Читать «Тень богов» онлайн
Джон Гвинн
Страница 93 из 135
– Понимаешь, мы же не подозревали на тот момент, что ты была бы рада косить целые отряды бойцов в одиночку, – добавил Морд.
– А еще с ней мог быть Гудварр, – пробормотал Лиф.
– Мы пытались придумать более хитрый план, чем просто зайти в таверну, где у врагов будет перевес двенадцать против одного, и попытаться всадить ему в живот немного стали, – добавил Морд, и его рот дрогнул в улыбке.
– Ха, – сказал Орка. – В тот момент это казалось хорошей идеей.
Она вздохнула и почесала порез на предплечье – еще одно напоминание о Дрекре и его топоре. Посмотрела на свою кольчугу. Та висела на стуле, и через всю спину тянулась прореха, кольца были разбиты и искорежены ударом топора.
– Мне нужны кольца и заклепки, – сказала она. – И молоток с клещами.
Лиф и Морд хмуро посмотрели на нее.
– Зачем? – спросил Морд.
– Я не хочу, чтобы в моей кольчуге красовалась дыра, если мы собираемся вернуться в Дарл и попытаться убить их, – сказала Орка.
– Убить кого? – спросил Лиф.
– Всех.
Орка стояла в тенистом переулке и ждала, опираясь на копье и надвинув на голову капюшон. Ранее она прокралась обратно в комнату в доме на берегу вонючего канала, которую сняла по прибытии в город, взобралась по стене и пролезла через открытую ставню, чтобы, к своему удивлению, обнаружить, что ее копье все еще там, вместе с остальным снаряжением. Правда, не то чтобы его было много.
Лиф стоял рядом с ней, прислонившись к глинобитной стене и выглядывая из-за угла на улицу. Над дверью таверны горели факелы, разгоняя темноту. Ночь была по-вороньи темной, тучи заслоняли луну и звезды. По улице ходили люди, словно беспорядочные тени. Их фигуры окрашивались в красный цвет, когда они проходили близко к пылающим факелам.
– Назад, – рыкнула на него Орка, и юноша отступил в тень.
– Он там уже давно, – пробормотал Лиф. – Слишком долго.
Орка пропустила его слова мимо ушей.
С тех пор как Лиф и Морд вынесли ее из боя с Дрекром, прошло три дня, в течение которых она покупала кольца и заклепки у фермера, у которого они остановились, чинила кольчугу, точила клинки и строила планы нападения с участием братьев. В глубине ее души таилось сомнение в их способностях, в том, хватит ли у них умения и твердости сердца, чтобы сделать то, что должно быть сделано. Кроме того, Орка не хотела, чтобы их смерть легла на ее плечи. Она и так несла достаточно тяжелого груза. Иногда ей казалось, что она слышит голоса мертвых друзей, которые что-то бормочут, и просыпалась от этого в испарине, с бешено колотящимся сердцем. Иногда она слышала голоса Торкеля или Бреки.
А другой голос шептал, что Морд и Лиф замедлят ее, отвлекут от того, что она должна сделать. Что ей лучше быть одной.
«Но они остались, чтобы предупредить меня о Сигрун, даже продали свою лодку, чтобы спасти меня, хотя могли бы просто уплыть и спастись сами», – подумала она. На весах чести Орка была перед ними в долгу. И это ей тоже не нравилось.
Что есть, то есть. Я буду двигаться маленькими шагами к цели, убивать по одному врагу за раз. Они сделали свой выбор и ступили на ту же дорогу. Они знают, что путь, по которому мы идем, – край стального клинка, где жизнь и смерть ближе, чем любовники.
Дверь таверны напротив распахнулась, и на улицу вышел Морд. Его светлые волосы и борода светились янтарным светом под факелами. Это была та самая таверна, в которой Орка впервые увидела обожженного человека. Морд посмотрел в обе стороны, затем пошел направо, бросив быстрый взгляд на переулок, где находились Орка и Лиф, кивнул, хотя и не мог их видеть, а затем прошел мимо, дальше по улице.
Орка ждала.
– Его не видно, – прошептал Лиф.
Орка издала глубокий горловой звук. Так волчица рычит на надоедливого детеныша.
Дверь таверны скрипнула, и оттуда вышел человек, посмотрел в обе стороны, потом увидел спину Морда.
Это был обожженный.
Он пошел вслед за Мордом.
Орка и Лиф наблюдали за тем, как он проходил мимо переулка, где они скрывались. Орка схватила Лифа за плечо, когда тот начал двигаться не вовремя.
Тихо шикнула на него.
Обожженный прошел дальше, исчезая в тени домов. Лишь тогда Орка отпустила Лифа и вышла из переулка, убедившись, что плащ плотно облегает ее, скрывая блеск оружия и брони, а капюшон натянут так, чтобы полностью скрыть лицо. Она шла по улице, слегка прихрамывая – скорее, из-за пинка, который ей дал Дрекр, чем из-за пореза топором под коленом. Она выстирала и зашила свои обмотки, чтобы на них не было следов крови, и использовала копье как посох, чтобы идти быстрее.
Людей на дороге становилось все меньше и меньше по мере того, как они двигались по улицам Дарла в сторону канала, в тот район, где ранее Орка нашла Дрекра. Она шла за обожженным человеком, медленно догоняя его, пока не увидела впереди него фигуру Морда. Тот свернул в переулок и исчез, а обожженный последовал за ним.
Орка ускорила шаг. Услышала голоса. Звуки потасовки. Она перешла на прихрамывающий бег и свернула в переулок, жестом приказав Лифу стоять на страже.
Морд стоял спиной к стене, прижав правую руку к груди, у его ног лежал охотничий нож. Перед ним стоял обожженный человек с коротким топором в кулаке.
– Второй раз спрашивать не буду, – сказал он. – Кто ты?
– Он мой друг, – хмыкнула Орка, откинув капюшон, и человек с топором обернулся. Его глаза вспыхнули: он узнал ее и, когда Орка сделала выпад, взмахнул топором. Но она подставила свой клинок под его дикий удар и продолжила движение: лезвие копья рассекло ему бицепс. Обожженный завизжал от боли, топор выпал из его пальцев, и он отступил, неуклюже потянувшись левой рукой к рукояти ножа на поясе.
Орка отпрянула назад, прочертив копьем красную линию по его щеке, а затем Морд ударил его дубинкой по плечу, поставив на колени.
Орка встала над ним, раскрутила копье и ударила острием в челюсть. Обожженный рухнул в грязь, как мешок. Быстро шагнув вперед, Орка отбросила носком ботинка его топор в сторону.
– Подними его, – гаркнула она Морду, приседая и снимая с пояса обожженного нож, бросила его Морду, затем связала запястья и лодыжки потерявшего сознание врага бечевкой. Она встала и потащила его обмякшее тело в глубь переулка, а Морд и Лиф последовали за ней.
– Очнись, – сказала Орка, усаживая обожженного человека у стены.
Они добрались до дальнего конца переулка, за ним было открытое пространство, а чуть дальше – рябь канала. Облака разошлись, и звездный свет просочился наружу, посеребрив покрытое шрамами лицо обожженного. Передние зубы были слишком велики для его рта и торчали над нижней