели твоим языком? Это же отступничество — верная смерть и вечный позор!
— И что теперь?
— Не внимай шёпоту Неименуемого! Изгони его из своего аруха, он есть погибель. Наполни светом Первовечного, в нём сама жизнь.
— Не цитируй мне Книгу Превоплотившего Маурума, я её и без тебя назубок знаю. Одного только не понимаю: если мы тут и правда наполняемся светом Первовечного, в коем сама жизнь, мы должны полниться этой жизнью, так? А внутри всё пустота. Выходит, жизнь не здесь. Может, и Первовечный тоже не здесь.
— Где же тогда? — спросил Ярдис, догадываясь, что ответа знать не хочет.
— Может, там. — Каннам кивнул на светлеющую полоску неба над ещё чёрными холмами.
«Где капли дождя на лице, капли росы под ногами, капли родниковой воды на губах. Песни свирели и прикосновения нежной женской руки…» — прозвучала в голове Ярдиса непрошеная мысль.
Несколько дней Ярдис носил в себе эти слова и эти мысли, и тишина внутри наливалась свинцом, а пустота тянула жилы монотонной болью.
— Ты не знаешь, как там, — сказал он, придя однажды ночью под стену, на которой сидел, скрестив ноги, Каннам. — Ты не знаешь, как там, и не можешь сравнивать! Может статься, что тишина там ещё оглушительней, а пустота — необъятней. Наш путь проверен столетиями, завещан Превоплотившим Маурумом и благословлён самим Первовечным!
Каннам отозвался не сразу, как-то нехотя стряхнул с себя странное оцепенение и посмотрел через плечо вниз, на задравшего голову Ярдиса, и горькая усмешка в его глазах проглядывала ещё приметней.
— Это ты не знаешь, Ярдис, — едва слышно ответил он. — Ступай, спи свои сны.
Ярдис постоял ещё немного, а потом поплёлся в келью. У чёрного хода его поджидала чья-то тень.
— Римар? — удивился Ярдис, когда скупой серый свет выхватил из полумрака рыжую пятипрядную косу. — Что ты тут делаешь?
— За тобой гляжу, брат Ярдис, — спокойно, но как-то недобро ответил Римар.
Ярдис помолчал, пытаясь по взгляду Римара определить его намерение.
— Скажешь отцу наирею?
Тот лишь покачал головой. В глазах же читалось беспокойство и неодобрение.
— Нет верности в том, кто способен предать брата по труду, — глухо ответил Римар. — Верный верен во всём. Но я должен вразумить тебя, брат Ярдис. — Римар бросил быстрый взгляд ему за плечо — удостовериться, не возвращается ли Каннам, и продолжил: — Ты хоть понимаешь, с кем связался? Чьи песни пьёшь, как родниковую воду, в чей след ступаешь?
Ярдис непонимающе нахмурился. Римар озадаченно приподнял тёмно-рыжие брови.
— Что, правда не догадываешься? Он же тебе только что ответил. — Римар помолчал, ожидая, что Ярдис наконец догадается, но тот по-прежнему не понимал. — Брат, он знает, как там. Потому что он там бывал, — многозначительно произнёс Римар.
— Все мы бывали. Жизнь там начинали и что-то ещё помним.
— Я не про то. Он бывает там до сих пор. Вот и сейчас ты его, возможно, выдернул из чьей-то тёплой постели…
— Что?!
Римар вновь глянул через Ярдисово плечо.
— Его аруху подвластны внетелесные путешествия. Он сангир, брат Ярдис. Сангир, ещё не овладевший мастерством крови. Перевёрнутый амарган. Чадо Неименуемого. То-то и свирель его столь сильна — он питал её своим арухом.
— Нет, не может быть! — Ярдис отшатнулся, как будто кровавым сангиром был Римар, а не Каннам. — Тебе показалось! Ты его совсем не знаешь. Вы не друзья. А я — я всегда был близко…
— Так близко, что и не разглядеть, — вздохнул Римар.
— Нет. Нет, он вовсе не то… Это же Каннам! Он просто запутался, просто думает, что…
— «Учитесь исследовать и наблюдать мир ясным арухом и не отождествлять себя с этим миром, не приписывать ему свои мысли и чувства», помнишь? Я смотрю ясно и остро, вижу и подмечаю, и делаю выводы, а не додумываю. И тебе советую, брат Ярдис. — Римар сжал его руку повыше локтя. — До ритуала считаные дни. Приглядись. Пойдёшь за Каннамом — угодишь в силки Неименуемого, — и, заменив учтивый полупоклон сочувственным кивком, пошёл обратно в келью.
«Разве может сангир стать скетхом? — размышлял Ярдис, доискиваясь ответов на тревожащие его вопросы в толстых фолиантах библиотеки Варнармура. — Разве может сангир превоплотиться в Йамаран?»
Про сангиров Ярдис не знал практически ничего, а что и знал, то большей