Читать «История улиц Москвы. От Неглинной до Басманной» онлайн

На другом конце улицу как бы замыкает необычный Катковский лицей. Это здание, зажатое между спуском одного моста и подъемом другого, редко приходят смотреть специально. Но иногда его видят, переходя или проезжая по Крымскому мосту от Музеона и парка Горького. Несмотря на скромную архитектуру, это было чрезвычайно интересное заведение. Лицей в те времена был не школой, а скорее чем-то вроде университета. Лицей мог по своему статусу и уровню получаемого образования даже превосходить университеты и академии. Главной разницей было, что, в отличие от тех же университетов, лицеи не делили на факультеты. Хотя иногда в лицеях были направления, из которых можно было выбрать. У лицеев были свои уклоны. Например, в Катковском лицее делали упор на древние языки. Дело в том, что Катков, человек, сынициировавший постройку лицея, считал, что образование в Российской империи должно быть классическим. Это означало особое внимание к гуманитарным наукам и, конечно, к древним языкам.

Катков был вообще интереснейшим персонажем. С приходом к власти Александра III он прямо-таки преобразился и дал волю своим консерваторским взглядам. Он яро поддерживал контрреформы нового императора, в том числе используя свою газету «Московские ведомости». Он, по сути, с 1875 года единолично управлял настроением и направлением этой газеты, все более критикующей Александра II и его либеральные, открытые взгляды. К концу царствования императора-освободителя катковские «Московские ведомости», кажется, были повсюду. Салтыков-Щедрин, от души не любивший позицию газеты, даже пошутил в своей сказке о двух генералах, описывая необитаемый остров, на котором под кустом обнаруживается… номер «Московских ведомостей».

Однажды чрезвычайно активный Катков решил организовать лицей, в котором давали бы идеальное, образцовое (по его мнению) образование. Скинувшись со своими друзьями, товарищами и сочувствующими московскими бизнесменами, он смог организовать лицей в доме на Большой Дмитровке. Но вскоре лицей получил статус государственного, официально именуясь «Московский лицей Цесаревича Николая» – в честь умершего в 21 год старшего сына императора. Хотя почти все продолжали звать лицей Катковским. Лицей переехал в перестроенный бывший дворец графа Гаврилова. Он его однажды продал за бесценок императорской семье. Перестройкой занимался архитектор Август Вебер, автор южного крыла Политеха, цирка на Цветном и Театра зверей, известного ныне как «Уголок дедушки Дурова». Помимо того, что Вебер развернул фасад бывшего дворца, он еще и оставил среди коринфских колонн на фасаде немножко абсурдную деталь – скульптуры Кирилла и Мефодия в античных тогах… Внутри появились просторные, светлые классы с высокими потолками. На четвертом этаже – баня, столовая, больница и комнаты для студентов-пансионеров. К лицею примыкал садик, на его месте ныне – бассейн «Чайка». Помимо грызенья гранита науки, студенты играли в лапту, катались на лодках, фехтовали и получали свою долю телесных наказаний – их тут никто не отменял. Лицей выпустил десятки выдающихся людей. Среди них: искусствовед Игорь Грабарь, Патриарх Московский и всея Руси Алексий I, фабрикант Михаил Бардыгин, историк Сергей Бахрушин и так далее. После революции в здание лицея по очереди въехали: Наркомат просвещения РСФСР, Институт красной профессуры, Институт международных отношений, а после, уже с 1985 года, – Дипломатическая академия МИД. Она и сейчас здесь.

Пречистенка

В ЭТОЙ ГЛАВЕ:

• Владельцы доходных домов используют инфлюэнсеров для привлечения клиентов.

• Николай Архаров определяет виновность или невиновность человека по лицу.

Когда-то по дороге, что была на месте Пречистенки, можно было прямиком от Кремля доехать до Новодевичьего монастыря. В монастыре хранилась икона Пречистой Божией Матери Смоленской. По ней и назвали потом улицу. Здесь когда-то была Конюшенная и Стрелецкая слободы. По именам командиров стрелецких полков позже назвали некоторые переулки и бульвары в районе Пречистенки. Например, Зубовский бульвар – в честь командира Зубова, Левшинские переулки – в честь головы стрелецкого приказа Левшина. К концу 1600-х годов в районе Пречистенки стала селиться аристократия и тоже оставила свои имена в окрестной топонимике: Лопухинской, Еропкинский переулки. Так прошло два века, и начался, возможно, самый яркий период в жизни Пречистенки. Она стала купеческой. Здесь поселились Морозовы, Коншины, здесь строили красивейшие доходные дома Рекка и Исакова.

Доходный дом Исакова – один из самых прелестных доходных домов периода московского модерна. Но даже он красив лишь с фасада: все же это – доходный дом, и задача его – приносить доход. Даже стиль модерн был выбран неслучайно – это было особенно модно среди богатых и интеллигентных москвичей. Они хотели чего-то напоминающего самые свежие веяния урагана европейской архитектуры. Кто лучше удовлетворит потребности нуворишей, чем мастер московского арнуво начала ХХ века Лев Кекушев?! Он тогда был председателем Московского торгово-строительного акционерного общества. Общество это всегда в своем бизнесе ориентировалось на качество и нанимало к себе лучших архитекторов. Общество просило стать своим председателем Шехтеля, но он почему-то отказался, у них недолго работал Шервуд. А к моменту постройки – уже Кекушев. Общество было вторым старейшим в Москве домостроительным обществом, его основал Яков Рекк всего лишь через год после знаменитого Северного домостроительного общества Мамонтова. Но главное ведь быть не первым, а лучшим.

Так получилось, что вскоре Мамонтов обанкротился, и его компанию выкупило как раз таки наше домостроительное общество Рекка. Вместе с компанией к ним перешел Лев Кекушев. Миссией компании было: «Москву украсить стильными домами, которые, имея технические удобства западноевропейских городских строений, в то же время не убивали бы национального колорита Москвы». Их главной фишкой была постройка под ключ особняков и доходных домов, с тем чтобы готовыми их продать. Рекк так преуспел в этой затее, что в Москве начала века даже говорили о модерне – рекковский стиль. Обычно для своих построек они выкупали какие-то пустыри в становящихся популярными районах Москвы, а иногда и участки со старыми ветхими старинными усадебками.

Так произошло и с землей для дома Исакова. Здесь стояли старые усадебные дома. Участок выкупило общество Рекка, старые дома снесли и выстроили этот гигантский по меркам времени доходник. Кекушев, прославившийся своими асимметричными смелыми особняками, ловко подстраивался под нужды конкретного проекта. Доходник он сделал более строгим, чем он привык проектировать особняки: строгая симметрия, предсказуемые планировки, ничего слишком шокирующего. Парадная лестница – ровно по центру строения, квартиры, как крылья модернового орла, отходят от нее. В каждую можно было войти с этой лестницы. Сзади, чтобы увеличить приносящую прибыль площадь, достроили еще один этаж. Получилось, что с фасада дом – пятиэтажный, а со двора – шестиэтажный. Весь фасад очень красиво задекорирован: маски мужчин, смотрящих куда-то в бесконечную высь, а на голове у них – романтичные прически; на первом этаже прохожий, оглянувшийся на стену, увидит абстрактную мозаику, набранную из